Королева демонов - Дрейк Дэвид Аллен - Страница 37

Матрос с факелом в руках вбежал на борт корабля. Оружия при нем не было.

— Что вы делаете? — закричал он.

Шарина обеими руками взмахнула копьем.

— Убирайтесь! — сказала она. С членами экипажа ей нечего было делить, они же наемники, они ей не враги. А вот лже-Ноннус…

Ханно снова выхватил якорь из обшивки и метнул его, словно булаву. Полетели щепки. Плоскодонку подбросило на волнах, будто кита, но тяжесть груза помогла не перевернуться.

Откуда-то выскочил один из гребцов, держа в руках небольшой лук со вставленной стрелой.

— Посвети-ка мне! — велел он товарищу.

Великан метнул в него якорь. Громкий всплеск — и человек, и якорь исчезли за бортом.

Ханно взялся за весла, направляясь к тому, что было кормой судна. Шарина замерла в ожидании, прижав к себе копье.

Они постепенно становились на курс, подходя к месту, где гора становилась все ниже. Плоскодонка была настолько тяжелой, что даже мощному Ханно не под силу было придать ей большое ускорение.

Вокруг корабля собралось несколько человек. Они подняли крик. Шарине показалось, она различает голос лже-Ноннуса. Девушка угрюмо усмехнулась. Если ему удастся починить корабль меньше, чем за день — значит, он везучий человек.

— Не сказал бы, что мне нравится путешествовать по ночам, — заявил Ханно, — но, похоже, выбирать не приходится. К счастью, я успел поужинать.

— Спасибо тебе, — поблагодарила его Шарина. Она не была готова объяснить, что произошло — она и сама этого не понимала. Но Ханно, кажется, и не нуждался в объяснениях.

Луна взошла над морем. Шарина скорее почувствовала, чем увидела улыбку на лице великана.

— Все будет хорошо, молодая госпожа. Ты справишься.

— Лес! — заорал Захаг в восторге. С тех пор, как они покинули исчезающую башню, он впервые проявил иные эмоции, кроме постоянного гнева. — Наконец-то лес!

Захаг устремился к сырым, покрытым лишайниками стволам деревьев. Выглядел он просто смехотворно: передние конечности были куда длиннее задних. Но бежал примат быстро и ловко.

— Мы попали домой? — спросила Ария, прижавшись к груди Кэшела. Даже в ее голосе прозвучала надежда. Он нес ее на руках уже с прошлого полудня. Это лучше, чем тащить ее волоком. Бедная девчушка и так старалась.

— Ооо! — Ария увидела, куда они попали. — О, как ты мог принести меня сюда?!

И снова заплакала.

— Ну, все-таки, это не пустыня, — растерянно пробормотал Кэшел. Правда, он и сам себя не мог убедить, что это лучше.

— И совсем не то, что эти страшные скалы, где я изранил себе все ноги! — с воодушевлением заявил Захаг. — А еще, смотрите-ка, вон там ящерица! Все лучше, чем ягоды да ягоды!

— Теперь ты можешь идти? — спросил Кэшел, поставив Арию на ноги. — Сейчас должно быть попроще, солнце здесь не так печет.

Да, солнце изрядно мучило их на протяжении всех прошедших дней. Но Кэшел не думал, что сможет долго обходиться без него. Здесь, в лесу, было сумрачно, да и сам лес выглядел неприветливо и мрачно, живо напомнив юноше его дядю Катчина в Барка Хамлет.

Он усмехнулся. По крайней мере, лес уж точно не станет страдать от сумасшедшей гордости, как Катчин. Так что все не так уж плохо.

— Лучше бы я умерла, — прошептала принцесса, ступая по земле следом за Кэшелом.

Деревья оказались не такими уж большими. Для столь скудной почвы, впрочем, вполне достаточной высоты: не меньше десяти сдвоенных шагов от земли до вершины.

Еще Кэшел никак не мог взять в толк, отчего почва стала такой влажной. Прежде были сухие колючие кусты, теперь же появились скользкие стволы деревьев, поросшие мхом. Под ногами даже хлюпало.

Он снял соломенную шляпу-зонт. Она зацепилась за ветку, покрытую лишайником. Сухая солома тут же начала сочиться влагой.

Кэшел ощутил неясную тревогу. Он схватил шляпу и кинул на сухой песок на границе леса. Если ветер вернет шляпу назад в болото — дело плохо.

— Чем ты занимаешься, о боги? — изумилась Ария.

— Ну, вообще-то, эта шляпа пока мне здорово послужила. Не тащить же ее, беднягу, в такое гиблое место.

Он неторопливо пошел по тропе своей мягкой пастушьей походкой. Посох он при этом прижимал к груди для равновесия.

Он чувствовал, что девушка в изумлении не сводит с него глаз. Ну и пусть. Все по справедливости. Кэшел свято верил: как ты с людьми, так и люди с тобой.

— Захаг, ты готов? — окликнул он примата.

— А ты как думаешь? — откликнулся тот. Жужжание невидимых насекомых и кваканье лягушек заглушали его голос.

В пустыне стояла мертвая тишина, разве что по ночам порой раздавался какой-то жуткий рев.

Ветки деревьев имели множество сучьев, листья казались очень странными на вид. И все покрывал густой слой мха. Кэшелу приходилось раздвигать его посохом. И все равно влажные нашлепки касались его плеч.

— Мне не нравится это место, — капризно сообщила Ария. По крайней мере, честно. Она явно была напугана.

— Просто держись поближе ко мне, и все будет хорошо, — пообещал ей Кэшел.

И усмехнулся собственным словам.

— Все будет в порядке, принцесса. Видишь, я же в порядке. Я пастух, а значит, могу быть Пастырем.

У них за спиной раздался громкий звук: «плюх!» Что-то мчалось к ним. Кэшел молниеносно перехватил посох в боевое положение.

Но это был Захаг, он бросился к ногам Кэшела с криком:

— Я ничего не видел! Я ничего не видел!

Ария тоже закричала, обхватив Кэшела сзади и прижимаясь к нему.

В лесу все стихло. Чуть позже опять раздалось кваканье и жужжание. Никто не гнался за обезьяной.

— Думаю, нам надо идти, — заметил Кэшел. Ария уже отпустила его. Захаг оглядывался назад. — Стоит поискать, где остановиться на ночлег, пока еще хоть что-то видно.

Они двинулись в путь. В лесу было темно, как в пещере. Ария шла за ним по пятам, а Захаг неуклюже плелся слева.

Кэшел полагал: лучше не спрашивать примата, что его так напугало. Какое бы обличье ни принял жуткий мох, вряд ли Захагу приятно будет вспоминать об этом.

— Я вижу огоньки, — сообщила Ария. — Вон — там…

— Точно, — подтвердил Кэшел, стараясь говорить мягко. — Гнилушки, у нас дома тоже такое бывало. Лучше воспользоваться этим светом, так нам легче будет найти дорогу.

Так они и шли, пока Кэшел не свалился под тяжестью обоих спутников, налетевших на него. Тропа светилась неясным серым сиянием. Деревья высились, точно великаны. Определить расстояние казалось невозможным. Не светился лишь мох. Ария тихо заплакала. Кэшел не стал ругать ее. По крайней мере, в темноте по звуку плача ее легче найти и не потерять.

Деревья шумели. Кэшелу оказалось, что это может быть… нечто над головой. Но, подняв голову, он увидел лишь ветви, столь густые, что небо не просвечивало сквозь них.

Ария заплакала громче.

— Смотрите! — крикнул Захаг. — Вон там, впереди… настоящий свет! Теперь мы в безопасности, мы выйдем к свету! — Он и сам не знал, можно ли в это верить, но ужасно хотел поверить.

— Что ж, посмотрим, — тихо ответил Кэшел. Может быть, это костер, но в этом лесу ничего нельзя знать наверняка.

Кэшел усмехнулся. Он шел вперед в сопровождении говорящей обезьяны и хнычущей принцессы, но сомневается, настоящий ли впереди огонь. Да его соплеменники в Барке приняли бы его за сумасшедшего.

Он сдержал смех. Не ровен час, Ария и Захаг решат, что он тронулся умом.

Деревья шептались и шуршали над головой. Странное свечение сопровождало их. Да это же просто светящийся болотный газ, ничего страшного!

— Это точно огонь! — сообщила Ария. — Да, я теперь вижу!

И добавила срывающимся голосом:

— Пожалуйста, Мать-Богиня, пусть это будет костер!

Они вышли к поляне. Перед ними высилась башня из крепкого камня, поросшего лишайниками — настоящая, а не та подделка, которую они разрушили.

И здесь был огонь, служивший маяком на вершине башни. При его свете показались фигуры людей, ведущих боевые учения среди башенок.