Третий оттенок любви (СИ) - Каренина Лина - Страница 18

Он резко приблизился, касаясь щекой её обмотанных пальцев левой руки. Татуировка отреагировала мгновенно, разгоревшись приятным бело-голубым светом.

— П-почему так? — прошептала Вероника, невольно и нерешительно прикоснувшись кончиками к идеальной коже.

— Мы связаны, Вивьенна, — горячо прошептал он, вызывая рой мурашек в её теле. — Деверься мне и смотри.

Мужчина поднёс руку к ключицам Ники и невесомо коснулся кожи. Ярко-голубоватый свет озарил комнату. Девушка вздрогнула, но не отстранилась. Странное тягучее ощущение поднялось откуда-то с глубин, растеклось по венам, взбудоражив кровь и раскрылось в районе сердца огненным цветком.

Внезапный стук в дверь оглушил пространство.

Глава 10

Ла Грансс тихо выругался. Свечение тут же пропало. А Ника так и замерла в оцепенении, только и успев прижать руку к груди. "Он ждёт гостей?" — пронеслась в голове мысль. Однако мужчина сразу же опроверг её, словно бы прочтитал:

— Это к тебе, — его голос вновь приобрёл оттенок морозной стужи.

Вероника быстро поднялась следом за беловолосым и поспешила к двери. Она догадывалась, кто мог внезапно нагрянуть к родителям и кому те могли рассказать про "друга-старшекурсника", живущего напротив. Так и оказалось: за открывшейся дверью обнаружилась Дашка.

Да, Дашка, одетая в очередной вызывающий костюмчик, эффектно подчёркивающий все её округлые прелести. Сестра быстро и цепко оглядела сначала хмурого Феликса, а потом и Нику, словно ища в их облике подтверждения каким-то своим подозрительным мыслям.

— Привет, Никуль, — выпалила она, косясь на хозяина дома. — Ты не отвечала на звонки… вот я и пришла к твоим домой. Напугала меня, сестрёнка!

Ника тяжело выдохнула, вышла к ней за порог и успокаивающе приобняла за плечи, не зная, как ещё оправдаться. Но та легко обняла девушку в ответ.

— Нам надо поговорить, — она бросила недоверчивый взгляд на Феликса, сложившего руки на груди и замершего в проходе.

Русоволосая понятливо кивнула, повернулась к мужчине и, прошептав "всё хорошо, я скоро", отошла на несколько метров от дома.

Продолжая бросать подозрительные взгляды на напряжённого Феликса, Дарья залепетала в полголоса:

— Что это всё значит, Никуленька? — в голосе подруги вдруг заиграла коварненькая хорошо знакомая усмешка. — Тебе всё же удалось растопить сердце этого одинокого ледяного принца?

— Даша! — шикнула Ника, догадываясь о том, что один из лучших воинов другого мира сейчас их прекрасно слышит. Она незамедлительно перевела тему: — Лучше расскажи, как там всё закончилось…

Настал черёд подруги тяжело вздыхать.

— Ромочку нашего в больницу увезли.

— Ч-что случилось? — не наигранное волнение поднялось в голосе русоволосой девушки. Внутри всё сжалось. Вероника припомнила, что видела несколько пропущенных вызовов от Романа, но перезванивать так и не решилась. "Чёрт, там же наверняка были камеры видеонаблюдения! — билась в голове паническая мысль. — А если это всё дойдёт до милиции?"

— Честно говоря, ты во время с тусовки свалила, — Дарья разочарованно покачала головой и тут же пояснила: — Мы Ромку в Таком состоянии нашли! Сразу позвонили в скорую: думали, что он перепил или закинулся чем…

Ника настороженно слушала, всё ожидая, что и её имя сейчас мелькнёт в этой злосчастной истории. И мелькнуло-таки.

— Врачи сказали, нервный срыв, — охотно продолжила донос Дашка и бровью не повела. — Мы спрашивали Рому про тебя (получилось ли догнать), но его чуть кондратий не хватил: залепетал, что и знать тебя не хочет. Так странно… Эх, такого парня потеряли. Кстати, о потерянных. Недавно твоего бывшего видела. Данилка который. Нашёл себе новую. Такая фифа…

Разговорчивость двоюродной сестры — страшная сила. Кого угодно с ума сведёт. И если бы Ника не остановила этот безудержный поток сознания, то вскоре отправилась бы вслед за Ромочкой с расщеплением мозга.

— Подожди! — Вероника порывисто прервала монолог. — Так что с ним случилось?.. Что конкретно сказали врачи?

— Из-за армии это всё, — со вздохом произнесла болтунья, — испортила жизнь такому классному парню! Хорошо, что Женька мой там не бывал никогда. Я всегда говорила…

Однако она быстро осеклась, увидев скептический взгляд русоволосой собеседницы.

— Ой, побегу я, вобщем! На подработку пора, — она порывисто поправила чёрный официальный костюмчик, оттягивая его ещё сильнее. — Увидела тебя и то хорошо!

Вскоре Дашки и след простыл, будто её тут и не было. Вероника вздохнула и нерешительно повернулась к хмурому Феликсу, всё так же ожидавшему её на пороге. Вернее, так думала Ника. Но едва обернувшись к дому, она вздрогнула от неожиданности: мужчина стоял прямо за её спиной.

— Надеюсь, что этого бывшего не придётся отгонять от тебя, — странные стальные нотки угрожающе промелькнули в его голосе, а взгляд из-под соболиных бровей покалывал жгучим холодом.

— Я же просила больше не подкрадываться! — вспылила девушка, со смелым недовольством глянув на беловолосого. — И не надо меня ни от кого спасать, — гордо сложила руки на груди, повторяя жест самого Феликса. — Не хватало ещё с правоохранительными органами иметь дело.

Она уже представила, как сидит в кабинете следователя и рассказывает про Феликса всё на чистоту. Другой мир и вся эта магия… "Ну, вместо тюрьмы меня точно ожидает… дурка," — Ника мысленно хмыкнула. Однако из раздумий её вывел резкий вопрос Феликса:

— Хочешь сказать, что тогда я не должен был вмешиваться? — мрачное раздражение проскользнуло в бархате баритона.

Этот вопрос несколько озадачил девушку. Не дожидаясь, пока Ника, запинаясь, что-то ответит, Феликс развернулся и пошёл дальше по улочке, бросив:

— Идём. Тёмное писание ждёт, — не останавливаясь, он поднял руку: между пальцев, которые не так давно лишили Рому всякого покоя, промелькнуло послание Демона, неизменно сложеное вчетверо.

Ника, нервно прикусывая губу, двинулась следом за мужчиной, искоса на него поглядывая, но не решаясь заговорить. "Что у него на уме? — мысли вертелись буквально на языке, но, тяжело сглотнув, девушка оставила их при себе. — Такая странная реакция на то, что у меня есть ещё один бывший. Неужели он это осуждает? Наверное, в их мире принята неприкосновенность женского тела до свадьбы". Но вместо столь откровенных вопросов она задала самый подходящий:

— Так куда мы идём?

Молчание, разделявшее их до этого времени, исчезло, а чувство недосказанности осталось и больно резало по нервам. Но особенно давил тот взгляд, которым Феликс наградил её мельком, прежде чем пустился в объяснения.

— Голоса из послания ведут куда-то к реке, — кажется, он поумерил пыл и сейчас просто старался быть отстранённым. — А куда мы переместимся потом… лишь Авей-Лон знает.

И вновь гнетущее молчание продолжило быть незримым третьим спутником, провожая парочку к небольшой асфальтированной и залитой солнцем набережной маленького городка. Даже под конец лета тут было довольно многолюдно: все спешили последний раз искупнуться в мутно-илистой воде широкой ленты реки. Хотя за последние несколько дней жар проходящего лета сбился частыми проливными дождями и температура воды наверняка понизилась.

Ника припомнила, как и сама несколько лет назад ходила с родителями на пикник и позагорать на обрывистом бережке недалеко от дома. И всё равно она никак не могла загореть, так и оставаясь "бледной поганочкой", как говорила некогда мама. Ангелине вдруг стало грустно от осознания того, что те светлые времена давно прошли. Будто бы почувствовав её печаль, Феликс посмотрел на девушку, однако промолчал.

Внезапно Ника услышала чей-то громкий заливистый смех. Повернувшись на источник звука, она увидела парочку, стоящую у лорька с мороженным.

Даниил Зайцев в компании какой-то девушки, чей смех показался Веронике подозрительно знакомым, протягивал своей спутнице рожок с кремовыми шариками мороженого. Ника повнимательнее пригляделась к девушке и поняла, что она её знает.