Под маской ангела (СИ) - Орлан Нари - Страница 21

— Ты что делаешь?! Как тебе не… — запнулась, когда Лео вытащил из сумки шампунь и зубную пасту и продемонстрировал все мне. Кривоватая улыбка, совсем не добрая, изогнула его губы.

— Зачем мне лжешь? Я похож на дурака, который поверит в такую ахинею? — С особым усердием Лео запаковал вытащенные вещи обратно и закрыл сумку, громко вжикнув молнией.

Я замерла в растерянности, готовая бежать стремглав даже без вещей. Но блин, в сумке остался кошелек!

— Не звони Глебу, пожалуйста.

Вместо ответа, Лео снял с моего плеча сумки с ноутбуком и фотоаппаратом и отправил их лежать рядом с моим баулом, забитым под завязку вещами.

— Что у вас случилось? — спросил он, хлопнув дверью.

— Зачем ты у меня все забрал?

— Хочешь со всем этим таскаться по магазинам?

Сложно солгать, когда я уже так наносилась с тремя сумками, что плечи отваливаются. Поэтому в ответ покачала головой, глядя на Лео исподлобья. Что он задумал?

— Вот и отлично. Садись. — Лео распахнул передо мной дверцу своей машины и сделал приглашающий жест. Его черты лица смягчились, но я расслабляться не спешила.

— Здесь до торгового центра рукой подать, — я указала в сторону широкого приземистого здания, к которому следовало лишь перейти дорогу и пройтись по парковке. В том ТЦ было достаточно магазинов с мужской одеждой: от Modis до Emporio Armani.

— Садись, говорю. В машине будет наверняка удобнее общаться, чем на улице.

— Я не буду ничего рассказывать о наших с Глебом отношениях.

— Хорошо, — он поднял руки в примирительном жесте и солнечно улыбнулся. — Тогда давай просто молча доедем до торгового центра. Там есть крытая стоянка — хочу припарковать машину в тени.

Вроде бы ничего не предвещало подвоха. Я забралась в машину и сразу же расслабилась в кожаном комфортном сидении. Вообще, не очень хорошо разбираюсь в автомобилях, но этот явно был премиум-класса. Покупал ли Лео действительно каждый месяц новую машину — не знаю, однако эта выглядела вполне свеженькой. Интересно, каким образом он зарабатывал столько денег? Неужели все дело в той корочке, от которой у прокурора чуть глаза на лоб не вылезли?

Только Лео завел двигатель и мягко вывел автомобиль со стоянки перед кафе, мой взгляд приковался к сильным, крепким рукам — одна лежала на руле, а другая переключала передачи, пока машина стремительно набирала скорость. У Глеба тоже были мускулистые руки, но у Лео бицепс выглядел шире и тверже. На нем сегодня была простая серая футболка, на размера два больше чем нужно, но даже она не скрывала очертания мощной груди и широких плечей.

О, да. Я хотела бы увидеть его в майке. А еще лучше без нее.

Чтобы мне в голову еще какие-нибудь мысли залезли? Например, такие, что Лео можно сфотографировать и не в студии. А в душе — это будет даже лучше и более соблазнительно. Стоит только представить, как по обнаженному торсу стекают капли, и руки сами тянутся к фотоаппарату. И внутри разгорается давно забытое желание.

Я его хочу. И не только снять. Хочу прижаться к нему обнаженной грудью и почувствовать собой твердость и рельеф его мышц, жар его тела…

— Говори.

Очнулась, точно ото сна и подняла глаза к лицу Лео. Мы уже заехали на крытую стоянку, и он смотрел на меня внимательным взглядом и с легкой улыбкой. Горячая кровь вмиг прилила к щекам, будто меня застукали за каким-то неприличным занятием.

— Ты на меня смотрела всю дорогу так, словно хотела что-то сказать, но не решалась.

— Я всего лишь думала о том, какого цвета майку тебе подобрать, и какие шорты к ней подойдут. Заодно пыталась прикинуть, какой у тебя размер одежды.

Лео сощурил глаза, сделав взгляд хищным, отчего у меня что-то дрогнуло в груди. Та что со мной происходит?! Чем больше он на меня смотрит, чем дольше находится рядом — тем ярче становятся мои желания, тем быстрее растет их количество. Вот только что захотелось узнать, какой у него будет взгляд, если я вдруг скажу ему правду: «Я всего лишь думала о том, как будет выглядеть твой обнаженный торс под струями душа».

— Опять лжешь.

У него где-то детектор лжи встроен?

— Ладно. Я хотела спросить, что за удостоверение ты показал прокурору, но не решилась.

Как ни странно, Лео достал из кармана вожделенную корочку красного цвета и раскрыл передо мной: «Федеральная служба безопасности Российской федерации. Лейтенант Смирнов Леонид Васильевич»

— Серьезно? — выпалила я, широко раскрыв глаза.

— Нет, конечно. — Лео захлопнул удостоверение перед моим носом и спрятал его обратно. — Это всего лишь подделка, сходная с оригиналом на 99.9%.

— Где ты ее взял? — Не хотелось думать, что Лео имеет связи с какими-то преступными группировками, которые занимаются подделкой таких серьезных документов.

Он неожиданно подался вперед, уперся одной рукой в мое кресло, а другой — в приборную панель, заключив меня в клетку. Его лицо оказалось так близко, что наши носы едва не соприкасались. Мое сердечко от такой внезапной близости аж остановилось на несколько мгновений, а потом как погнало быстрыми гулкими ударами кровь по телу, что меня вмиг бросило в жар. Или то меня обожгло жаром, исходящим от Лео? В любом случае я невольно отпрянула, но Лео обхватил меня рукой за плечи, заставив вернуться в прежнее положение — застыть в нескольких сантиметрах от его лица.

— Знаешь, как я достал эту ксиву? — заговорщицким шепотом начал он. — Легко. Я владею самой крупной в России компанией по подделке документов. Думаешь, откуда у меня деньги на новую машину каждый месяц? А эта красавица, на минуточку, стоит четыре с половиной миллиона рублей.

Я потеряла дар речи. Тупо пялилась в бесстыжие медово-карие глаза, в которых плясали бесенята.

— Ты ж понимаешь, Майюня, что это секретная информация. Проболтаешься кому-то и… — Он опустил взгляд. Я подумала, к моим губам, но, как оказалось, все-таки к шее. Ибо в следующий миг провел указательным пальцем линию по моему горлу. — Чик. И все. Нет Майюни.

Судорожно сглотнув, я попыталась отшатнуться, но Лео слишком крепко держал меня за плечи. Не успела волна паники окончательно захлестнуть меня, как он резко отстранился и от души рассмеялся. Не понимая, что здесь смешного, я сидела и оторопело хлопала ресницами, стараясь прийти в себя.

— Ты была похожа на перепуганного зайчонка. — Сказал Лео и щелкнул меня пальцем по носу. — Повелась.

— Так ты не… — еле выдавила из себя.

— Нет, конечно.

— А где тогда работаешь?

— В ФСБ и работаю. Пошли уже по магазинам.

Не уверена, что сотрудники ФСБ зарабатывают достаточно, чтобы покупать себе столь дорогие машины. Да и при нашей первой встрече Лео говорил совершенно о другом. Только собралась ему об этом напомнить, как он уже вылетел из машины, обошел ее и открыл передо мной дверцу. Какое-то время я тупо пялилась на протянутую ладонь, понимая, что это у меня впервые: Глеб ни разу не обходил машину, чтобы подать мне руку. А до него у меня и не было никого.

Ладонь Лео оказалась сухой, теплой, и моя ручка выглядела почти детской в ней. Это было так приятно — просто держать его за руку. Кроме волн тепла, в мою кожу будто вливалась какая-то чувственная вибрация. Еле ощутимая, но такая цепляющая. Мне не хотелось разъединять наши руки, когда я выбралась из машины и ступила на асфальт крытой стоянки.

Глебу в принципе не нравилось ходить держась за руки. Ему вечно было то жарко, то холодно, то еще какая-то отмазка находилась. А тут я поняла, что стою рядом с Лео и он держит мою руку намного дольше, чем следовало. Еще и нежно гладит большим пальцем тыльную сторону ладони. Эта искренняя нежность настолько тронула, что все мысли в один момент разбежались из головы.

— Не знаю, что там у вас случилось. Но иди сюда. Может, полегчает. — И в следующий миг резко притянул меня к себе, заключая в теплые объятия. Положил мою голову себе на грудь и принялся нежно поглаживать меня по волосам.

Полегчает?! Он серьезно? Я застыла вытянутой струной, чувствуя, как удары сердца с дикой силой сотрясают грудную клетку. Запах мужского тела, смешанный с древесными нотками шикарного дорогого парфюма, ворвался в легкие глотком дурмана. Я опьянела настолько сильно, что чуть не подкосились ноги. От поглаживаний по голове, вниз разносилась волнами легкая дрожь. Мне хотелось — безумно хотелось — сцепить руки за его спиной и прижаться к нему так крепко, как это только возможно.