Евгений, Джек, Женечка (СИ) - Горышина Ольга - Страница 63

— У тебя… Он ныл под дверью.

Я тоже та ещё соня — отлично, не пили ничего, крепче витаминного чая, а спим, как со свадебного похмелья.

— А что Женька внизу делает?

Я начала уже спускаться.

— Ты же сама сказала не будить его! — подлетел ко мне Ярослав.

— Блин, я о твоей сестре! И вообще мне на работу надо! Это у вас лето…

То ли говорила я громко, то ли громко топала, то ли это Берька фыркнул со своего места будильником, но Джек поднял голову. Женечка — нет. Она спала на подушке, а вот нынешний хозяин дивана без оной.

— Она в пять пришла. Я смог уговорить ее тебя не будить, — выдал мой муж. — Иди в душ. Я сейчас встану и сделаю на всех омлет.

— На всех яиц не хватит, — сказала я без всякого подтекста, но этот придурок не промолчал:

— Свои добавлю, иди…

Так хотелось и ему указать верный маршрут. Но на лестнице уже появился Ярослав. Пришлось пустить его в ванную первым. А я уселась на край дивана, одним глазом наблюдая за спящей дочкой, вторым — за тем, как Джек одевается. Мне всегда нравился этот процесс. Намного больше раздевания: тогда я не успевала даже глазом моргнуть.

— Как спала? — спросил Джек явно с подтекстом.

— Плохо, — не стала я выделываться.

— А я после пяти утра — хорошо. У меня под боком сопела твоя половинка.

Утреннего поцелуя не последовало — мы одновременно взглянули на ворочащуюся Женечку и решили не рисковать.

— Поторопить Ярослава? — спросил Джек.

— Не надо. У меня так и не появилось сил умыться. Ты был вчера в душе?

— А ты сомневаешься? В ледяном! — усмехнулся Джек. — Ярослав, ты можешь не копаться там?! Мать ждет.

И даже стукнул по двери кулаком.

— Я же сказала, что все нормально.

— Он мог и на улицу в душ пойти! Парень или как?

Ну что я должна ему на это отвечать — пусть сам идет на улицу. Вода в бочке, возможно, и не остыла за ночь.

— Мы лечебное обливание не практикуем. Успокойся… Ты на кухню шел, забыл?

— Проверяешь меня?

— Больно надо!

Я поднялась с дивана и постучала в дверь.

— Ярослав, я на работу опаздываю!

Сын вышел, буркнув извинения. И по-быстрому ретировался наверх, чтобы не оставаться один на один с Сомовым: Женечка и Берька не в счет.

Я бросила пижаму в стиральную машину и запустила ее. Душ помог совсем чуть-чуть. Оставалась надежда на целебный кофе и хорошую декоративную косметику. Но начала я с кофе, потому что дымящаяся чашка ждала меня на столе. Самая приятная мелочь в семейной жизни, которой у меня никогда не было. Не уверена даже, что Влад научился за эту неделю варить кофе хотя бы для себя. Наверное, берет по дороге в киоске или в офисе.

— Выясни, он едет с нами или нет? — кивнул Джек на потолок.

— То есть его мнение все-таки учитывается? — усмехнулась я и крикнула, чтобы Ярослав спускался к завтраку.

Женечка уже сползла с дивана. Пришлось отставить недопитый кофе и пойти умыть дочь. Потом мы сели завтракать — вчетвером. Берька тяжело вздыхал от двери. Ему никто ничего не предложил. Не заслужил, что ли?

— Собаку покорми, — бросил Джек, как только Ярослав без напоминания понес тарелку в посудомоечную машину. — Как омлет? — спросил Джек уже у меня.

— Омлет как омлет. Спасибо.

— Думал, не дождусь.

— Я сказал вам спасибо, — послышалось от собачьей миски.

— Я не про тебя, а про твою мать говорю, — не обернулся к Ярославу Джек. — Тебе я ответил «на здоровье», если не заметил.

— Заметил.

— Иди одевайся. Мы через пятнадцать минут выезжаем.

— Я не хочу в город.

— Я тебя не спрашиваю, хочешь или нет. Я сказал, иди собирайся!

— Мам… — повернулся Ярослав ко мне за защитой.

— Ярик, ты сам сказал, что тебе тут скучно. Иди в музей. С Женей. Женя там тоже давно не был.

— Пусть он и идет тогда…

— А ты не хами тут!

Джек поднялся, чтобы убрать за собой тарелку, но Ярослав непроизвольно дернулся от него в мою сторону.

— Я не хочу! — и потопал наверх очень громко.

— Оставь его в покое! — сказала я, когда Джек сделал шаг к лестницы.

— Да щаз! С разбегу…

И взлетел наверх. Дальше была тишина. Только мое сердце билось в ушах. О чем они говорили, не знаю. Женечка громко пыталась увязаться с нами в город.

— Жень, я постараюсь завтра не идти на работу, — пообещала я скорее всего невыполнимое.

Джек спустился один и бросил мне, чтобы я шла одеваться. Ну и сообщил, что Ярослав едет с ним.

— Держи себя в руках, — прошипела я, проходя мимо. — А то он отцу нажалуется.

— Да пусть жалуется. Хоть Господу Богу, мне то что…

— А тебе должно быть «что». Мне сегодня с ним говорить. Или ты даешь мне день отсрочки?

— Ни дня. Я хочу спать с тобой, а не с твоей дочкой.

И он шагнул к дивану, чтобы собрать его. Я повела Женечку одеваться, и это заняло у нас слишком много времени, так что косметику пришлось запихивать в сумку. И застегивать пояс у платья тоже на ходу.

— Так тебе намного лучше, — улыбнулся Джек из-за спины Лены, которая в мое отсутствие успела заступить на службу. — Хоть на женщину похожа, а не на офисный кактус. Ярослав, ну е-мое! — повысил он голос до крика. — Ты-то там что у себя красишь!

Бедняга тут же слетел вниз. Футболка, джинсы. И Джек бросил ему довольно грубо, чтобы взял на всякий пожарный случай ветровку. У меня на руке болталась вязаная кофта, поэтому мне замечания не сделали. Его делала я сама. Не в офис вырядилась, а на пикник какой-то. Только соломенной шляпки не хватает. А мне встречать ревизора. Но в нашем бардаке не найти ничего приличнее. Будем надеяться, что встречают не по одежке…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я выдохнула только в машине и обернулась к Ярославу, пока Джек закрывал ворота.

— Не дуйся. Никто не обещал тебе легкое лето.

— Поехали домой.

И я знала, о чем он говорит.

— Сейчас мой дом здесь. Пойми ты это наконец.

— Зачем тебе сдалась эта работа? Тебе денег не хватает?

— Работа — это не только деньги. Вырастешь, поймешь.

— Не пойму!

— Значит, не поймешь.

Джек вернулся за руль.

— Успели поругаться? — поинтересовался с улыбкой.

— Тебя ждали, чтобы начать…

— У нас сегодня день примирения. Мы с Ярославом договорились быть белыми и пушистыми. Верно, парень?

Он не обернулся, подмигнул моему сыну в зеркало заднего вида. Ярослав промолчал. И молчал до города, куда мы доехали довольно быстро. Только малость постояли в черте города.

— Удачи! — сказал мне Джек перед офисом, и я буркнула в ответ:

— Вам удачи!

— Ну, мы справимся. Это ты нас там смотри не подведи.

А мне совсем не хотелось подводить черту под отношения с Владом. Она будет жирной и… Никогда не превратится в точку. У нас дети. Двое.

На сердце не было спокойно, но за Джека с Ярославом я переживала меньше всего. За работу? Ну, чуть больше. На уме был Влад.

— Ярослава Валентиновна, почему вы опаздываете? — почти что отчитали меня подчиненные.

Мне даже захотелось одернуть кофту, как в первые дни практики.

— Пробки, — выдала я сухо. — Из пригорода трудно добираться. И официально я на работе с понедельника, — добавила зачем-то зло.

— Москвичи приехали с утра, — подал голос Костя.

— Их много? — удивилась я.

— Двое. Оба на складе.

Стало совсем нехорошо: на секунду я даже испугалась, что одним из них может оказаться Влад, но потом сообразила, что ему тут делать совершенно нечего. Хотел бы приехать ко мне, приехал бы не под видом командировки.

Я спустилась на склад, чтобы поздороваться с московской командой. Я знала только одного из них. Он представил мне свою помощницу, намного меня младше, зато с гонором. Она и попросила меня не мешать им работать. Странно, что они закрылись на складе, хотя работали исключительно с базой данных. Я не стала настаивать на их переходе в офис и ушла туда сама. Собиралась сделать это, но по дороге приняла звонок от матери.