24 дня на любовь (СИ) - Ланвин Кира - Страница 1

24 дня на любовь

Кира Ланвин

Пролог.

Шесть лет назад…

Лиза

В последнее время сообщения от Макса выглядели странно и вызывали тревогу. Он должен вернуться через несколько месяцев и мы вместе уедем из этого городка. Возможно, это разлука заставляет его писать так, но раньше он никогда не грубил и если что-то было не так, то обязательно сообщал. А теперь все его ответы стали похожи на отписку или провокацию.

Он уехал в леса, на заработки, на всё лето. Чтобы, когда он вернётся, мы могли вместе снять квартиру в городе. Найти работу, начать учебу в универе.

В лесах нет связи, но недавно Макс написал, что где-то удается поймать слабенький сигнал. Созвониться не получится, но сообщение отправить или получить можно. Мелочь, а как радостно было узнать, что не будет трёх месяцев полнейшей тишины. Я чуть ли не минуты считала до его возвращения, но ещё оставалось так много… Как же я скучала! Безумно хотела увидеть, обнять, зацеловать. Прыгнуть в его объятия и остаться в них навсегда!

Вот и сегодня, около девятнадцати часов вечера, я села в своей комнате на кровать и стала гипнотизировать экран телефона, в ожидании смс. Обычно Макс выходил на связь примерно в это время. И вот, громкая трель оповестила о входящем сообщении. Я радостно прижала телефон к груди на секунду и тут же принялась тыкать на экран разблокировки, чтобы скорее прочитать, что же написал любимый.

Максим: «Лиза, я не могу больше скрывать. Ты имеешь право знать. Всё это время я был у Алёны, а не на заработках. Мы с ней теперь вместе. Пара. Прости.»

Я раз двадцать перечитала этот бред. Да не может быть такого! Макс не мог меня предать! У нас любовь, мы же с детства вместе, уже много лет планировали, как будем дальше. Мы столько всего пережили! Это словно и не он писал. Он бы точно позвонил, приехал! Я принялась звонить, вытирая слёзы, питая надежду на ошибку, розыгрыш, обман. Но вызов каждый раз сбрасывали.

Максим: «Не звони сюда больше. Никогда. Мы не останемся друзьями».

Кажется, я слышала хруст битого стекла. Сердце разбилось на хрупкие, острые части. Как я могла не заметить раньше? Алёна, наша общая подруга. Моя лучшая подруга. Я никогда не видела, чтобы между ними что-то было. Это же абсурд! Как же горько… Хотя, его можно понять. Алёна красивая, её родители точно богаты. Ему не придется искать для кого-то жилье, помогать. Наверное, в этом причина? Или у них действительно любовь…

Несколько дней я провела в беспамятстве. То жгучая, то ноющая боль, обида и… Ненависть. Кажется, это именно она выжигала остатки сердца. Лучше пусть так, пусть лучше ненависть, чем безответная, разбитая любовь. Но я не буду умирать тут. Скоро начнется учеба, я точно не останусь здесь. Уеду. В конце лета меня уже здесь не будет. Я начну новую жизнь. Без него.

Макс

Уже почти наступила осень, и сегодня я возвращаюсь домой. Наконец-то! Три месяца я не слышал и не видел мою любимую девочку. Мою Лизу. Я чуть не свихнулся без её голоса, без неё. Одно только грело душу — получу деньги и мы сможем уехать. Ради этого и поехал так далеко и надолго. Без образования, с аттестатом школы никуда особо не устроиться. А тут я заработал хорошую сумму, которой хватит на несколько месяцев.

Тело до сих пор чесалось от хвойных иголок, руки болели от мозолей. Но это того стоило. Я не подвёл Лизу, не подвёл себя.

Вещи забросил домой, переоделся в новые джинсы и футболку, что купил сегодня в торговом центре. Забежал в цветочный за милым букетом. Глупая улыбка не желала стираться. Ещё чуть-чуть, и я увижу её. Много раз пытался дозвониться, предупредить, что еду, но всегда сообщали, что абонент недоступен. Может, как и я пару месяцев назад, потеряла телефон? Не важно, скоро сам всё узнаю.

Я почти поравнялся с домом, где она жила, как вдруг замер. Картинка, что открылась глазам, заставила остановиться. Я надеялся, что это галлюцинации, обман зрения, но это было не так. Лизу обнимал какой-то мужик, явно богатый, судя по очень дорогой тачке. Он обнимал, и она улыбалась в ответ. Захотелось разбить ему морду, но, кажется, он нравился Лизе. Обеспеченный… Значит, она выбрала деньги, достаток. Как мило. Действительно, где я и где он. Да, мы росли в непростых условиях и, наверное, её можно было бы даже понять. Но я не мог.

Мужик потянулся к ней, поцеловал, а я ушел. Не помню, куда делись цветы. Не помню, как очутился дома. Матери в тот момент не было. Собрал вещи, пока внутри сердце превращалось в пепел, догорали угли. И уехал, пока сжигающая ненависть не подстегнула и не заставила вернуться и совершить что-то непоправимое.

Глава 1

Наше время.

Лиза

Я спала чутко. Иногда мне казалось, что я и не сплю вовсе, а словно всю ночь дремлю, прислушиваясь к шорохам, приоткрывая глаза и проверяя, нет ли кого постороннего рядом. Это выматывало. Но, бывало, после таких ночей, я вырубалась на короткое время. Крепко-крепко засыпала не думая ни о чём. Похоже, мозг уставал от напряжения и давал сам себе команду «отбой». Это даже напоминало перезагрузку. Скорее бы весь кошмар закончился, и тогда я смогла бы, наконец, выспаться. Без страхов и опасений. Без частых пробуждений. Отдохнуть.

Я проснулась за две минуты до будильника, ощущая себя зомби. Раздраженным, нервозным, желающим кого-нибудь придушить зомби. Голова была тяжёлой и всю ночь гудела, а сердце рвалось от тоски. Мысли скакали от проблем к кошмарам, а от них к тому, что было по-настоящему важно. Важнее и дороже всего на этом свете. К тому, что грело сердце и рвало душу от бессилия. К сыну.

Села, голыми ступнями коснувшись холодного пола. На секунду зажмурилась, собираясь с силами. Медленно глубоко вдохнула и выдохнула. Пора. Встала, подготовила черные джинсовые брюки и светлую водолазку. Положила вещи на спинку дивана, подошла к двери и прислушалась. Тишина. Это хорошо. Отодвинула стол и открыла дверь. Схватила вещи, забежала в ванную. Надо принять душ, позавтракать и идти на работу.

Я быстро помылась, оделась в то, в чем собралась идти на работу. Волосы не досушила, чтоб не тратить время, которого и так мало.

Вода успокоила, и моё настроение даже скакнуло на несколько делений вверх, когда я вышла в коридор и хотела выпить кофе и что-нибудь съесть. Но звук провернувшегося ключа в замочной скважине заставил меня замереть на полпути и резко обернуться. Я услышала голоса. По сердцу льдом прокатился страх и оно загрохотало в груди. Губы сами собой сжались, ногти впились в ладони, когда дверь открылась. Невольно сделала шаг назад и тут же замерла. Нельзя. Надо поздороваться и стоять там, как бы ни хотелось броситься прочь и спрятаться от них.

В квартиру вошли мужчины. Последние полтора года я часто видела троих из них, а четвёртого, Олега, знала уже шесть лет. Лучше бы и не знала вовсе. Кто-то кивнул, кто-то поздоровался. Олег посмотрел исподлобья, но ничего не сказал. Только нижняя челюсть, выпяченная немного вперёд, выдавала его напряжение. Он всегда так делал, когда злился, спорил или чего-то боялся. Все четверо, не разуваясь, прошли на кухню. Я, неосознанно задерживая дыхание, пошла за ними и остановилась в дверном проёме, подальше ото всех. Еле слышно выдохнула, заметив, что на меня почти не смотрят. Хорошо, что я уже в одежде.

Кухня наполнилась резкими, тяжёлыми запахами мужского парфюма, сигарет и даже перегара. Кто-то точно был с похмельем, скорее всего — Игорь. Он был громким, много матерился, мог поспорить с остальными на любую тему. Иногда он пугал меня своими рассказами, в которых, не стесняясь, обсуждал личную жизнь, драки, запугивания тех, кто ему не нравился. И часто именно от него разило алкоголем, а из оттянутого нагрудного кармана потертой, дорогой, кожанки, торчала небольшая металлическая фляжка.