Самозванка с короной (ЛП) - Ривет Джордан - Страница 15

— Отмечу, что ваше платье выделяет ваши прекрасные черты… заманчивым образом.

— Вы слишком добры.

— Я всегда говорил, что вы будете красавицей, — улыбнулся он, показывая зубы в вине. — Даже когда вы были крохой.

— Это очень… кхм… приятно.

От каждого слова Долана Мике было не по себе, но у нее был приказ принимать его ухаживания, и она терпела его комплименты, как могла.

А потом настоящая Джессамин поймала ее взгляд и кивнула на нос корабля.

— Простите, милорд, — Мика с благодарностью отодвинулась от Долана. — Мне нужно поговорить с моим культурным советником.

— Конечно, моя принцесса, — невнятно сказал Долан. — Не повезло ей с таким лицом, да? Где вы ее нашли?

Мика проигнорировала его слова и вышла из круга света ламп, помахав «Мин Айрондиер». Они пошли к носу корабля, ветер и скрип досок скрывали их слова.

— Не нужно так подпускать лорда Долана, — сказала Джессамин. Ее голос был недовольным, в глазах пылал гнев.

— Разве он не один из лучших вариантов на место вашего супруга?

— Я давала ему так думать, но видеть, как он лезет к тебе… — Джессамин поежилась. — Со стороны выглядит иначе. Думаешь, мне нужно выбрать его?

Мика удивилась, поняв, что вопрос не был риторическим. Джессамин редко спрашивала ее совета.

— Нет, думаю, он плохой выбор, — сказала Мика, — и не только из-за того, что он жуткий гад. У него власть над гильдией торговцев, но он не привяжет вас крепко к одной из главных правящих семей.

— Думаешь, империя пострадает, если я откажу главе торговой гильдии?

Мика задумалась на миг.

— Нет, — сказала она. — Они продолжат свою работу, потому что в их интересах, чтобы империя процветала.

— Согласна, — Джессамин удовлетворенно кивнула. — Лорд Долан послужил своей цели. Будет приятно больше не терпеть его душное внимание.

Мика подавила желание указать, что это она терпела в последнее время ухаживания Долана. Порой казалось, что Джессамин не видела разницы между ними. Но если она отказывалась от внимания Долана, это означало, что она серьезно восприняла ультиматум отца?

Лорды и леди стали звать ее на десерт. Мика сделала вид, что разглядывала позолоченную фигуру на носу корабля, пока быстро рассказывала Джессамин о том, что узнала из записки Пита.

— Ты доверяешь Пятну?

— Да.

— Тогда нужно быть еще осторожнее, — Джессамин взглянула на аристократов, которые лакомились пирожными в глазури в кольце света. — Может, я могу заметить странности в их поведении. Ты знаешь, что они ни разу не посмотрели мне в глаза? Это почти оскорбительно.

Мика усмехнулось. Было хорошо, что принцесса оказалась на месте простолюдинки на пару недель.

— Мне лучше вернуться к ним, — сказала Мика. — Что-то еще?

— Да, — Джессамин поправила вуаль поверх искаженного лица. — Не говори тому элитному стражу, кто ты. Я знаю, что ты думаешь об этом.

Рот Мики приоткрылся.

— Как вы…?

— Эмир Грейсон. Мне напомнить тебе, что у меня отличная память, Микатея Грейдиер? Я знаю, как работают фамилии, спасибо. Вашего отца зовут Грей, и у вас одинаково расширяются глаза, когда вы смотрите на интересных людей.

Мика вздохнула.

— Ладно, он мой брат. Я не собиралась говорить ему, кто я.

— И не надо. Мне было сложно помогать тебе правильно изображать этот облик. Будет ужасно неприятно, если ты все испортишь после того, что я сделала для тебя.

— Да, принцесса.

— Хорошо. Теперь я пойду спать. Наши друзья еще недостаточно пьяны. Убедись, что ты останешься последней. Никто не может меня превзойти.

— Ясное дело.

Джессамин пошла под палубу, где она будет спать на кровати в лучшей каюте на корабле, которую забрали у капитана Пола для принцессы. Хотя ту кровать, наверное, получит Мика, а Джессамин будет в кровати, полной подушек.

Но она хотя бы отдыхала. Принцесса трудилась так тяжко слишком долго.

Мика вернулась к гостям, они не собирались заканчивать празднование, хотя морской воздух был холодным. Калеб и Фриц — оба хорошо выпили вина — решили повеселить леди, драматично читая придворную поэму «Лорды моря Сердца». Они убедили лорда Ривена сыграть роль, и он сносно изобразил пирата-злодея, с которым они бились ложками, а щиты у них были из раковин устриц. Пока юные лорды бились на палубе, Мика разглядывала шрам Фрица, рост Ривена и телосложение Калеба, но не видела изъянов. Она слушала голоса леди, но не замечала ложных нот, их смех заглушал шорох ветра.

Их сопровождение «Стрела» было относительно тихим, пока они плыли в ночи, солдаты были на страже. Брат Мики стоял у перил правого борта, следил за темнеющим берегом. Он порой поглядывал на хихикающих и пьяных аристократов, веселящихся в ночи. Мика знала, как нахально они выглядели, особенно, для того, кто привык к строго жизни в Стоунфоссе. Она ощущала немного смущения, хоть Эмир не знал, что она была тут.

Шелест волн убаюкивал, и она обрадовалась, когда ее гости-аристократы стали расходиться по своим каютам, желая друг другу хорошей ночи. Долан переключился на Ингрид, пока Мики не было рядом, но женщина с острыми чертами четко отказала ему. Она замерла у лестницы на пути к каюте и бросила взгляд на лорда Ривена. Гордый холодный лорд не пошел за ней вниз, и он не сразу ушел.

Наконец, остались только Мика, Фриц и Калеб. Щиты, включая Райдера и Стивсона, стража Калеба, стояли довольно далеко от принцессы и юных лордов. Эмир держался на уважительном расстоянии, следил за темным морем. Мика хотела бы позвать его к ним. Она хотела бы узнать, что он думал о Калебе.

«Не важно, что твой брат думает о лорде Калебе. Ты не будешь с ним, только если придется заменять в этом Джессамин. Нет смысла представлять такое».

Фриц хорошо пил весь вечер, лепетал о леди Лорне, пока свечи догорали.

— У нее доброе сердце. И она чудеса с детьми. Ее волосы мягкие, как шерсть ягненка, а глаза… глаза как…

Его голова опустилась, и он захрапел. Лицо не изменилось.

Калеб посмотрел на Мику.

— Ты можешь идти спать, если хочешь, Джесса, — сказал он. — Не нужно доказывать мне, как ты энергична.

Мика подавила зевок.

— Что ты будешь делать?

— Думаю, прогуляюсь по палубе. Прошлый приступ был пару недель назад, и я ощущаю себя бодрее обычного.

Мика подумала о самозванце на «Шелковой богине». Ей нужно было сузить круг подозреваемых, начиная с Калеба. Ей казалось, что она могла выстоять против любой угрозы, пока он оставался собой.

— Можно прогуляться с тобой?

Он пожал плечами.

— Это твой корабль. Точнее, Долана, но империя твоя.

Она коснулась ножа под юбкой. Она надеялась, что Калеб не был самозванцем, но она была готова, если он окажется врагом.

Калеб все еще был немного пьяным, напевал мимо нот, пока они шли, чтобы посмотреть на неровный берег, мимо которого плыли. Мика следила за ним, искала признаки, что он был имитатором.

— Ступай осторожно, — Калеб протянул руку. — Тут немного скользко.

— Я в порядке, — Мика ловко перешагнула лужу вина, которую сама сделала, чтобы не быть пьяной.

— Ясное дело. Как тебя Долан назвал? Восхитительная, — Калеб рассмеялся. — Хороший выбор похвалы.

Мика усмехнулась.

— Я забавная, вот спасибо.

— Да, но твои волосы мягкие, как шерсть ягненка?

— Мягче.

Движения Калеба были свободнее обычного, и он расстегнул темно-синий камзол, но казался тем же человеком. Он всегда был заботливым, с чувством юмора, даже если ему было плохо, или он устал или выпил. И он не хитрил, как другие лорды. Он был слишком занят своими проблемами, не знал, когда он станет сильным, как десять мужчин, или когда пронесется по бальному залу на огромной скорости. Его состояние делало его приятно непритязательным, и Мика надеялась, что сможет проверить его личность.

Они добрались до правого борта, Калеб опустил квадратные ладони на перила, смотрел на воду и огни на берегу. Он будто что-то искал.

— Что такое? — спросила Мика.