Мир Дому. Трилогия (СИ) - Шабалов Денис - Страница 200

– Но зачем же… Они же могут через люк… – пробормотал Илья. – Зачем по Джунглям?.. Не понимаю…

– А это мы узнаем сегодня! – кровожадно оскалился Сотников. Сомнения, которые заронил в нем друг, сдуло в одно мгновение. – Щас осмотримся здесь, вернемся – и спросим этого упыря! Он мне все скажет…

– На плане этот блок значился как «Гостевой», – мрачно сказал Знайка рассматривая схемы. – А казарма – она не в размер блока. Рядом еще двери…

– Пошли, – понимающе кивнул Сотников.

Илья был прав. За следующей дверью – рядом, стоило пройти двадцать шагов – пряталась вторая казарма. Не для людей. Зарядные станции контроллеров, ремонтно‑загрузочные терминалы, склад ЗИПа и медицины, отдельный склад боезапаса – все что нужно для ремонта и переоснащения. Машинный док. Здесь же присутствовала и ремонтная часть – док был разделен на две половины и в ближней торчала целая куча самых разных станков, а у стены длинным рядом стояли верстаки с развешенным по стенам инструментом.

– Смотри, смотри, Серег… Зарядная станция! Это для мелких КШР наверно… А это – для ШМП… – Знайка бродил по блоку как лунатик. – Витой шнур сверху спускается и к зарядному порту… Двести двадцать. О, смотри! А вот и три фазы для платформ! И здесь же их боезапасом догружают, на кран‑балке вон короб двенашки висит…

Бродили долго – ремонтное оборудование машин они видели впервые и хотелось рассмотреть все. Наконец опомнились. Нужно было возвращаться и браться за старика. То, что он продался – ясно. Не просто бросил свою общину – перебежал к врагу. Но Знайка очень правильно поставил вопрос – нахрена шастать Джунглями, если есть возможность спуститься на Дом сверху? Пробить люк и оказаться в самом сердце человеческого убежища…

– Да… Окопались, суки… – стоя посредине цеха, Сотников медленно переводил взгляд с одной детали интерьера на другую. – Ты погляди, а… И ремдоки, и зарядные станции, и терминалы информационные, чтоб напрямую в мозги грузить, и боезапас… Всё здесь! Перевалочная база и есть! Деда – валить, однозначно. И что‑то думать по этому объекту. Законопатить его что ли… или заминировать вдоль и поперек… Чтоб эти твари сюда ни ногой.

– Тогда пошли, – хмуро кивнул Знайка… и вдруг, поперхнувшись, уставился за спину товарища.

Серега еще не оборачиваясь уже понял, что увидит – слишком уж знакомо лязгнуло. Стремительно крутнувшись вокруг себя, он дернул с пояса ствол, вынося его вперед… в дверях, ведущих куда‑то внутрь блока, возвышался массивный корпус четырехсотого.

Оружия у него не было, корпус наполовину раздет – отсутствовали боковые, брюшные и бедренные пластины брони – но менее грозным противником он от того не становился. А у Сереги с собой только пистик, даже мощный 357.SIG, которого машине что слону дробина. На Знайку же он и не надеялся…

Четырехсотый, качнувшись, локомотивом бросил корпус вперед. Четыре центнера, да с ускорением – в человека. Снести, вбить, размазать о бетон. И одновременно с этим Серега почувствовал, как сердце, словив паузу, взорвалось темпом автоматной очереди.

Стрелять не успевал – КШР был уже близко. Толкнув Илью в сторону – убрать с дороги – он рванулся вправо. Мелкий, который так и торчал на месте, разинув рот, птичкой улетел под верстак. Слева, ударив упругой подушкой воздуха, мазнуло серой тенью – мимо. Развернувшись, Сотников вскинул ствол и, поймав затылок тормозящей машины, в три секунды выпустил магазин. Пули, горохом пройдясь по бронированной башке, рикошетами брызнули в стороны – но две‑три все же нашли цель, заплющив лепестковую шторку тыльной камеры. Задняя полусфера ослепла – уже плюс!..

Отбросив пистолет, он беспомощно огляделся… Знайка лежал под столом, ствол на ремне за спиной. Не успеть… Четырехсотый разворачивался. Бежать нельзя – мелкому конец. Драться врукопашку?!.. Единственное, что хоть как‑то напоминало оружие – кувалда над ближайшим верстаком. Лучше, чем ничего… В четыре прыжка покрыв расстояние, Сотников рванул молот с крюков. Развернулся… вовремя! КШР уже маячил за спиной, тянул загребущие клешни. Нырнув под левую лапу, Серега, скрутившись, ушел в сторону, за спину механизма – и, распрямившись пружиной, с выдохом ахнул по бликующей макушке. Сверху вниз, дровосеком.

Тренировки с кувалдой – азы рукопашника. Наработка мощности удара, скорости… Контроллера швырнуло вперед. Упав на колено, он на мгновение замер – череп уцелел, но запреградный импульс изрядно встряхнул мозги – и, взвизгнув сервоприводами, начал распрямляться. Следующий удар снова бросил его на колени. Опершись правой лапой о бетон, четырехсотый повернул башку – и встретил третий удар, летящую сверху кувалду, жестким блоком. Сотников аж взрыкнул от боли – рукоять, хоть и сделанная из гасящего вибрации материала, спружинила в ладонях, отдавая энергию обратно, до локтей.

КШР уже стоял прямо перед ним. Пахнуло горячим металлом и маслом, он слышал, как внутри механизма тонко поют релюшки и гудит напряжением топливник… Он уже не успевал – кувалда силой инерции утянула вправо и требовалось время, хотя бы секунда, чтоб выйти на новый удар. Но этой секунды у Сереги не было.

В следующее мгновение он уже скользил спиной по полу. Пекло левую лопатку, встретившуюся с бетоном, адски ломило левую грудную – удар пришелся прямо туда и если б не толстый слой мяса, стальной кулак пробил бы ребра. Улетел недалеко – кувалду все же не выпустил, и она, громыхая следом, тормозила, работая якорем. Проехав с десяток метров, он влетел в стену, врезавшись затылком. Потекло, закапало темно‑красным.

Извернувшись как кот, Серега вскочил на ноги. Контроллер стоял на месте и, склонив голову на бок, смотрел вслед. Эта полная любопытства человеческая поза озадачивала – и лишь спустя секунду Сотников понял, что смог‑таки достать. Правый упорный шейный привод лопнул надвое, и половинки нелепо торчали в стороны, словно две стрелы в туше. Раненый бизон да и только…

– Ну, сука… давай сюда… – прохрипел Серега. Перехватил кувалду наизготовку… – Ща буду тебя в хлам плющить…

Лязгнув металлом, контроллер, тяжело печатая обрезиненными подошвами в бетон, пошел вперед. Больше он не бегал – мозги сделали вывод и выбрали новый вариант. Механизмы врукопашку умели так себе, не их профиль – и к лучшему: оно и так бронировано, хрен пробьёшь. Попрыгать, попотеть придется…

Подняв кувалду, Сотников ждал. На подходе механизм вздернул клешню вверх, защищаясь от удара… Поехали! Набирая энергию, Серега скрутился винтом – и по нисходящей, меняя траекторию, опустил стальную чушку на коленный сустав. Нырнул вниз, пропуская над головой хватанувшую воздух лапу, снова разворот – набрать мощности! – и молот с жутким грохотом влетел в защищенное лишь арматурой брюхо. Нырок влево, под манипулятор, выход со скруткой – и удар в череп. И снова нырок, уже влево… Он плясал вокруг механизма, ускоряя темп – череп, брюхо, колено, снова череп! – пропуская мимо себя его клешни, которые всегда на какую‑то долю секунды запаздывали. Контроллер не бил – он пытался ухватить верткого человечка, выдернуть из вихря, который тот закрутил вокруг… и Серега понимал, что раз попавшись, уже не вырвется.

Череп! Сустав! Брюхо! Ключичный поршень! Сыпались один за другим удары, гремела сталь, летели высекаемые молотом искры… С первого взгляда казалось, что попадания не приносят стальному чудовищу вреда – но по каким‑то едва уловимым признакам Серега чувствовал, что это не так. Удары проходили – все, начиная с самого первого, сломавшего подпорник – и механизм сдавал. Очередной удар в сустав – и он гнется уже не так быстро… Новый удар в брюхо – и вот уже поддались прутья стального каркаса, в котором крепится топливник… Еще один удар в череп – и может быть, именно он, наконец, критично повредит мозг и вырубит монстра…

Но выдыхался и он сам. Двигался он на пределе скорости, на грани, быстрее уже не мог – и такой темп невозможно держать долгое время. Две… три… четыре минуты непрерывной работы на высочайшей скорости! Пахала не только физуха, но и мозг, и нервная система: хватая движение врага, просчитывая траекторию нырка, скрутки, дистанцию удара, вылавливая матовый взблеск смертоносных клешней… Ювелирная работа на острие, когда малейшая ошибка – смерть. Да и кувалда! Молот весил килограмм десять – и попробуй покрути этой хреновиной! Это вам не кулачками танцевать…