Под маской улыбки (ЛП) - Лак Оливия - Страница 42

Гектор ухмыляется.

— Дэвид Морган от нас ни копейки не получил. С первых дней в деле, он прославился как инвестор-неудачник. Поэтому его младший брат должен был унаследовать фирму. Чэндлер был невероятно умён, все его любили. Дэвид же всегда притворялся вежливым и интеллигентным. Никто не был искренен с ним.

— Все видели его насквозь, кроме меня, — бормочу я. — Боже, как я могла быть такой доверчивой?

— Дела сердечные не поддаются логике. Когда кто-то желает исполнить наши мечты, разве мы можем отказать? — мудро произносит Адриана. — Милая моя, Дэвид предложил тебе любовь и заботу. Конечно же, ты поверила ему.

— Вчера он чуть не убил меня! — вскрикиваю я, вдруг снова разозлившись на себя.

— В этом ты ошибаешься. Уверен, угроза ощущалась реальной, но это не совсем так.

У меня от удивления отваливается челюсть.

— В каком смысле? — спрашиваю я Гектора, который произнёс странное утверждение. — Меня привязали к стулу, наставили пистолет, да посмотрите на меня! Я едва могу открыть правый глаз.

— Дэвид привлёк внимание федерального правительства несколько месяцев назад чем-то, что походило на незаконную торговую деятельность. За ним следили, даже установили камеру в его кабинете. Внутренний источник, который ведёт дела с Виктором Эспансия и Джорданом Коксом, настучал на Дэвида. Они узнали, что он планировал… — Даже смелый Гектор, который был не причём, не мог сказать это вслух.

— Моё убийство?

Адриана, вздрогнув, кладёт руку на сердце и шепчет молитву.

— Поэтому тебе нужен адвокат, Каролина. Я не знаю точно, зачем это было нужно Дэвиду, но связи Джареда помогут всё выяснить. Я могу сказать, что многие мои коллеги и товарищи вытягивали деньги из «Морган Файненшл». Возвраты и близко не были такими, как когда компанией управляли отец и брат Дэвида.

— Хорошо, я встречусь с Джаредом, — тихо соглашаюсь я. — Не представляю, как смогу отплатить вам за вашу доброту.

— Будь нашим другом, Каролина. О большем не просим, — отзывается Адриана.

Это немного приободряет меня.

— Запросто. И не забывай про платье. Оно идёт в комплекте с моей дружбой.

Адриана улыбается.

— Идёт. Но за материалы плачу я.

Я не помню, когда в последний раз от радости шутила.

— Придётся, я ведь, очевидно, на мели. — Нахмурившись, я закусываю нижнюю губу. — Мне надо забрать вещи. И Карло с Мирандой, наверное, гадают, что случилось. — Меж бровей пульсирует кровь. — Поедешь со мной? — неуверенно спрашиваю Адриану. Я не привыкла просить о помощи. Справляться самостоятельно стало второй натурой.

— С радостью.

Час спустя Адриана паркует внедорожник у дома, где я раньше жила. Снаружи двухэтажный дом не изменился, но меня не обманешь. Это место так и не стало мне настоящим домом, а теперь оно останется лишь мрачным воспоминанием.

Адриана не может сдержать вздох, когда я открываю входную дверь. Диваны перевёрнуты. Картины валяются на полу. Полицейские, должно быть, обыскали каждый сантиметр, получив ордер на обыск.

— Они искали больше улик против Дэвида, — объясняю я.

— Ясно. Здесь словно ураган прошёлся, — бормочет она.

— Миссис Морган? Каролина? — Миранда спешит к нам через весь дом. Она обычно собирает волосы в аккуратный пучок, но сейчас они распущены. Брови нахмурены, отчего лоб покрывают морщины. На лице отражается беспокойство. На меня совсем не похоже, но я не сдерживаюсь и кидаюсь обнять Миранду. Несмотря на незнакомые объятия, мы прижимаемся друг к другу. — Что происходит? Столько мужчин и женщин всю ночь обыскивали дом. Они и к нам зашли, допрашивали нас с Карло целый час! Диос мио. Я звонила вам, но включался автоответчик. Что же с вами, вас словно избили.

— Простите, что заставила волноваться. После всего этого хаоса с больницей и Дэвидом, я совсем забыла позвонить. В своё оправдание могу сказать, что была в шоке. — Адриана подходит ко мне, и я быстро знакомлю двух женщин.

— Мистера Дэвида увели в наручниках… Это он с вами сделал? — Миранда в ужасе смотрит на меня.

От стыда щёки заливаются краской. Адриана приобнимает меня за плечи и спасает от ответа.

— Он заплатил тем, кто сделал, — натянуто произносит она. — Каролина несколько недель поживёт у меня. Мы приехали забрать вещи. Разумеется, она больше здесь не останется, как не останется в браке с этим мерзавцем.

Разумеется? Полагаю, естественно будет подать на развод и навсегда уйти от Дэвида Моргана. Всё это время решение было простым: уйти от ублюдка. Мне становится плохо от мысли, сколько времени я потратила на Дэвида вместо того, чтобы освободиться и начать новую жизнь.

Адриана крепче сжимает меня.

— Прекрати корить себя. — Её суровый тон загоняет бесполезную жалость к себе в глубину сознания.

— В понедельник я встречусь с адвокатом, — рассказываю я Миранде. — Потом позвоню вам. Я бы не хотела больше сюда возвращаться. Мы приехали забрать вещи и мою машину.

На лице Миранды появляется облегчение. Ей наверняка интересно, что удерживало меня рядом с Дэвидом пять лет. Я сдерживаюсь, чтобы не сморщиться от мысли о своей слабости.

— Давайте я вам помогу. Три пары рук лучше двух.

— А где Карло? — спрашиваю я Миранду, когда мы втроём поднимаемся по широкой лестнице.

— Отдыхает. Он всё утро помогал мне на кухне. Полисиа, — она произносит слово с акцентом, — разгромила все комнаты. Вы знаете, что, по их мнению, скрывал мистер Дэвид?

— Видимо он вёл не совсем легальный бизнес. И ещё… — Ком в горле мешает произнести слова, — …он нанял людей, чтобы… совершить непроизносимое.

Миранда обеспокоено смотрит на меня.

— Хорошо, что он в тюрьме. Давно пора ему отправится за решётку.

Глубокий вздох снимает напряжение в груди.

— Да, хорошо.

Несколько часов спустя мы аккуратно уложили вещи в пару чемоданов. Украшения и роскошные вечерние платья я решаю не забирать. Ни в одном из этих ужасно дорогих дизайнерских нарядов я не чувствовала себя комфортно. Мы нашли пустые пластиковые контейнеры, чтобы сложить нитки, ткани и рабочие принадлежности. Я рада, что Адриана приехала на большом внедорожнике, потому что с помощью Карло нам удаётся поместить в него все вещи из моей маленькой студии, включая манекен и швейную машинку.

Мы с Мирандой и Карло обмениваемся объятиями. Я обещаю позвонить им через несколько дней, потому что не хочу оставлять их в неведении. Я вижу их не в последний раз в жизни, но в последний в качестве хозяйки поместья Морганов в Корал Гейблс. Я почти сажусь в машину, но замираю.

— Мне нужно кое-что сделать, — обращаюсь я к Адриане, которая тоже собирается уезжать.

Она закрывает глаза от солнца и настороженно изучает меня, как если бы я собиралась совершить нечто радикальное.

— Подождать тебя?

Я заставляю себя сдержанно улыбнуться.

— Я задержусь всего на минуту. Доберусь обратно по навигатору.

Адриана быстро решает, что я вряд ли совершу нечто опрометчивое, например, откажусь покидать дом, и кивает.

— Ладно. Я сообщу охране, что ты подъедешь позже.

— До встречи.

Дорога в спальню полна воспоминаний. Я ходила в комнату сама по себе, потому что большую часть времени одна находилась в большом доме. То были хорошие времена. Как-то вечером Дэвид, сжимая мою руку словно тисками, тащил меня вверх по лестнице, будто я всего лишь кукла. В другой раз он толкал меня в спину, пока я не упала лицом на пол. Я неделю не выходила из дома, прежде чем побледнели видимые синяки. В этот же раз перепрыгиваю через две ступени, бегу через коридор и захожу в спальню, полная энергии.

Сначала я достаю кольцо для ключей и отстёгиваю ключ от дома. Бросаю зазубренный кусок металла в центр кровати. Потом снимаю увесистый камень с безымянного пальца через тугой бинт, которым перевязаны опухшие от тяжёлых сборов пальцы.

— Я больше не твоя игрушка, Дэвид Морган, — произношу я в пустоту.

Его здесь нет, но ощущения такие, словно я прокричала слова ему прямо в лицо. Крошечная победа, которую я буду хранить в сердце, когда испугаюсь за своё неясное будущее.