Её условие (СИ) - Елисеева Виолетта - Страница 9

Петр быстро оценил «потенциал», «исполнительность» и «аналитические навыки» Кости и похвалил Анфису за хороший выбор. Похоже, ее аналитических навыков для запросов Петра теперь было недостаточно.

Костя тем временем вышел из кабинета и подошел к ее столу.

— Анфиса, Петр мне сказал спросить у тебя, — неловко замялся он.

— Что именно? — насторожилась Анфиса.

— Мне надо в обед уйти и не вернуться. Он сказал, что если у тебя нет заданий, то он не против.

Это было что-то новенькое. С самого начала никто не подразумевал, что Анфиса должна давать Косте какие-то мифические задания, но почему бы не подыграть.

— У меня заданий нет, — усмехнулась она, — так что я не возражаю.

— Спасибо! — просиял парнишка.

Все же он был еще очень молод. Анфисе не хотелось превратиться в мегеру и начать его изводить.

Костя быстренько собрался и был таков.

Через какое-то время засобирался на обед и сам Петр.

— Зайчик, не забудь поесть, — напутствовал он.

— Спасибо, Петр, не забуду, — улыбнулась Анфиса.

С зайчиком у них была особая история. Поначалу, когда он стал так ее называть, Анфиса внутренне злилась, считая, что таким образом Петр указывает на ее незрелость и возможно даже непрофессионализм, но, когда он на долгое время забыл, что она зайчик, занервничала и, снова услышав то самое обращение, успокоилась и больше подтекста не искала.

Стоило Петру выйти, как в приемную залетел Алеша. Ни слова не говоря, он привычно обнял ее и поцеловал, от этих простых в общем-то действий Анфисе стало чуточку спокойнее. Она обхватила его лицо руками и вернула поцелуй. Не разрывая объятий, Леша закрыл дверь на замок, чтобы никто не помешал им. Анфиса никогда не признавалась в этом, но она любила, когда он так делал. Это придавало их встречам налет некой таинственности и даже приключений. Она порой задавалась вопросом, можно ли считать их отношения служебным романом, но ответа не находила.

— Как дела у моего рыжика? — прошептал Леша ей на ухо.

— Все как обычно, — ответила Анфиса, пряча лицо у него на груди, — что у тебя нового?

Леша собрался что-то ответить, но у Анфисы зазвонил стационарный телефон. На крошечном дисплее высветилось «Илья Земцов».

— Да, Илья, — бойко ответила Анфиса в трубку.

— Фиса, оболтус у тебя?

— Да, вот рядом стоит. Если вы про Алексея.

— Отлично, не могу ему дозвониться. Попроси его, пожалуйста, зайти.

— Конечно.

Анфиса положила трубку и посмотрела на Лешу.

— Илья просит тебя зайти, — сказала она, а сама не смогла скрыть разочарования.

Леша как будто тоже немного сник.

— Девочка моя, прости, — сказал он с легким сожалением, — я постараюсь быстро.

Он торопливо погладил ее по волосам и поспешил на отцовский зов.

Анфиса снова осталась одна. Похоже, все в этом офисе были востребованы, кроме нее. Почему-то именно после ухода Леши те самые кошки усиленно заскребли на душе. Все были нужны всем, и только она делала никому не сдавшиеся презентации. Что там Петр говорил про стратегии?

Анфиса плюхнулась в свое кресло и полезла в нижний ящик стола, где хранилась заначка на самый экстренный случай: коробка шоколадных конфет с карамельной начинкой. Всего одну, нет, две.

С Петром она проработала без малого шесть лет. Все начиналось совершенно в другой стороне. Сменив пару-тройку мест работы, Анфиса поняла, что больше всего на свете хочет быть связанной с миром моды, но вот незадача ни творческих способностей, ни навыков для этой сферы она не имела. Оставались только офисные должности, а там, как знать, если получить образование, потренироваться… Главное вращаться в этой сфере. Так она думала. И попутно с работой, а также поисками новой, записалась на курсы дизайнеров, где познакомилась с Ольгой, для которой учеба была чем-то вроде хобби, или увлечением для души, сама она работала финансистом. Ольга заприметила старательную девочку и рассказала о ней Петру, который представлял сферу, весьма далекую от мира моды. Петр заинтересовался и предложил пообщаться, если Анфисе это самой интересно, Анфисе интересно не было, но она не хотела обижать Ольгу. На встречу она сходила только ради нее, хотя думала, что ей откажут. В итоге после собеседования, двух заданий и еще одной встречи, Анфисе предложили работу. Она пострадала, но согласилась, Петр покорил ее не только зарплатой с соц. пакетом, но и личной харизмой и обаянием. Те самые курсы она кстати не закончила.

С самого начала Анфиса бросилась доказывать Петру, что он не ошибся с выбором. Она сидела на работе до позднего вечера, осваивала что-то новое, старалась предугадывать желания своего нового начальника и спокойно выходила в субботу и воскресенье, не требуя ничего взамен. Постепенно одобрение Петра сделалось для нее самоцелью. В глубине души она понимала, что это неправильно, но ничего поделать не могла. Даже расставание с тогдашним молодым человеком на почве его интереса к ее подруге особо сильно ее не задело. Она поплакала, конечно, для порядка, но раскисать было некогда. Петр поручил ей первый самостоятельный проект. А как бы она с ним справилась, рыдай она ночи напролет в подушку?

Петр ценил ее старательность, но однажды задерживаться после определенного часа запретил. Вот просто запретил и все. Только в крайних случаях. Анфисе ничего не оставалось, кроме как согласиться.

Так в жизнь вернулись забытые увлечения и встречи с друзьями. Про моду Анфиса уже и не вспоминала. Разве что с удовольствием разглядывала бесконечные каталоги с одеждой.

К моменту встречи с Лешей Анфиса, конечно, стала в отношении Петра и его мнения намного спокойнее, но он все равно был значимой фигурой в ее жизни. Очень значимой. Она все также хотела доказать ему, что она уже не просто старательная девочка, а опытный толковый специалист. И вот она оказалась ему не нужна. Свежий взгляд обладателя экономического образования легко заменил ее преданность.

Леша прислал сообщение «это надолго». Анфиса вопреки правилам здорового питания съела третью конфету и только после этого ушла на обед.

Ленивый вечер

Я пришел домой намного раньше Анфисы и воспользовался ее отсутствием, чтобы вернуться к запрещенному увлечению: компьютерным играм. Не подумайте, что она говорила что-то против или устраивала скандалы на этой почве. Нет, это было не в ее духе. Я сам себе запретил играть в них при ней. Она и так считала меня не слишком зрелым парнем, а начни я палить при ней по монстрам, репутацию мне, скорее всего, было уже не восстановить.

За игрой незаметно прошло два часа. Волевым усилием пришлось выключить комп. У нас с Анфисой сегодня был день «ну его все». Раз в две-три недели мы вместо обычного ужина или похода куда-нибудь заказывали себе пиццу-воки и другую подобную доставку, а потом поедали все это за просмотром фильма. Анфиса прислала мне список своих пожеланий, и я оформил заказ. К ее приходу все уже должны были привезти.

Взгляд упал на халатик, забытый Рыжиком на диване, и я невольно улыбнулся. Она всегда оставляла его на этом месте, а вечером сокрушалась из-за своей забывчивости. Я забрал халат и повесил на вешалку, где ему полагалось быть.

У нас с Анфисой все складывалось просто отлично. Я обожал ее и хотел верить, что это взаимно. Во всяком случае поводов в этом сомневаться у меня не было. В офисе мы неизменно держали дистанцию, но мне нравилось иногда смущать ее особо пристальными взглядами или незаметными поглаживаниями. Она так очаровательно вздрагивала или краснела, что провоцировала меня на повторение.

За стенами офиса мы, конечно, уже ни от кого не скрывались и жили жизнью обычной пары. Немного развлечений, немного быта. Что до последнего, то здесь не так давно у нас возник камень преткновения. Я хотел, чтобы Анфиса переехала ко мне, но она не спешила этого делать. Вернее, она проводила у меня большую часть недели, но всегда так или иначе возвращалась к себе. Я не понимал, в чем крылась подобная принципиальность. Жилье она снимала, ехать до офиса от меня было ближе, и вообще не существовало ни одной объективной причины отказываться. Перебрав в уме все мыслимые и немыслимые объяснения, я пришел только к одному выводу: строгие родители. Получалось вполне логично. Наличие собственной базы вызывает гораздо меньше вопросов. С семьей она меня кстати не познакомила, но я не настаивал. С моей матерью они еще тоже не пообщались. Так вот я поставил на строгих родителей и выкатил мою версию Анфисе.