Её условие (СИ) - Елисеева Виолетта - Страница 20

Мы с Анфисой вернулись домой вместе. У меня сегодня тоже был офисный день, так что мы как обычно встретились подальше от работы, чтобы продолжить путь вдвоем.

Она уже успела рассказать мне про командировку и говорила о ней как будто виновато, но сейчас я был даже рад ее отъезду. Как бы ужасно это не звучало.

— Это всего на несколько дней, — сказала она, когда мы сели ужинать.

— Главное, чтобы тебе там было весело, — многозначительно заявил я.

— Леша, я же в командировку еду, а не на курорт, — засмеялась Анфиса, — мы там будем работать, а по вечерам у меня учеба.

— Мой занятой Рыжик.

Я не удержался и поцеловал Анфису. С этой учебой она действительно повеселела.

— Кстати! Чай мы сегодня пьем с кактусовым вареньем, — сказала Анфиса, — Петр привез его в качестве сувенира.

Рыжик проверяла все ли она взяла для своей командировки, когда мне позвонил Димка.

— Старик, я не хочу тебя пугать, но я сейчас во дворе, и я вижу, как от остановки идет твоя мама.

Я подавился воздухом.

— Куда она идет? — шепотом спросил я.

— Как ты думаешь?!

— Ты сможешь ее задержать?

— Я попытаюсь!

— Буду должен!

Я нажал отбой и поспешил к Анфисе.

— Ну, как? — преувеличенно весело спросил я.

— Вроде, все на месте, — задумчиво протянула Анфиса.

— А как там машина? — кажется, мой голос прозвучал немного нервно.

— Должна уже приехать, — она выглянула в окно и высматривала корпоративный автомобиль невообразимо мучительно долго, — а вон вижу. Тогда я пошла.

Я должен был решить, что делать. Если Анфиса уйдет одна, есть шанс, что мама ее просто не узнает. Но если все же узнает, то я должен быть рядом. Но я точно привлеку внимание.

— Не спускайся со мной, — попросила Анфиса, — лучше следи за супом.

— Как скажешь, — я посчитал ее слова знаком судьбы.

Я поспешно поцеловал ее, и, как только дверь за ней закрылась, кинулся к окну. Удача была на моей стороне. Мама появилась тогда, когда Анфиса захлопнуло дверцу машины. Похоже, Димка справился со своей ролью.

Когда мама звонила в дверь, я знал, что меня ждет очередная отповедь, но это уже не имело никакого значения. Я успел к ним привыкнуть.

Беседа в номере

Петр с Анфисой расположились в отеле, а потом как всегда встретились у него в номере, чтобы коротко обсудить рабочие планы. Никакой неловкости для них это не создавало.

Анфиса сидела за небольшим столом, типичным для гостиничного номера, а Петр, одетый в джинсы и светлый джемпер, вальяжно расположился в кресле. Он очень редко появлялся перед сотрудниками в неофициальном стиле, но сейчас ситуация явно это позволяла.

— Итак, — начал он, — завтра с утра у нас встреча с Поляновым. Все стандартно. Нужна запись. Потом пока я буду общаться с сотрудниками, ты успеешь оформить протокол. После мне надо будет уехать, возвращайся в гостиницу. До конца дня ничего уже не будет.

— Хорошо, — привычно кивнула Анфиса.

— Послезавтра я попрошу тебя быть с утра на телефоне, а после обеда график переигрался, я не успел тебя предупредить, у меня будет интервью в офисе. Я попрошу тебя потом дать оценку.

— Ладно, — снова кивнула Анфиса.

Петр прекрасно понимал, что не говорит для нее ничего нового, поэтому детали можно было спокойно опустить.

— Вечером я еду, только не удивляйся, — в этом месте он даже улыбнулся, — судить конкурс студенческих работ, так что ты снова предоставлена самой себе.

После таких новостей Анфиса впервые проявила какие-то эмоции, кроме вежливого внимания. Такое у них действительно было впервые. Раньше Петр никогда не принимал участие в подобных вещах. Он очень хотел позвать ее с собой, но понимал, что это будет чересчур.

— Я вас поняла, — наконец, нашла она, что сказать и… зевнула.

— Кажется, пора спать, — улыбнулся Петр, — я сам не прочь отдохнуть. Тогда до встречи завтра в восемь. И не забудь поужинать.

— Хорошо, Петр.

Он видел, что ее все больше клонило в сон, да и сам он уже мечтал прилечь.

Стоя под горячим душем, Петр размышлял о том, что в принципе мог бы обойтись без Анфисы в этой поездке, но он почему-то все же решил взять ее с собой. Со стороны не было ничего удивительного в том, что его личный ассистент отправилась с ним в командировку. Но это только со стороны. Неужели он поддался тревогам Ильи и теперь сам искал поводы убрать Анфису из города? Тогда это глупо и уж точно не практично.

Усилием воли Петр выключил воду и отправился спать. Заснул он, как только голова коснулась подушки.

Командировка продолжается

Прошедший разговор с мамой отличался от всех предыдущих. Начался-то он стандартно. Про то, что я должен нести ответственность за свои поступки, про то, что я должен уделять Светочке больше внимания, хотя бы звонить и спрашивать как дела, ну и про то, что я оказался весь в папашу. Я уже не пытался объяснять, что отцом этого ребенка мог быть и кто-то другой, что мы со Светой к тому моменту расстались, что даже если ребенок мой, это не означает необходимость нашего с Ермоловой бракосочетания.

— Мама, — устало сказал я, когда ее речь закончилась, — если обо мне не думаешь, то о Свете подумай. Зачем ей жить с нелюбимым человеком? У нее гормоны и все дела. Поэтому она требует… то, что требует. Ну, какая из нас семья?

— С чего ты взял, что с нелюбимым? — удивилась мама. — Она тебя любит.

В это я не верил. Светой двигало что угодно, но точно не любовь. А даже если бы любила она меня, то это не могло быть взаимным.

— Хорошо, допустим, — вздохнул я, — я-то ее не люблю. Зачем лишать ее шанса встретить судьбу? У меня есть Анфиса. И больше мне никто не нужен, понимаешь?

— И как же она относится к этой ситуации?

— Какая разница, мама? Оставь ее в покое и не впутывай в это.

— Ты не сказал ей! — сообразила она.

— Мама, не вмешивайся! — предупредил я. — Не трогай Анфису!

— Леша, если ты так ее любишь, как мне пытаешься внушить, то как можешь обманывать?

— Пожалуйста, давай прекратим уже этот разговор! Ты же понимаешь, что он ровным счетом ни к чему не приведёт!

На том мы и разошлись, абсолютно недовольные друг другом. Однако слова мамы засели у меня в голове. Я думал, что оберегаю Анфису, не рассказывая ей про всю эту историю, но вдруг это напротив было нечестно по отношению к ней?

Мне требовалось мнение со стороны, и я позвал Димку. Я не собирался рассказываться ему про признание Анфисы и вообще про что бы то ни было, что касалось бы ее секретов, но проговорить ситуацию с ним я точно мог.

Я пересказал ему свой разговор с матерью и поделился наметившимися сомнениями.

— Я не понимаю, чего ты сейчас занервничал, — задумчиво протянул Димка, — осталось подождать всего-ничего. Зачем дергать Анфису?

— Если это все-таки мой ребенок, — вздохнул я, — я не смогу от нее это скрывать.

— Ты пытаешься свернуть на половине пути, старик. Надо было говорить либо с самого начала, либо уже молчать.

— Я так запутался, Димон! — вырвалось у меня. — Больше всего я боюсь, что Анфиса просто уйдет.

— Слушай, это жизнь. В конце концов, ты ей не изменял. Все произошло до того, как вы сошлись.

— В процессе схождения, — криво усмехнулся я.

— Если я ничего не путаю, то дата начала отношений у вас пикник в парке. Вот и исходи из этого.

Петр вернулся в отель вполне довольный прошедшим днем, но ни подниматься в номер, ни идти куда-то еще ему не хотелось. Поэтому он выбрал единственный возможный в таком случае вариант: посидеть в фойе. Тем более отсюда открывался чудесный вид: панорамные окна выходили прямо на набережную. Когда была возможность, Анфиса любила по ней гулять, он ходил с ней однажды, но это оказался неудачный опыт. В тот день поднялся жуткий ветер, и они, смеясь ринулись в отель, после чего отогревались в здешнем баре крепким чаем.