Королева демонов - Дрейк Дэвид Аллен - Страница 80

Халфемос решительно распрямил плечи. Он повернулся, призывая Илну следовать за ним.

— Ты утверждаешь, что единственным объяснением происходящему может служить лишь галлюцинация Церикса. Есть ли другие версии?

— Одна есть, — ответила Илна. Она скупо улыбнулась. — Вот такая: мы мертвы. И мои мозги высохли на дне древнего моря, а это место — последнее, что я ощущала при жизни.

Черно-белые ласточки прочертили линию по небу. Они оживленно щебетали. Халфемос не сводил с них взгляда.

— Понимаю, — наконец, выдавил он. Клапан в воде открылся и Церикс, с видом весьма оживленным, выплыл наружу.

28-й день месяца Цапли

Знамена двоих герольдов, скачущих во главе процессии, были украшены изображением черного орла Орнифола, но на синем фоне — вместо красного, как это было при нынешней королевской династии. Солдаты, вставшие под знамена пятерых заговорщиков, были одеты в камзолы с тем же самым изображением.

— Король Карус! — разразилась приветственными криками толпа при виде Гаррика. — Многая лета королю Карусу!

Гаррик повернулся к Лиэйн, которую несли в паланкине, и заметил:

— Нам придется использовать Золотое Кольцо Старого Королевства. Оно символизировало и корону — королевский знак — и все кольцо Островов, не только этот остров.

Лиэйн посмотрела на него.

— Правда? — удивилась она. — Я и не знала. Откуда тебе это известно?

Гаррик кашлянул.

— Вроде бы, из книги Альдебранда «Обед».

И действительно, у Альдебранда в его обширном собрании сочинений где-то встречалась информация о Старом Королевстве — она преподносилась в виде беседы четверых дворян — участников застолья. Ввиду того, что Альдебранду посчастливилось добраться до старинной библиотеки в Висте на Кордине, которая вскоре после этого сгорела, он сумел раскопать немало уникальных сведений. К несчастью, Альдебранд был лишь глупым и ничтожным копировщиком, так что его информацию можно с одинаковым успехом считать как достоверной, так и не очень.

По правде говоря, Гаррик узнал о Золотом Кольце, когда наблюдал за жрецами Госпожи, посвящавшими Каруса в духовные аспекты управления королевством десятилетием прежде его вступления в царствование. Интересно, а Валенса кто-нибудь обучал подобным вещам? Если быть Королем над Островами означает лишь обладать определенными привилегиями в политике и в управлении разными народами и племенами… Кто мог бы ожидать лучшего исхода дел на сегодняшний день?

— Кому же знать, как не тебе? — прошелестел голос в его сознании.

Толпа радостно вопила всю дорогу от королевского дворца до центра города. Многие вливались в сопровождающую процессию.

Один из герольдов подъехал к воротам резиденции короля и постучал концом флагштока в дубовые двери.

— Откройте принцу Гаррику! — воззвал он звенящим голосом.

Все сооружение находилось в северной оконечности Вэллиса, возвели его пять веков тому назад. Вокруг него выросли городские районы, но от них дворец отделяли несколько акров садов и разных строений.

Ройяс приказал внести паланкин по правую руку от Гаррика. Сидевшая в нем позади Лиэйн Теноктрис перехватила взгляд Гаррика, но сама продолжила читать заклинания. На коленях у нее лежала доска, исписанная символами, заключенными в треугольник. Цепочка копьеносцев по другую сторону должна была оттеснять наиболее рьяных зрителей.

Гаррик взглянул вниз на своего канцлера, откинувшегося на подушки паланкина.

— Мне бы хотелось, чтобы здесь был Питре, — проговорил он. — Он, все-таки, ближе всех к Валенсу.

В обычных условиях ворота королевской резиденции должен отворять взвод Кровавых Орлов. Сегодня и всю прошлую неделю резиденция охранялась, как крепость.

— Это ни к чему, — отозвался Ройяс. — Лучше, когда его нет. Вспомни, как он валялся и визжал перед толпой.

Ройяс не мог ехать на лошади, ибо мантия у него была слишком длинной. Так что выбор был между паланкином и поездкой на лошади в дамском седле. Приезжать же во дворец в карете было нарушением закона и традиции.

Гаррик посмотрел на Лиэйн, обменявшись с нею улыбками. Ему хотелось пожать ей руку, но он решил не делать этого. Начнут еще болтать лишнее.

Правая створка ворот открылась. Стоявший за ней человек что-то негромко сказал герольду. Тот ответил.

Гаррик не знал, с какой целью Теноктрис читает заклинания. Она чаще использовала лебединое перо вместо бронзового стила, чтобы начертать символы, которые потом произносила. Теноктрис не по плечу было многое из того, что делали другие волшебники. Но у нее был свой, особый дар.

Герольд повернулся и поехал назад, к Гаррику и Теноктрис.

— Ваше величество, — обратился он. — Они говорят, вы можете войти, но только вы один.

— Я поговорю с ними, — лаконично бросил Гаррик. Он спешился и пешком направился к воротам.

Ройяс начал был протестовать, потом приказал своим носильщикам опустить на землю паланкин, чтобы присоединиться к Гаррику. Краем глаза Гаррик видел, что носилки Лиэйн тоже опустили. Теноктис продолжала концентрироваться на словах заклинания.

Из официальных лиц присутствовали лишь они четверо. Валдрон устраивал встречу первых формирований войск, прибывших с севера острова, а Тадай объявил, что не желает встречаться с Валенсом в подобных обстоятельствах. Отказ Тадая послужил уважительной причиной для Соуруса и Питре также не явиться на встречу.

Ройяс знал советников короля, поэтому он мог сориентировать Гаррика по поводу ведения переговоров. В основном же, успех предприятия зависел лишь от самого Гаррика.

Он усмехнулся. Всегда приятно знать, кого можно обвинить в случае неудачи.

Взгляд одного из людей в шлеме сосредоточился на другой стороне толстой панели. Гаррик был одет в красные бриджи, сапоги и короткую синюю тунику, подвязанную поясом с висевшим на нем мечом. Этот наряд более подходил Карусу, чем Гаррику, но он выглядел достаточно мирным.

— Я — мастер Гаррик из Хафта, — заявил Гаррик, пытаясь как можно более дипломатично адресоваться к людям короля. — Я и мои помощники назначили здесь встречу с королем и его канцлером.

— Канцлер Папнотис вернулся в свои владения, — ответил страж. — Вы можете войти, но только вы один.

— Я войду вместе с лордом Ройясом, которого вы знаете, — сказал Гаррик. Его голос звучал напряженно, словно струна. — И еще со мной две женщины. Я войду сейчас, как было договорено, я держу свое слово и уверяю вас, что с клятвопреступниками у меня разговор короткий!

Угрозы мало действовали на людей из отряда Кровавых Орлов, оставшихся верными Валенсу во время всего промежуточного периода. Но назвать их клятвопреступниками было неслыханным делом.

Гаррик не видел, чем занят Ройяс.

— Откройте! — закричал Гаррик. Толпа взревела бессловесным возмущением.

Гаррик повернулся и поднял руки, прося тишины. Теноктрис, все еще произносящая заклинания, стояла в стороне.

Лишь те, кто был впереди толпы, могли видеть Гаррика. Они все равно продолжали кричать. И это было здорово. Все это должно было убедить стражей: за Гарриком — сила.

Гаррик еще раз подошел к глазку и закричал, чтобы его услышали:

— Ваша обязанность — охранять короля Валенса от нападения. Но вам не справиться с этим, ибо вас слишком мало. Впустить меня и моих помощников поговорить с Его Величеством — вот единственный способ спасти его.

Страж повернулся поговорить с кем-то еще, кто находился рядом. На соседней дверной панели открылась створка, сквозь которую мог пройти лишь один человек. Гаррику не хотелось, чтобы ворота распахивались, ибо в этом случае туда хлынет настоящий поток народа.

Гаррик ступил внутрь, нагнувшись, чтобы не задеть металлический навес. Он был готов удерживать створки в случае, если стражи решат захлопнуть их перед Теноктрис, Лиэйн и Ройясом, идущими следом.

— Пропустите их! — приказал он офицеру.

Офицер оглядел Гаррика.

— Я — Аттапер бор-Атилан, — сказал он. Рукоятка из слоновой кости украшала грозное боевое оружие. — Я — легат Кровавых Орлов!