Королева демонов - Дрейк Дэвид Аллен - Страница 124

— Правда, это единственная ее добродетель, — продолжала Теноктрис. — Конечно, мне не стоит многого требовать от нее.

С крыши вспорхнула стая птиц. Планы реконструкции еще не добрались до этого уголка. Вот почему Теноктрис решила поселиться здесь.

Кэшел тоже чувствовал себя здесь куда комфортнее. Столько цветов вокруг; он любит цветы. Но пусть они лучше растут себе в поле.

Теноктрис по-прежнему не сводила глаз с игровой доски. Что-то привлекало ее внимание.

— Королева использовала доску для предсказаний, — сказала Теноктрис. — Я попыталась сосчитать фигуры и не смогла. Кажется, их расположение меняется каждый раз, стоит мне моргнуть или отвернуться. Но их точно несколько сотен.

Ее указательный палец замер на клеточке.

— Интересно, понимала ли королева, что она тоже пешка?

Кэшел пожал плечами. Доска появилась в жилище королевы уже после того, как они с Теноктрис побывали в поместье. Кто-то должен был проскользнуть мимо стражей, чтобы внести доску в комнату.

— Думаю, нам лучше идти, Теноктрис, — извиняющимся тоном проговорил Кэшел. По крайней мере, ему точно. Он хотел услышать, как люди будут выкрикивать хвалебные слова в честь Гаррика и Шарины, его друзей.

— Да, конечно, — отозвалась Теноктрис. Она схватила себя за рукав и критически оглядела его. — Лучше надену поверх этой еще одну тунику, а полностью переодеваться не буду.

У Кэшела глаз был наметан относительно всякого рода неожиданностей. Он всегда замечал, если с овцой что-нибудь не так.

— Этой фигуры здесь раньше не было, — сказал он, протягивая палец, чтобы указать на нее.

— Не трогай, Кэшел.

— Не буду, мэм. Я и не собирался.

Доска была из черного стекла, возможно, обсидиана. И как будто светилась. Кэшел склонил голову набок, чтобы получше рассмотреть ее. Да, точно светится.

— Что это означает, Теноктрис? — спросил он.

— Я не знаю, — сказала женщина. — Эта доска — творение могучих сил, но не знаю точно, несет ли она такую информацию, как думала о ней королева. В конце она не особенно ей помогла.

И она немного вымученно улыбнулась Кэшелу.

— Пойдем, поможешь мне выбрать что-то из вороха одежды, которой столь любезно осыпала меня Лиэйн.

Она проворно двинулась в сторону жилища. Кэшел еще раз оглянулся на зловещую доску. Потом пожал плечами, улыбнулся и проследовал за Теноктрис.

Барабаны во главе процессии выбивали дробь, задавая ритм для королевской армии, марширующей следом за оркестром. На каждом десятом такте победоносно запевала труба. Этот звук особенно действовал на скакуна Гаррика, крупного чалого мерина, который всякий раз нервно прядал ушами.

— Настоящая боевая лошадь, сынок, — шепнул ему король Карус. — Мы непременно найдем ему другое применение.

Сидеть на лошади с еще незажившими ожогами было настоящей мукой. Гаррик старался сидеть прямо и не вздрагивать от боли.

— Король Гаррик! — закричали в толпе по обе стороны улицы, а также с крыш соседних домов. — Да здравствует король Гаррик!

К нему приблизились высшие представители правительства. Бывшие заговорщики, а теперь — руководители Совета, в придворных одеяниях. В знак уважения к нему, они были пешими, в то время как он — на коне.

К Гаррику подошли и его друзья. Теноктрис облачилась в мантию из прекрасной шелковой парчи. Она бы шла гораздо медленнее, если бы Кэшел с одной стороны и Шарина — с другой не поддерживали ее. Они знали: Гаррику не понравится то, что старая леди идет пешком.

— Несправедливо, что все они идут пешком! — пробормотал он.

Воспоминания Каруса о подобных процессиях в древние годы нахлынули на него. Дважды Гаррику удавалось узнать здание: руины Каркозы нынешней, а еще — здание в Вэллисе, где современные строения возвели прямо на фундаменте Старого Королевства.

Ликующая толпа не унималась.

— Король Гаррик! Да здравствует король Гаррик!

— Это тоже часть твоего долга, — шелестел в его сознании голос Каруса. И образ его, стоящий перед глазами, поражал непривычной угрюмостью, какой легендарный предок Гаррика не отличался в минуты битв и невзгод. — Пусть она станет такой же твоей привычкой, как спать во время дождя и слушать бесконечные философские споры, которые кажутся твоей подруге Илне настолько запутанными, что она не может обнаружить в них истину. Просто делай это, и все.

Аттапер отдал приказ. Отряд Кровавых Орлов, марширующих в конце процессии, ударили копьями о щиты и взревели:

— Да здравствует Гаррик! Да здравствует Гаррик!

— Но никогда не позволяй себе… — добавил король древности резким тоном, — …не позволяй себе полюбить это занятие.

Эпилог

Шторм утих, но серое море все еще бурлило, и порывистый ветер гнал шапки пены. Сидящие на волнах чайки прятали головы на груди.

Маг стоял в воздухе, зависнув совсем низко и то поднимаясь, то опускаясь вместе с волной. Он читал заклинание, простирая перед собой руки. С каждым новым звуком пурпурная молния проскакивала между пальцами обеих рук.

Море внизу начало подниматься, собирая крутую волну. Но потом, вместо того, чтобы опуститься, она продолжила расти. Чайки взмывали ввысь с криками ужаса, тяжело били крыльями, чтобы оторваться от воды.

Спрут размером с небольшой остров поднялся на поверхность, и его многочисленные щупальца ковром накрыли воду вокруг. Гигантская раковина выглядела абсолютно черной, но блеснувший солнечный луч заставил ее засверкать радугой.

Маг стоял на спине монстра, которого вызвал из глубин. Он поднял голову, и небеса эхом ответили на его торжествующий смех.