Тихоня для шалопая (СИ) - Котлярова Екатерина - Страница 33

Я понимаю, что скучала по другой Лере, той, что осталась в моих воспоминаниях. Там мы были другими. А сейчас… сейчас я убедилась, что наши пути разошлись окончательно.

Провожаю Леру и иду в комнату к Соне. Сестренка почему-то не вышла сегодня меня встретить. Соня спит, свернувшись клубочком и укрывшись одеялом по шею. Трогаю лоб, проверяя температуру.

Сонечка говорит, что Артём не предпринимает никаких попыток приблизиться к ней. На все мои уговоры отказаться от занятий с ним, Соня махала рукой. Улыбалась ласково и обещала, что всё будет хорошо. Но моё сердце подсказывало, что что-то не так. Соня была слишком грустной последние две недели. И я видела её красные глаза. Хоть она и говорила, что это всё из-за болезни, я ей не верила. Я была уверена, что это всё из-за Артёма.

Погладила её по светлым волосам. Я не позволю ему тебя обидеть, Сонечка. И сделаю всё, чтобы от него защитить. Даже если вдруг мне придётся пойти на обман.

Глава 69

Соня                                                                                                                                  

Как бы мне не хотелось оставаться дома подольше, в понедельник пришлось выходить в школу.

Всю дорогу до школы меня трясло, что не укрылось от внимательного взгляда сестры, которая стояла рядом со мной в забитом под завязку автобусе.

— Сонь, ты чего так сильно напряжена? Болит что-то?

— Не хочу в школу, — призналась я, кусая губы.

— Из-за Артёма, да? — рукой обхватывает моё запястье.

Отрицательно машу головой. Слишком интенсивно, что выдаёт меня с головой. Катя поджимает сурово губы.

— Сонь, не лги мне. Думаешь, я слепая? Думаешь, ничего не вижу? Ты вторую неделю ходишь, как в воду опущенная. И Артём как побитый щенок ходит. И торт в холодильнике, чай, шоколад. Это ведь он принёс, я права?

— Да, — я поникла. — Он приходил.

— Что случилось, Сонечка? Ты же знаешь, что можешь мне доверять, — гладит меня по щеке, подушечками пальцев, как это делала наша мама.

— Ничего особенного, — улыбаюсь натянуто, стараясь нацепить максимально счастливое выражение на лицо.

Не могу я никому рассказать о том дне. Слишком стыдно.

— Ладно, — вижу, что Катя обиделась. — Но я тебя предупреждала, что связываться с ним тебе не стоит.

Сестра отворачивается и до самой школы молчит, обиженно дуя губы.

И только в вестибюле, целует в щёку и быстро говорит на ухо:

— Ты знаешь, что я всегда рядом и готова тебя выслушать.

Смотрю вслед сестре, не замечая ничего вокруг. И поэтому вздрагиваю, когда на плечо мне опускается рука.

— Привет, — улыбается мне Марк, заглядывая в лицо. — Извини, не хотел тебя напугать. Думал, что ты меня заметила. Рад тебя видеть.

Не могу не улыбнуться этому обаятельному парню в ответ:

— Привет, Марк. И я рада тебя видеть.

— Тебя долго не было. Болела? — помогает мне снять куртку, удерживая в одной руке мой рюкзак.

— Ангина была. Сейчас уже всё хорошо. Здорова и почти готова к новой учебной неделе.

— Я рад, — кивает серьёзно.

Парень смотрит внимательно, что меня смущает. Почти таким взглядом на меня смотрел Артём, каждый раз, когда собирался поцеловать.

Совершенно неожиданно, Марк поднимает руку и пальцами проводит по моей щеке. Горячие пальцы скользят медленно, лаская кожу. От удивления и растерянности, не могу ничего поделать. Стою в ступоре и смотрю широко распахнутыми глазами в карие глаза одноклассника.

— Какое-то пёрышко, — голос у парня становится ниже, чем обычно. — Ты знаешь, что ты красивая? — спрашивает, улыбаясь уголком губ. С какой-то нежностью. Лаской.

— Спасибо, — растерянно. — Марк, — отмираю и пытаюсь отойти, но парень не позволяет. Кладёт руку мне на талию и притягивает меня к своей груди. Носом утыкаюсь в его кожу на шее, которая пахнет чем-то цитрусовым. — Марк, пусти, пожалуйста.

— Сейчас, — парень губами прижался к моему лбу и отошёл, сжав кулаки и тяжело дыша. — Прости, — извиняется, улыбаясь грустно.

— Марк, я…

Не могу подобрать слов. Парень смотрит на меня с надеждой, а потом выдыхает, сутулит плечи и горько улыбается.

— Почему ангелы всегда достаются подонкам, которые их не ценят? — едва слышу его голос из-за смеха первоклашек, которых ведут в класс.

Марк закидывает мой рюкзак себе на плечо, вешает куртки на вешалку и поворачивается ко мне с открытой, искренней улыбкой. На его лице не вижу ни единого следа тех эмоций, что были всего полминуты назад.

— Пойдём учиться, принцесса? — спрашивает бодро.

— Не хочется, но нужно, — вздыхаю я тяжело.

— Выше нос, — смеётся парень, щелкая пальцами по кончику моего носа. — В субботу вечеринка будет. Отдохнем, оторвемся по полной. Ты валентинками запаслась уже?

— А мне особо некому дарить, — пожимаю плечами. — Кроме тебя, Маши и Артёма я ни с кем даже не разговаривала. Проболела долго. Не было даже времени сблизиться с кем-то.

— Не переживай, — парень положил руку мне на плечо, — уверен, что время ещё есть.

Улыбаюсь благодарно. Он абсолютно прав. Время есть.

— Кстати… насчёт Маши. Сонь, лучше держись от неё подальше, — парень поглаживает меня по плечу пальцами.

— Почему? — хмурюсь в недоумении. — Она ведь дружелюбная очень. Хорошая. И помочь всегда готова.

— Святая наивность, — Марк качает головой, улыбаясь ласково. — Не все люди такие, какими хотят показаться. Я знаю её с первого класса. И поверь, она далеко не ангел. Тем более, сейчас у неё появилась причина тебя не любить.

— Ладно, — я не могу до конца поверить словам парня, ведь Маша всегда так дружелюбна и улыбчива. Что она может сделать?

— Там Цербер твой стоит, — ухмыляется Марк, склоняясь к моему уху.

Оборачиваюсь слишком резко и лбом ударяю Марка в нос. Парень глухо стонет и рукой хватается за нос, из которого тут же от удара пошла кровь.

— Марк, миленький, прости, — начинаю лепетать испуганно, трясущимися руками пытаясь достать из сумки, которая до сих пор весит на плече одноклассника, пачку салфеток. — Сейчас.

— Тише, принцесса, — Марк смеётся, наблюдая за моим мельтешением, перехватывая мои руки и забирая салфетки. — Всё нормально.

Парень разрывает салфетку на две части, скручивает и вставляет в ноздри.

— Глянь, какой красавчик, — гундосит он, забавно скашивая глаза. — С боевыми ранениями.

Смеюсь заливисто и облегченно выдыхаю.

— Марк, ты чудесный, — говорю в сердцах, крепко обнимая его. — Прости, что не моуг ответить тебе взаимностью.

— Сердцу не прикажешь, Соня. Я всё понимаю. Не переживай по этому поводу. Надеюсь, что мы сможем стать хорошими друзьями.

— Я буду только этому рада, — улыбаюсь, смаргивая неуместные слёзы.

Украдкой, как бы невзначай, поворачиваю голову и кидаю взгляд на Тему, который стоит у окна, опершись бедрами о подоконник и скрестив руки на груди. Смотрит на меня, не сводя глаз, не моргая. Эмоции разобрать не могу. Бесстрастная маска. И только сжатые кулаки выдают его напряжение.

Ловит мой взгляд.

Отворачиваюсь резко, хлестанув хвостом по лицу.

— Пойдём в класс? — вскидываю глаза на Марка, который шарит взглядом по моему лицу, считывая каждую эмоцию. — Звонок через три минуты.

Парень молча кивает и кидает взгляд на Артёма. Щурится. Играет желваками. И открывает передо мной дверь в кабинет, без слов приглашая внутрь.

Сажусь за свою четвёртую парту, которая на удивление пуста. Окидываю взглядом класс и замечаю, что Маша пересела к Паше.

Машу ей рукой, когда она оборачивается и кидает на меня быстрый взгляд. Она только усмехается и отворачивается к Паше. У меня чувство дежавю. Ведь точно так же четыре недели назад Тёма что-то шептал на ухо Паше.

Прикусываю губу до боли и утыкаюсь взглядом в парту. Что я успела ей сделать?

Со звонком на урок в кабинет уверенной ленивой походкой заходит Артём. Даже не замешкавшись ни на минуту, парень идёт к моей парте и садится на соседний стул.