Осколки моей души (СИ) - Ромашкина Мара - Страница 7

- Это легко проверить.- произнесла я, мысленно стараясь себя успокоить.- Сейчас проще простого сделать анализ ДНК.- закончила я глядя ей в глаза, развернулась и молча вышла из комнаты.

Вечером я все рассказала Шамилю. Он выслушал и согласился со мной, что этот документ нам необходим чтобы родство Шамиля и его сына ни у кого не вызывало сомнения.

Прошёл год.

- Шамиль нам надо поговорить.- стоило только мужчине переступить порог нашей комнаты озвучила я свою просьбу.

- Что-то случилось?- спросил он равнодушно проходя в детскую.

- Ничего.- начала злиться я.- Кроме того, что ты не выполнил ни одного моего условия. Ничего.- застыла я ледяным изваянием напротив него.- Не считая того, что твои родители не считают Рамзика твоим сыном, и как выразилась твоя мать, сейчас можно подделать любую бумажку. Ничего. Кроме того, что я не продолжила свое обучение. Ничего. Кроме того, что я здесь живу как в аду, а ты обещал, что мы будем жить отдельно от твоих родителей.- заводилась я всё больше и больше.- Ничего не произошло, это с тобой они милые и приветливые, а я здесь дешевая девка окрутившая их драгоценного мальчика да ещё и повесила на шею чужого ребёнка.

- Что ты от меня хочешь?- разозлился Шамиль.- Чтобы я ради тебя ушёл из семьи? Так ты не она я не буду этого делать, ясно тебе?

- Вот как, теперь мне все ясно. Ты и не собирался выполнять мои просьбы, тебе так проще жить. Хорошо что она не видит всего этого.- и только я произнесла эти слова звонкая пощёчина обожгла моё лицо.

- Не смей так говорить про неё.- схватил он меня за шею и сжал. Я вцепилась в его руки, пытаясь оторвать их от себя. Думаю, что он бы легко задушил меня, если бы в этот момент не заплакал ребёнок. Мужчина резко швырнул меня на пол, отчего я больно ударилась бедром, и приказал.

- Займись ребёнком.- развернулся и вышел из комнаты.

Если после пощечины я плакала, то после этого удушения я рыдала. Я готова была бросить все и уйти из этого дома прямо сейчас. Схватив чемодан, я стала скидывать туда все подряд, выкидывая из шкафа, бросившись собирать свои вещи. Я так увлеклась этим процессом в состоянии своего бешенства и обиды, что не сразу расслышала, что мне говорят.

- Мама.- пронеслось по комнате детским голоском.

Остановившись, я не верила своим ушам, мой малыш сказал мама. Мой малыш. Я не могу оставить его этим людям, а забрать его мне не даст Шамиль. Я опустилась на колени, склонилась к полу, закрыв лицо руками, и зарыдала. Тихо и горько стараясь не испугать ребенка. Видно судьба у меня такая жить в аду, потому что бросить ребенка и уйти я не смогу.

С того дня моей отдушиной стал сын. Я перестала разговаривать с Шамилем и его родней, перестала с ними обедать и ужинать, перестала как-то реагировать на слова свекрови, которая все ещё пыталась меня ужалить побольнее. Мне было все равно. Я жила сыном.

Шамиль и не пытался хоть что-то исправить, его устраивало тихое, молчаливое подобие жены, главное ребёнок, а он одет, обут, накормлен, им занимаются, за ним есть, кому смотреть.

Время стало тянуться мучительно долго, мне казалось, что сутки увеличились вдвое, втрое. Сколько я выдержу такой жизни, я не знала, хотя и занимать место сестры я тоже никогда не планировала, но в данной ситуации я выхода для себя не видела.

Однажды возвращаясь с малышом с прогулки, мне показалось, что за мной наблюдают, остановилась, повертела головой и никого не заметив, продолжила свой путь. Через два дня все повторилось, и это меня сильно напугало, потому что сестра рассказывала, что за их домом тоже следили. Я быстро вернулась домой и пройдя в свою комнату заперла дверь на защелку. Для чего? Без понятия, наверное, мне казалось, что так безопаснее.

Вечером, как только приехал Шамиль, я ему рассказала о своих подозрениях, но услышала лишь равнодушное.

- Не сочиняй, кому ты нужна?

- А Софи, ты тоже так говорил в тот день?- вырвалось у меня.- Она рассказывала мне, что за вашим домом следили и тех, кто в вас стрелял так и не нашли.

 И только я это произнесла, как взбешенный мужчина подскочил ко мне, схватил меня за волосы, и запрокинув мою голову закричал прямо в лицо.

- А что ещё она тебе рассказывала? Я же запретил тебе упоминать её имя в этом доме.- он сильнее сжал кулак в котором держал мои волосы. Я вскрикнула и схватилась за его руку, остаться без скальпа мне не хотелось.

- Послушай Шамиль.- сквозь рыдания пыталась я достучаться до него.- Если тебе плевать на меня я переживу это, но у тебя есть ребёнок.

- Вот и занимайся ребёнком и не зли меня.- наклонившись еще ниже шипел он глядя мне прямо в глаза.

- А то что?- не содержалась я.- Ударишь?- закричала я от боли и обиды.-  А знаешь я не боюсь тебя, мне плевать на тебя.- теперь уже я шипела глядя ему прямо в глаза.- Но предупреждаю, если сын пострадает, первого я убью тебя.

А потом случилось ожидаемое, Шамиль размахнулся и кулаком ударил меня по лицу. Я полетела в угол комнаты, хорошо хоть вторую руку он разжал, а то так и стоял бы с моими волосами в кулаке. Отлетев, я сильно ударилась головой о стену, на лице ощутимо болела щека, а из разбитой губы текла кровь, капая прямо на пол.

- Знай свое место.- ткнул он пальцем в мою сторону.- Угрожать мне никто не смеет.- и хлопнув дверью вышел из комнаты.

- Конечно мой господин.- ехидно прошептала я в след ему еле шевеля разбитыми губами.

Я подползла к кроватке в которой надрывался плачем малыш и взяв его на руки  отползла к стене прислонившись на нее, обняла сына продолжая горько оплакивать свою судьбу.

- Господи, Софи, помоги мне, подскажи выход из этого ада.- я уткнулась носом в головку сына шепча словно молитву слова призыва к сестре, но ответить мне никто не мог.

Укачав ребенка, я осторожно положила его назад в кроватку, укрыла одеяльцем и медленно подошла к зеркалу.

С зеркальной поверхности на меня смотрела какая-то потухшая, замученная жизнью молодая женщина. Когда-то мы с сестрой были молодые, симпатичные, весёлые девушки. Высокие, стройные, у обеих, длинные светлые волосы, блондинки, карие с золотыми искорками и чертенятами глаза, полные губки, высокая грудь и тонкая талия. А сейчас на меня смотрела бледная женщина с разбитой губой и наливающимся синяком на скуле. Мутный каре-желтый взгляд, который не выражал ничего кроме отчаяния. Когда-то стройная сейчас казалась сильно исхудавшая, приятные взгляду округлости исчезли.

Медленно подняв руку, я провела ею по своим волосам, которые хоть и остались длинными, но сияние и здоровый вид исчезли, превратив их в какие-то лохмы.

 - Нужно что-то делать.- прошептала я разглядывая свое отражение.- Нужно срочно что-то менять.

Развернувшись, я пошла в душ, нужно было смыть с себя кровь, да и вообще весь этот негатив.

Ещё в первую неделю нашего совместного проживания с Шамилем он подарил мне машину. Водить я научилась быстро и иногда выезжала по каким-нибудь своим делам. Чаще всего это были поездки с ребёнком в поликлинику.

Всю ночь я решала как мне исчезнуть из этого дома, да так чтобы меня не нашли ни Шамиль, ни его  родственники. А что можно придумать, не имея поддержки? Вот и я поняла, что пока я ничего не могу предпринять. Ночью же я решила превратиться в тень, стараясь больше не провоцировать мужчину, заботиться о ребенке и искать возможность скрыться.