Королева демонов - Дрейк Дэвид Аллен - Страница 122

— Давайте присядем, прошу вас, — проговорила Лиэйн. — Госпожа Ладра и Теноктрис предупреждают, чтобы ты поменьше стоял.

— Если вам нужно уединиться, к вашим услугам одна из боковых комнат, Ваше Высочество, — проговорил Ройяс. — Военный Совет до сих пор заседал в комнате номер семь, но теперь, я вижу, они сделали перерыв…

Канцлер кивнул Аттаперу, Валдрону и их помощникам. Невинно улыбнулся. Непростая ситуация: так же боролись за власть королева и Чудовище.

Но пора это прекращать.

— Если не возражаете, лорд Ройяс, я воспользуюсь вашим столом, — начал Гаррик. — Я два с половиной дня провалялся в кровати, теперь мне нужно место для работы.

И улыбнулся Ройясу примерно такой же улыбкой, какой тот одаривал своих солдат. Король Карус зааплодировал.

Гаррик, морщась от боли, подвел барона к столу.

— Мартышки захватили большую часть Королевского флота, — начал Робилард. — Они толкают плоты, привязав их к кораблям, но из-за течения не могут пробиться в гавань…

Придворные расступились, давая им место за столом, расталкивая слуг. Лицо Гаррика окаменело от отвращения.

— Прошу вас! Я найду, где сесть!

Было время, когда и сам Гаррик, как сын хозяина гостиницы, обслуживал гостей, наливая за медяк кружку эля. И сейчас его оскорбило, с какой поспешностью богатые и знатные люди демонстрируют свою угодливость и желание выслужиться. Такого нельзя допускать!

— Я думал, нам удастся отбить один из кораблей и на буксире доставить в город, — продолжал Робилард. — Мы подстрелили несколько Мартышек на борту — это было нетрудно, они даже плавать не умеют, как оказалось. Но, говоря по правде, нам духу не хватило закончить все это. Они визжали, корчились и…

Гаррик кивнул, усаживаясь за стол. Даже странно, но теперь барон Робилард заметно вырос в его глазах, и Карус согласился с юношей.

Чайные розы, каких Шарина никогда прежде не видела, обвивали беседку. Она коснулась одной, но срывать не стала. Она чувствовала неловкость: почему они с Кэшелом не догадались выйти из беседки, когда Захаг и охотники явились поговорить с ними? Ханно пришлось присесть в проходе, ибо он оказался слишком высок.

— Похоже, дела здесь складываются довольно-таки удачно. Не так ли, молодая госпожа? — спросил Ханно. — Верно ведь?

Он не принес во дворец свое копье, как и Унарк — боевой нож, хотя обычные ножи у них торчали за поясом. Ножи для разделки туш вряд ли можно считать настоящим оружием — стража Гаррика так и рассудила.

У Шарины был при себе ее пьюлский нож. Никто и слова не сказал на сей счет.

— Это точно, — согласилась она. — Королевы больше нет, и другого врага тоже, так утверждает Теноктрис.

Кэшел взирал на великана-охотника с уважением, тот отвечал ему не меньшим. Они не опасались друг друга, и все-таки Шарина с некоторой нервозностью следила за ними. Они друг друга стоили.

Рабочие — садовники, каменщики, плотники и множество других — трудились на территории дворцового комплекса. Это было непривычно для Шарины — ведь совсем недавно здесь царили покой и запустение.

Ей, дочери трактирщика, было приятно видеть такое оживление, но еще — так и тянуло подсчитать расходы…

А еще — все это значило, что народ верит новому правительству.

Шарина помнила, где находится. Люди и, в особенности, Захаг, не сводили с нее глаз, правда, примат делал это исподтишка. Вот и сейчас он повис на одной из арок, установленной в честь давно погибшего в морях древнего короля. Унарк, заметив прямой взгляд Шарины, обращенный к нему, отвернулся и принялся с усиленным вниманием рассматривать резную каменную колонну.

— Я просто думала вот что, — сказала девушка. — Народ верит в принца Гаррика из Хафта.

— Ха! — откликнулся Кэшел. — И дураки были бы, если бы не верили!

В стороне стояло четверо Кровавых Орлов, назначенных охранять их от возможного нападения какого-нибудь нового Ниткера.

Шарина захихикала.

— Прости, Ханно. Я все еще… не пришла в себя… хотя, это неправильное слово. Просто я счастлива быть на свободе.

— Зато в нужное время ты всегда действовала наилучшим образом, молодая госпожа, — пробасил великан-охотник. Он откашлялся. — Дело в том, что я и Унарк не принадлежим этому месту, хотя, пожалуй, на сегодняшний вечерний пир мы бы еще остались.

Его товарищ закивал, не оборачивясь. Видимо, теперь, когда они попали во дворец, в его сознании Шарина снова ассоциируется с женским полом.

— Вы собираетесь назад, на Байт? — спросила она. — Разумеется, я помогу вам, чем смогу, мы раздобудем вам лодку и все остальное. Все, что понадобится. Вы ведь спасли мне жизнь.

Шарина вовсе не была уверена, где возьмет денег в данных обстоятельствах. Но она постарается. Это уж точно.

Ханно еще раз откашлялся и отвернулся. Он ковырял пальцем землю — без всякой причины, так же, как и Унарк, протиравший пальцем каменный завиток на колонне.

— Сказать по правде, молодая госпожа, — неуклюже промолвил великан, — мы решили попробовать в другом месте. Никто из нас не любит Мартышек, но без них Байт — не Байт. Может быть, лучше отправиться на Сиримат. Там много слонового дерева, так говорит этот примат.

Захаг грациозно спрыгнул с арки. Он на четвереньках приблизился к группе беседующих. Ханно встал и чуть отодвинулся, чтобы приятель мог присоединиться к ним.

— Большие плиты слонового дерева ценятся дороже, чем настоящие клыки, — произнес примат, тоже глядя землю. — Вот почему эти деревья пожирают людей. Они часто заглатывают охотников, а уж юными приматами, забывшими об осторожности, никогда не побрезгуют.

Захаг начал перебирать шерсть на своем бедре, выискивая блох.

— Я подумываю отправиться с ними, старший, — промямлил он. — Покажу им все, ты же понимаешь.

Кэшел встал и подошел к Захагу, присел рядом с ним на корточки.

— Отличная идея, — сказал он. — А там, глядишь, и свою стаю повстречаешь.

— Возможно, — согласился тот. Он с беспокойством глянул на Кэшела. — Я вовсе не хочу покидать тебя, старший. Другого такого, как ты, все равно не сыщешь!

— Ну, я полагаю, у мастера Ханно могут быть другие соображения на этот счет, — проговорил Кэшел. Он усмехнулся, но Шарина заметила: усмешка вышла невеселой. — И я скажу, что он может оказаться прав, никогда не знаешь, как оно получится на самом деле!

— Это ты верно сказал, — согласился Ханно. — Никогда не знаешь наверняка.

Кэшел стиснул плечи мохнатого друга.

— Передай своему семейству, что Кэшел ор-Кенсет считает за честь числить тебя в своей стае, — проговорил он. — А если я узнаю, что кто-нибудь тебя поймал и хочет продать, словно овцу, тогда я…

Ему не нужно было продолжать свою мысль. Он вскочил и вновь вернулся к Шарине, но садиться не стал. Его пальцы с силой сжимали рукоять посоха.

— Что ж, нам пора собираться, — сказал Ханно. — Мои кредиты у поставщиков остаются в силе, но если будут затруднения, может, мы тогда обратимся к тебе, молодая госпожа.

Он кивнул в сторону двух совсем молоденьких служанок в легких цветных туниках. Девочки появились во время разговора. Они переминались с ноги на ногу, совсем как детишки, которым надо в уборную.

— Похоже, им не терпится поговорить с тобой, — заметил Ханно. И кивнул — получился поклон. — Для меня настоящая честь познакомиться с вами, мастер Кэшел. У молодой госпожи — самые замечательные друзья, каких я только встречал.

— А ей посчастливилось иметь таких добрых друзей, как вы и мастер Унарк, — не остался в долгу и Кэшел. Голос его звучал глухо, раскатисто. — И хочу также, чтобы вы знали: я всегда помогу вам, если вы будете в этом нуждаться. Всегда.

Охотники и Захаг удалились, разговаривая между собой. Голос Унарка еще долго раздавался в саду:

— …говорю же вам, чего только люди не заплатят, чтобы увидеть это…

Служанки подошли поближе, опасливо поглядывая в сторону удалившихся. Потом присели в реверансе и начали, почти в один голос: