Обнимаю ваше одиночество - Прах Вячеслав - Страница 1

Вячеслав Прах

Обнимаю ваше одиночество

Сборник миниатюр, прожитых мною эмоций, которыми захотелось поделиться со своими читателями.

Мое третье произведение (первое – «Нежность», второе – «Грубый секс и нежный бунт»), которое я не писал, а прожил, пропустив все сказанное через себя. Прочувствовав каждый свой рассказ на себе же самом, распробовав вкус и горечи, и сладости.

Это маленькие зарисовки, которые так и не стали чем-то большим. Пусть они останутся здесь, в этом сборнике – сборнике моих настроений, влюбленностей, счастливых моментов и моментов несчастья.

Спасибо каждому человеку, вдохновившему меня написать о нем и о нас.

Благодарю каждого, кто читает меня. Кто давно со мной и недавно. Кто находит в своей душе отклик на мое искусство. Это моя самореализация в этом мире. Это мой смысл, когда слышу свой голос, а не чужие.

Шлейф

Я слушал дорогих мне людей, как шум помех на канале, где не было ни картинки, ни звука; они делились своими новостями, планами, я кивал головой и бессовестно ничего не слушал.

Я был не с ними, я жил мгновением – несколькими часами ранее. Я жил в том моменте, когда встретился с девушкой, от которой веяло штормом, адреналином, смехом, а еще изредка – не то отстраненностью, не то смущением.

Я не понял, почему все так случилось, с ураганом эмоций внутри, хотя должно было по задумке произойти тихо и мирно. Возможно, потому, что я ничего не ждал и ничего себе не представлял, а просто доверился моменту.

Кажется, мне подошла ее энергия, тот невидимый поток, которым она была окутана, который исходил от нее. Который заявил о ней громче и убедительнее, чем ее голос. Мне подошла ее энергия: она была неугомонная, дикая, объемная, как буйные волны, разбивающиеся о рифы; я наслаждался ею, я не притрагивался к ее телу, лишь периодически «случайно» касался ее руки или плеча своим плечом во время ходьбы.

Мне хотелось прикасаться к ней, но не было тогда еще повода касаться ее не случайно.

Я не позволял себе ничего лишнего, мы просто наслаждались общением и прогулкой у озера в солнечный весенний день.

Тот случай, когда встречаешь энергию-человека, а не человека-энергию, человека с энергией внутри такой, какая подходит именно тебе. Она ласково тебя обнимает, но в тот же час в ней чувствуется и дрожь почвы от землетрясений, и нежность уходящего пред закатом солнца.

И я понял: как удивительно, встречи с людьми даются мне для того, чтобы я сложил пазл под названием «я» – меня привлекает в людях энергия грубая и нежная одновременно, бушующая и в одночасье мирная, бушующая мирно, когда гром сменяется умиротворенностью, тихим, ласковым ветерком.

Похоже на тот случай, когда не подавляешь энергию злостью, обидами, страхами, запретами, трусостью. Тогда энергии много – она громкая, она осязаема, она очень приятна и светла, как состояние человека, простившего должнику его долг.

Я прогуливался с ней раз за разом на протяжении дня, вечера и ночи, прокручивая эпизоды той странной, но приятной для меня встречи. Это было похоже на объятие, но без тел. На поцелуй, но без губ. На принятие, всего лишь принятие той энергии, которой был наполнен человек и которая пришлась мне по кайфу.

Парфюм оставляет шлейф. Так вот энергия-человек оставляет бесподобный, стойкий след, подобный ароматной, пьянящей дымке в воздухе, заставляющий обернуться вслед своему воспоминанию бессчетное количество раз после встречи.

Возможно, для каждого человека есть свои энергии-люди, но он может оценить, почувствовать, увидеть их лишь тогда, когда они подходят именно ему.

С такими людьми чувствуешь наполнение и взаимообмен, у самого пробуждается такой объем энергии, которым можно касаться без рук, заявлять о себе без слов, оставляя после себя стойкий шлейф.

Штормит

А знаешь, мальчишка, бывает, штормит. Переполняют эмоции, состояние чистейшего кайфа, с которым не сравнится алкогольное опьянение. С этим сравнится лишь радость от достигнутой цели, первый поцелуй (от него штормит еще больше) и встреча с дорогими людьми (долгожданная встреча после длительной разлуки).

Не закрывайся, чудесный, от этого: отдайся этому неконтролируемому потоку, если чувствуешь свет и взаимность, если умеешь платить за свой опыт. Мне один человек, который не боится и не боялся жить, сказал, что это большое везение – испытывать подобное. Важно научиться принимать это, быть благодарным другому человеку за то, что сумел пробудить в тебе подобные чувства, мысленно говоря ему: спасибо тебе, что я чувствую себя живым, нося внутри тебя и то волшебство, которое я отыскал в себе, глядя на тебя; благодарю тебя за то, что ты есть в моей жизни, за то, что ты уделяешь мне свое время, что даришь мне свою энергию, я ее принимаю и отдаю в ответ свою.

Я верю в то, что я могу кайфовать здесь и сейчас, в эту минуту, когда ты рядом со мной или далеко.

Мне хорошо.

Я не провидец, я – живой человек, я хочу научиться жить здесь и сейчас. Радоваться здесь и сейчас. Жить с этим кайфом внутри и не закрываться от него.

Мой друг

Мой друг принимает меня таким, какой я есть, он всегда рядом. Я чувствую его присутствие в своей жизни даже во время его отсутствия.

Он есть, когда у меня гадко на душе, когда я болен, невыносим и груб (он не прячется от меня и не ждет, когда пекло исчезнет, он, как Вергилий, мой верный спутник и поэт, идущий бесстрашно в самые глубины моего ада); он есть и тогда, когда у меня праздник.

А я готов принять его пекло и праздник.

Он принимает меня здесь и сейчас, таким, каким я выбрал быть: и если будет нужно, он упрется спиной в мою спину и будет смотреть в глаза тому, кто захочет вылить на меня помои или всадить в меня нож.

Мой друг – это моя любовь, другая форма любви, не требующая прикосновений, поцелуев, близости; это мой родственник, это моя отрада. Мне не нужно его видеть каждый день, но мне важно чувствовать его каждый день, мне не нужно от него ничего, кроме того, что он есть, и чтобы он знал, что у него есть я.

Я говорил про друга. И только что понял, что мечтаю о такой же достойной и взаимной любви.

Есть души черные, как уголь…

Им ненавистен мир, потому что они ненавистны сами себе. Не думайте, что оскорбить вас, вылить на вас ведро грязи и помоев – это что-то глубоко личное для них. Нет, это лишь последствие своей тайной ненависти к собственной персоне.

Тренируют язык, а не силу воли. Удел – ненависть, злоба, такие отвратительные слова, что сразу же появляется презрение, даже без привкуса жалости, лишь позже – сочувствие. Как тяжело жить с такой душой. Но и жалеть не хочется, потому что это – выбор. Выбор, сделанный в угоду слабостям.

Самое страшное и губительное для них – это питать себя иллюзиями, что все люди такие, как они, и ко всем нужно обращаться с такой же ненавистью и неуважением, с какими они относятся к себе.

Заметьте, у них нет друзей и тех людей, которые могли бы прийти в трудную минуту. Тех людей, с которыми можно отдохнуть душой, посмеяться, пошутить и расслабиться.

Но не из-за того, что они, такие сильные, уверенные в себе и нужные, сами делают выбор шагать по жизни в одиночку, а потому что их окружение делает такой выбор.

Чтобы они шагали в одиночку.

И большинство уважающих себя людей даже не станут отвечать им, лишь бы самим так низко не упасть.

Никто их за это судить не будет, вы даже не представляете, как справедлива жизнь.

Милые, добрые мама и папа, два ангела, давшие жизнь, беззащитны от любви к своему чаду и весь удар на себя готовы принять за ненавистный для любимого ребенка мир, за всю ту ненависть, неуважение и нелюбовь к себе. Как же им больно, ангелам.