Под маской ангела (СИ) - Орлан Нари - Страница 48

Напоминание о звонке Мартину разорвало тишину. Я максимально быстро побежал к лифту, спустился на нем и добрался до машины. Открывая дверцу, на ходу набирал Командира.

— Ну что? Жив-здоров?

Простой вопрос, на который я полминуты искал ответ. Ни жив и ни мертв, завис где-то между жизнью и смертью. Болен, чертовски болен. И мощный дар, не позволяющий никакой болезни развиваться в организме, сейчас был бессилен.

— Все в порядке.

— Что случилось?

Видимо, попытка произнести слова привычным голосом провалилась. Я солгал не потому, что не был близок со своим другом настолько, чтобы поделиться сложившейся ситуацией, а потому, что в голове творилась каша. Пока не расставлю все по местам, не смогу толком ничего рассказать.

— Можешь собрать досье на мать Майи? И узнать, где можно быстро сделать анализ ДНК.

— Ого! — голос Мартина ожил. — Ты сомневаешься в том, что она ее мать? Что там у вас происходит?

— Долгая история… Но есть предположение, что Майя моя сестра.

Тишина в трубке. Неудивительно, я бы тоже офигел.

— В обычной клинике анализ делается где-то неделю, если не ошибаюсь, — наконец сказал Мартин. — Наши ребята могут быстрее сделать, но тебе придется ехать сюда.

Неделю, черт побери. Я же умом тронусь за неделю!

— Слишком долго в любом случае.

— Куда ты спешишь?

Куда спешу? С каждой утекающей секундой казалось, что расстояние между мной и Майей увеличивается, хоть я по-прежнему сидел в машине под домом и пялился на непроглядную стену дождя за окном. Все, что я упорно строил эти дни, чтобы завоевать ее доверие и расположение, рухнуло.

— Не знаю… Ладно, сделай хотя бы досье.

— К утру будет. Больше ничего не надо?

Уже собрался завести машину и ехать в особняк отца, но на несколько секунд завис в раздумьях. Что-то хотел сказать… Еще раньше собирался при первом случае сообщить. И забыл. В этой каше, что кипятилась в моей голове, можно и имя свое потерять.

— Вроде ничего, — произнес неуверенно.

— Точно?

— А, черт. Вспомнил. Сегодня видел за собой хвост. Неуверен, но, кажется, за рулем был парень, которого недавно задержали полицейские на прошлом задании. Меня как раз тогда отстранили. Помнишь ту историю?

— Конечно, это же было позавчера.

А мне казалось, что с того дня прошло полгода. Чертовски насыщенная жизнь бурлила последние дни, даже мозг сбился со счета, потерялся во времени.

— Мой тебе совет, — сказал Мартин. — Возьми какой-то материал для ДНК: волосы, кусочек ногтя, зубная щетка… Что-нибудь. И возвращайся домой. Если за тобой следили Охотники, значит пасут тебя. Очень скоро похитят и будут пытаться отобрать дар. Да мне ли тебе рассказывать?!

Мной овладел какой-то нездоровый азарт.

— Я же вроде обещал тебе поймать парочку Охотников. Мне даже их вылавливать не пришлось — сами клюнули.

— Лень, ты спятил? В одиночку никто не ловит Охотников! Бросай все и сейчас же возвращайся. По возможности езжай без остановок и превышай скорость сколько влезет.

— Я и так от них, кажется, оторвался, — сказал и завертел головой по сторонам. Черт, ни фига не видно из-за дождя.

— Кажется? Или они дали тебе подумать, будто ты от них оторвался?! — Мартин уже начинал выходить из себя. Замолчал, будто сам был не в восторге от того, что повысил голос. Вздохнул и сказал уже спокойнее: — Не хочешь возвращаться — иди в местный Лагерь и проси защиту.

Скорее я Рогатого в зад поцелую, чем пойду к местному придурку-Командиру просить защиту. Но Мартин был прав. Оставаться без поддержки опасно. Охотники берут не силой, а количеством и оружием. К ним легко попасть в рабство и только и делать, что выполнять приказы какого-то босса. Каким бы мощным ни был мой дар, против электрошокеров, успокоительного и бетонных стен я бессилен.

— Я постараюсь скорее со всем разобраться и сразу же вернусь.

— У тебя есть сутки. Не управишься за это время — я сам выеду за тобой.

Серьезная угроза. Это даже страшнее, чем поцеловать Рогатого в зад. Изо всех ресемиторов, которых знаю, есть только один с даром, по мощности подобным моему — и его имя Мартин. Мы даже ни разу не мерились силами всерьез, когда уже оба обрели дары. Потому что случайно могли бы разнести полгорода.

— Хорошо, сутки так сутки. Не кипятись.

— И отзванивайся мне каждый час.

— Каждый час? Спать когда?

— Хочешь выспаться — дуй домой, — и бросил трубку.

Очень весело. Мало того, что надо со всем справиться за сутки, так еще и придется провести их без сна. Хотя, с другой стороны, не думаю, что мне сегодня вечером захочется хоть немного спать. Только Мартин отключился, суровая реальность обрушилась на голову каменным градом. Пока говорил с другом, казалось, вновь обрел старого себя. Или, в конце концов, сработала привычка, получилось забыться на время. Неуверен, но, возможно, голос даже выровнялся.

Некогда раздумывать над мелочами. Я вырулил со двора и, только шины коснулись трассы, вдавил педаль газа в пол. Отец должен быть дома, если не свалил к любовнице. Хотя зачем ему теперь к кому-то валить, если в особняке, кроме него и прислуги, никто не живет? Думаю, из наигранного траура отец давно уже вышел и не стесняется водить в бывшее супружеское ложе девчонок (да, я уверен, девчонок чаще, чем женщин).

Как там Майя? Сходила уже в душ, переоделась ли? А матери позвонила? Забыл ей сказать, чтобы связалась со мной сразу же, как что-то узнает. Догадается ли сама набрать меня? Или она уже обо всем узнала и занесла мой номер в черный список?

Я все дальше отъезжал от дома, где ее оставил. Оставлял за собой километры, а меня, как наркомана, тянуло обратно. Да, черт побери, что со мной?! Чтоб это я, Леонид Смирнов, не мог определиться с тем, как поступать дальше? Чтобы это я не мог найти компромисс между желаниями тела и разума? Чтобы это я, твою мать, влюбился?

Да нет, мне просто показалось. А еще я, если честно, трус и лгун. Вру даже самому себе. Боюсь неизведанного, боюсь потерять себя, боюсь зависеть от кого-то. Но уже поздно. Мир перевернулся вверх тормашками, я его не узнаю. Себя теряю по пути. И уже крепко привязался. Так и вижу, как от меня тянутся невидимые эластичные нити, которые с каждым километром все сильнее тащат назад.

Забор перед особняком отца, кажется, стал еще выше. Каменная кладка тянулась вверх почти до трех метров. Я не стал подъезжать к кованным воротам и припарковался немного в стороне, возле магазина. После того как отец в прошлый раз, семь лет назад, отказался открывать ворота, чтобы я забрал свою машину, теперь как-то не горел желанием заезжать внутрь.

Благо, дождь в пригороде почти сошел на нет, а одежда на мне высохла. Как-то было пофиг, как она выглядит. Опять услышу от отца, любителя идеально выглаженных костюмов и рубашек, какое-то едкое замечание. Если бы не Майя, моей ноги не было бы в этом доме.

Только я перешел дорогу, как у ворот остановилось такси. Кроме водителя, в машине никого не было. Отец не ездил бы на такси. Пазл сложился за долю секунды: такси ждало любовницу. Я остановился, собираясь подождать, пока она выйдет. Не было особого желания сталкиваться с очередной пассией отца у двери или на вымощенной дорожке к дому.

— Ты уже передумала? — донесся знакомый голос из-за забора вместе с цокотом каблуков. — Нет, я не дома, но скоро буду.

Грудной женский голос был так похож на тот, который я слышал у Майи на кухне, что я не удержался на месте и направился к калитке.

— Смирнов его фамилия. Сына вроде Леонид зовут. А что? — Она явно говорила по телефону. — Хорошо, давай.

Причем говорила с Майей. И только что дала ей вескую причину больше никогда не видеться со мной.

Глава 19. Майя

Черт, с таким количеством сумок только такси вызывать. К чему теперь экономить деньги? Они не имели никакого значения, как и все остальное.

Так безумно хотелось вернуть время и заключить в петлю промежуток между тем, как мы приехали в гостиницу, и тем, как уехали из нее. Вычеркнуть звонок матери. Уезжать — и вновь возвращаться туда же. По кругу переживать нашу близость. Чувствовать его нежные поцелуи, его сильные руки. Видеть его солнечную улыбку, от которой сердце купалось в сладком трепете. Опять и опять отказывать ему, понимая, как тяжело с ним рядом сохранять трезвый рассудок. Пьянеть от запаха его тела, таять в его тепле, уплывая из реальности. Отказывать и раскрываться. Обнажаться и любоваться его шикарным телом. Смеяться вместе, ощущать себя абсолютно счастливой. И безумно желанной. Снова пытаться уснуть, прижавшись к нему так, чтобы между нами не оставалось свободного пространства. Проснуться от того, что Лео срочно требуется моя помощь.