Королева демонов - Дрейк Дэвид Аллен - Страница 95

Среди собравшихся в зале были солдаты, слуги и придворные. Они переглядывались в нервном ожидании. Державшие леди Таману солдаты, по крайней мере, выглядели смущенными. Бедная женщина едва на ногах стояла.

Те же, что привели Халфемоса, относились к своему делу с меньшим почтением. Руки юноши были связаны за спиной, он был избит: синяк под глазом и свежая ссадина на скуле.

Капитан стражей протолкался сквозь ряды зрителей, расчищая дорогу Илне. Халфемос оглянулся и увидел подошедших.

— Илна! — слабым голосом позвал он. — Тебе нельзя было появляться здесь!

Один из стражей ударил юношу в живот. Халфемос согнулся пополам, хватая ртом воздух. Он бы упал, не поддерживай его солдаты под руки.

— Пощади! — умоляла Тамана. — Я не желала навредить тебе, просто хотела, чтобы ты любил меня, как прежде. И я ни за что не рассталась со своей жемчужиной, это он забрал ее. Я никогда не отдала бы подаренных тобой украшений, если бы не колдовские заклинания!

— Поднимите чародею голову! — скомандовал Робилард, в голосе его звучал холодный гнев. Один из стражей схватил юношу за волосы, но тому уже удалось выпрямиться, несмотря на боль в желудке. Он встретил гневный взгляд барона с достоинством, и это несколько подняло его в глазах Илны.

Робилард уронил амулет на пол и приготовился раздавить его каблуком.

— Ты запачкал мой двор своим колдовством, — проворчал он. — Я кину тебя туда, где рыбы помогут уничтожить все следы этой грязи!

Он жестом указал на одного из своих придворных, пожилого человека, единственного, кто имел нагрудную пластину и меч.

— Запри его в железную клетку, Хостен, и брось в море. Там, где начинается залив.

Придворный поклонился в знак согласия. Шепот среди толпы перерос в громкий рев.

Илна выступила вперед, повышая голос, чтобы ее услышали.

— Барон Робилард, я понимаю и разделяю ваш гнев, но нам обоим известно, что мастер Халфемос ни в чем не виноват, разве что в собственной глупости. Если отпустите его со мной, я покажу вам, что в его деятельности нет никакого волшебства — а взамен окажу вам ценную услугу. Куда более ценную, чем покормить рыб!

— Кто это? — вскричал барон. — И что она здесь делает?

— Это Илна ос-Кенсет, — проговорил капитан стражи безжизненным голосом. — Она пришла увидеть вас.

Илна туманно улыбнулась. Капитан стражи зашатался, нервно озираясь вокруг. У него было весьма нехорошее чувство, как будто он оказался посреди зала, полного людей, совершенно голым, если не считать шнурка на шее.

— За неделю я могу выткать для вас занавес, который заставит каждого, кто стоит перед вами, говорить только правду, — сказала Илна.

Так оно и было, правда, она не стала уточнять, что такой занавес будет обладать злыми чарами, ибо не сомневалась: Робилард уничтожит его через несколько дней. Лишь те, кто не очень представлял себе, что это такое, хотели всегда знать правду а также те, кто был готов отвечать за последствия.

— А может быть, я сотку другой занавес — который принесет благополучие вам и всем вокруг вас, — добавила Илна. — Я понимаю, Халфемос глупо распорядился своей силой, но вы можете отнестись к этому как к предостережению и не повторять его ошибок.

Предлагая две столь разные вещи, Илна понимала: Робиларду придется выбирать между тем, чего хочется, и что он должен делать. Ей бы больше хотелось изготовить для барона занавес доброй удачи, подобный тому, какие она делала в Эрдине до отъезда. Секс, богатство и месть всегда ценились людьми выше, чем скромное благополучие и доброе здоровье, но не Илной.

По крайней мере, с недавних пор.

— Ты волшебница, — проговорил Робилард, отчетливо выговаривая каждый звук.

— Я — ткачиха, — возразила Илна. — Простая женщина из Барка Хамлет, что на Хафте, и я сделаю то, что мне скажут.

Шум в зале стих, хотя люди продолжали оглядываться на вновь прибывшую. Капитан стражи метался, желая спрятаться где-нибудь. Другие солдаты выглядели сконфуженными.

— Еще одна волшебница, — бросил Робилард, и голос его стал нормальным. Котолина посмотрела на Илну со спокойным восхищением. Леди же Реговара прохаживалась возле трона, держа в руках свой собственный амулет. — Ты, должно быть, сумасшедшая, раз явилась сюда. Значит, ты заслуживаешь того же наказания. Что ж, Хостен…

— Нет! — выпалил Халфемос. — Она тут ни при чем!

Халфемос попытался вырваться от державших его людей. Но они не пускали его.

— Тише, Халфемос, — успокоила его Илна. — Я позабочусь обо всем. Ты уже достаточно накликал беды на себя и остальных.

— Она совершенно невиновна! — не унимался Халфемос. — Если причините ей вред, я…

Лишь Боги знали, что хотел сказать юноша. Пустые угрозы, думала Илна, а ситуация от этого лучше не становится.

Она сделала шаг к Халфемосу:

— Стой тихо и молчи, пока я не освобожу тебя! — прошипела Илна.

Она была в ярости, зла на себя самое и на весь мир в придачу. У парня недюжинный талант — и именно используя его, он устроил им всем неприятности. Разве справедливо, что вот этакий Халфемос может причинить людям столько вреда?!

Солдаты встали у нее за спиной. Илна резко обернулась и метнула веревку в направлении барона.

— Барон, я пришла за справедливостью, не за милосердием. Освободите Халфемоса под мою ответственность, и я заплачу разумную цену.

Илне пришло на ум, что у них с Робилардом могут быть разные представления относительно «разумности» цены. Но ничего, они сумеют договориться.

Робилард опустил руки. Он дрожал от гнева — потому что боялся, а девушка-маг видела его страх.

— Будь по-твоему, ткачиха! — воскликнул он. — Ты можешь отплатить мне за освобождение твоего дружка. Нынче вечером я праздную годовщину своего правления в качестве Барона Третьей Атары. Отправляйся к моему предку, Старшему Роми, и попроси его удостоить нас чести и явиться на праздничный ужин. Если он придет…

Робилард жестом указал на Халфемоса, который замер в руках стражей.

— …Тогда я освобожу этого идиота, пытавшегося испробовать на мне свои чары. В противном случае ты присоединишься к своему дружку.

— Идет, — согласилась Илна. Она была в ярости: на Робиларда, на Халфемоса и на себя самое. Смерти она не боялась, но знала, что приказ барона приблизит ее к силам зла и тьмы, которых она стремилась избежать. — Мне будет нужен проводник.

Хостен, старший из солдат, с тревогой посмотрел на барона.

— Милорд, вы это серьезно, относительно…

Робилард ответил ему пристальным взглядом.

— Приступай, Хостен. Или ты боишься?

Илна улыбнулась юношеской браваде барона. Ее собственный страх прошел. Может, она и неправильно поступает, но отступать нельзя.

Губы Хостена сжались. Он повернулся к своим подчиненным и проговорил:

— Вы четверо пойдете со мной. — Он подошел к Илне и поклонился. — Госпожа Илна ос-Кенсет? Мы проводим вас к Гробнице Старшего Роми.

— Хорошо, — отозвалась Илна. Она дотронулась до лба Халфемоса и проговорила. — Теперь можешь проснуться, Алос. И не накликай новой беды. Я вернусь.

Она прошла еще пару шагов к двери и обернулась.

— Даю слово, я вернусь.

Кэшел ступил на дорожку, огибающую дворец. Захаг остался в своей комнате стенать и жаловаться на судьбу. Там, где приготовление пищи зависело от слуг, лучше не вставать с постели до полудня.

Кэшел не стал заставлять Захага подниматься. Примат на Пандахе не был уверен в собственной безопасности, если только Кэшел или Ария не находились рядом и не брали его под свою защиту. Может, он и прав, но Кэшел не собирался изменять свое расписание из-за одной-единственной ленивой обезьяны.

Силья сидела, скрестив ноги, на перилах лестницы, прислонившись к виноградной лозе. Волшебница надела легкую хлопковую тунику вместо парадного богато украшенного платья, которое было на ней, когда Кэшел снова очутился на королевском дворе.

Он остановился.

— Я же говорил, что не хочу больше с тобой встречаться.