Королева демонов - Дрейк Дэвид Аллен - Страница 65

— Сможешь прочесть? — спросил он. И постучал по листу соломинкой, которую использовал в качестве указки.

— Да, — отвечал Халфемос. Он протер атам, которым пользовался для личных заклинаний. Во время публичных выступлений он обычно использовал клык нарвала. — Ты хорошо учил меня, Церикс. Я не подведу тебя.

Калека засопел.

— В тебе-то я не сомневаюсь, — проговорил он. Потом дотронулся соломинкой до первого из символов, написанного современным шрифтом.

Юный маг постучал по начертанному на полу соответствующему слову.

— Фазусойел, Эйстохама, нучаэй… — его сильный голос эхом отдавался под сводами.

Слова на полу писали сажей, разведенной оливковым маслом. Всякий раз, когда атам касался пола, символы поворачивались, и перед Халфемосом возникало очередное слово. Церикс помогал ему, отыскивая слова на пергаменте.

— Апафес эйнат адонес… — произносил юноша. Его тело клонилось книзу, будто на плечи ему взвалили тяжелую ношу, но голос звучал все так же звонко. — Дечочита йатеноуйон.

То, что было кругом на полу, вдруг превратилось в отверстие с белыми краями, которые вращались в безумном вихре. В этом водовороте лишь слова Старой Вязи оставались неизменными, написанными черным по белому. Халфемос старался не пропустить ни одного.

— Чрара! Черубин! Заабанен!

Комната исчезла. Жаркий неистовый ветер налетел из ниоткуда, отверстие в полу превратилось в коридор.

Туннель между мирами искрился и пульсировал.

— Намадон! — закричал Халфемос что было сил.

Ветер превратился в ураган. Он выхватил пергамент из руки Церикса и изорвал на куски, которые исчезли в недрах туннеля.

А потом этот ураган бросил вслед за пергаментом и волшебников. Халфемос же продолжал читать заклинания.

Кэшел вглядывался в возникшую перед ними каменную глыбу, насколько ему позволял тусклый свет звезд. Она не казалась слишком уж большой. Просто очень крутой.

— Захаг, ты поднимешься наверх, а я передам тебе Арию, — велел он.

Над его ухом раздалось хихиканье. Этот кто-то оказался рядом с Кэшелом и его спутниками и шел бок о бок с ними на протяжении всего пути.

— Ну, я даже не знаю, — протянул примат, хотя голос звучал покорно. Он присел у ног Кэшела. — Смогу ли я идти впереди.

— Лезь давай! — рассердился Кэшел. — Или убирайся, Захаг. Да простит меня Пастырь, что я отказываюсь дальше помогать тебе!

Как ни странно, хихиканье тут же прекратилось.

— Да, господин, — послушно протянул примат. Он полез на скалу совершенно легко и непринужденно. Конечности так и мелькали. Ловко цепляясь не только руками, но и ногами, Захаг сейчас больше всего напоминал гигантского паука.

— Давай сюда женщину! — крикнул он и протянул руки.

— Я докажу, что достойна тебя, Кэшел, — тоненьким, испуганным голоском пропищала принцесса.

Вместо того, чтобы поднимать ее обеими руками, Кэшел оперся одной о скалу и велел:

— Прыгай на мое запястье, Ария. А потом хватай Захага за руку, идет?

— Как скажешь, Кэшел, — в отчаянии выдавила Ария, совершенно пав духом. Она ступила на его запястье и протянула руки как можно выше, пока примат не схватил их. Глаза ей пришлось закрыть.

Кэшел не винил девушку за испуг. Он высвободил обе руки и подсадил ее повыше. Она, казалось, ничего не весила. Яркие зяблики частенько садились молодому пастуху на плечо, когда он поворачивал быков на пастбище. Вот и принцесса казалась немногим тяжелее.

— Я вижу свет! — закричала Ария. — Прямо перед нами. Они идет из пещеры, но вход заслоняет большой камень!

Луна выглянула из-за туч, среди которых пряталась большую часть ночи. На Кэшела луна никогда не влияла. Вот животные точно становились более сильными и мощными во время полнолуния.

Склон весь состоял из высоких камней и ущелий, но всюду Кэшел мог пройти. Среди сосен внизу показались фигуры каких-то существ, кстати, двуногих. Кэшел не мог точно сказать, сколько их там.

Пожалуй, несколько десятков, но каждый куда выше самого Кэшела. Как и у Захага, их руки оказались длиннее ног, черепа же — вытянутыми и совершенно голыми, как яйцо.

— Хотите до нас добраться? — крикнул Кэшел. Прижимаясь спиной к скале, он схватил посох и нацелился. — Так идите сюда и попробуйте нас схватить!

Одна из фигур задвигалась при лунном свете, пройдя несколько шагов вниз. Он издал кудахчущий смешок. Остальные остались на месте.

— Кэшел! — позвала принцесса. — Пожалуйста, поднимайся! Прошу тебя!

Боже, да она не на шутку напугана, раз позвала его таким умоляющим тоном!

Кэшел повернулся. Он упер посох в скалу, чтобы не выскользнул, поставил на него ногу и подтянулся.

Захаг, держась одной рукой за выступ скалы, протянул другую Кэшелу и поддержал его за локоть. Пальцы железные, будто тиски. Кэшел взобрался на вершину и забрал посох.

Луна спряталась за тучи. Смех стал громче, но вдруг это — лишь плод воображения Кэшела?

— Скорее! — произнес Захаг и потянул Кэшела за руку. — Может, ты и сумеешь свернуть шею вожаку, вполне вероятно, но что нам делать с остальными?

Кэшел высвободил руку.

— Все верно. Нужно быть готовыми ко всему.

Он заметил, что примат впервые произнес «мы», имея в виду также и принцессу. Это отрадно.

Голубоватый свет, который Кэшел заметил прошлой ночью, исходил с этого, последнего склона, шагах в сорока от них. Сияние было настолько сильным, что, казалось, сам воздух вибрировал. Источник его скрывался в пещере за перевалом. Кэшел слышал слабое жужжание, словно там пряталась стая комаров. По коже у него побежали мурашки.

Он кинул взгляд через плечо. Яйцеголовых гигантов не увидел, но догадался, что они следуют по пятам. Интересно, что это за жуткий смех, издаваемый одним из них?

Захаг и Ария карабкались вперед. Кэшел прибавил шагу, старясь удерживать равновесие. Изрезанный ландшафт давал твердую почву под ногами.

Его спутники добрались до входа в пещеру. Ария плакала от страха. Она оперлась о булыжник у входа, пытаясь отодвинуть его.

— Я могу быть полезной! — повторяла она. — О, Мать-Богиня, я могу быть полезной!

Кэшел не смеялся. Он не мог даже вспомнить столь же нелепой ситуации: принцесса пытается сдвинуть камень, который, скорее всего, не по плечу и самому Кэшелу.

Но она старалась. Кэшел не знал, сумеет ли когда-либо испытывать к принцессе симпатию, но не уважать ее было невозможно.

— Захаг, поглядывай за обстановкой, — скомандовал он, трогая стык двух камней у входа в пещеру. — Дай мне знать, если нужно будет…

Он не смог закончить фразу. Ария еще сильнее встревожится. Дело в том, что дюжина великанов уже приближались и обступали пещеру.

Интересно, как они называются. Надо будет спросить у Теноктрис, когда увидит ее снова. Когда увидит…

Ему удалось справиться с камнем. Вот он нашел щель и вставил туда наконечник посоха. Еловый посох, конечно, не так крепок, как ореховый, но все же что-то должно получиться.

Кэшел установил посох перед пещерой. Вытянул руки, чтобы обхватить его с обеих сторон. Вряд ли удастся поднять такую тяжесть, используя этот рычаг, но вдруг удастся?

Кэшел начал тянуть. Вначале ничего не удавалось. Он отклонился назад. От напряжения зазвенело в ушах.

— Я достойна! — взвизгнула Ария. — Я достойна короля!

Она, наверное, тоже нажимала на посох. Кэшел не мог этого видеть, глаза заволокло кровавой пеленой.

Валун не шелохнулся. И не мог бы шелохнуться.

— Дузи, спаси нас! — закричал Кэшел. И голосе его утонул в громком треске: голубое пламя вырвалось наружу.

Используя копье для равновесия, Шарина смогла пройти по упавшему дереву и добраться до поджидавшего ее Ханно. Ветка под слоем мокрого и склизкого мха едва выдержала ее вес. Здоровяку же Ханно, казалось, все нипочем.

Дно оврага уходила на сорок футов вглубь. Шарине вовсе не улыбалось поскользнуться… Ханно успел вовремя подхватить ее там, где дерево кончалось.