С влюбленностью покончено (ЛП) - Джексон Р. Л. - Страница 3

— Есть ли где-нибудь для меня инвалидное кресло? — спросила она, надеясь, что медсестра не заподозрит неладное.

— Хм… да, одно из них сложено в шкафу. Может быть, после того, как доктор осмотрит тебя завтра, мы сможем получить его для твоего быстрого передвижения?

Лана улыбнулась, и ее глаза остановились на значке. Сестра Алмария Томпсон. Это была пожилая женщина с большими карими глазами, очень заботливая, и то, как она говорила и двигалась, Лана могла сказать, что она отлично справлялась со своей работой. Она уже накладывала пластырь на руку, и Лана даже не почувствовала укола от огромной иглы. Информация о инвалидном кресле была отличной новостью, потому что, как только женщина уйдет, у Ланы был план пойти за ним самостоятельно.

— А теперь ложись и отдохни, ладно? Я вернусь примерно через четыре часа, чтобы помочь тебе привести себя в порядок перед завтраком.

Лана кивнула и почувствовала, что лекарство начинает делать свое дело. Когда сестра Томпсон закрыла за собой дверь, Лана сбросила с себя одеяло и посмотрела на свою искалеченную ногу. Она медленно переместила свой вес вправо и подняла кровать в вертикальное положение. Затем она опустила кровать до самой нижней точки, так что ей не пришлось далеко идти, когда она поняла, как спуститься.

Схватившись обеими руками за икру, она медленно перекинула тяжелую ногу через край, пока та не свесилась за бортик. Плохая идея. Масса гипса оттягивала ее сломанную конечность, стреляя болью вверх по ноге, к бедру и отдавая в поясницу. Лана громко взвыла и подумала, что может даже потерять сознание, когда это колючее чувство снова защекотало ее голову. Закрыв рот рукой и приготовившись к тому, что ей предстояло сделать дальше, она перекинула правую ногу, балансируя на ней, и медленно потащила сломанную ногу к шкафу в нескольких футах от своей кровати.

Жгучие слезы катились по ее лицу, но ей было уже все равно, сколько боли это будет стоить. Было слишком поздно поворачивать назад, и она должна была увидеть его. К счастью, диванчик, который Сэм использовал в тот вечер, стоял у стены, так что она воспользовалась им, чтобы удержать равновесие, открывая дверцу шкафа. Лана протянула руку и вытащила сложенное инвалидное кресло, затем опустилась на подлокотник дивана. Вся ее нога запульсировала, когда она пыталась разложить инвалидное кресло одной рукой и своей здоровой ногой. Когда оно, наконец, поддалось, она выдохлась от борьбы, но подвинулась как можно ближе к ручкам кресла, а затем закрепила ближайшее к ней колесо. Быстрым движением она полуобернулась и тяжело плюхнулась в кресло.

Последовавший за этим взрыв боли притупился из-за действия лекарства, но она почти пожалела о своем идиотском плане. Девушка мысленно вернулась к беспомощному Кейдену, покрытому кровью, и загнала всю свою боль глубоко внутрь. Она засунула левую ногу за голеностопный ремень и подставку для ног, ее лицо было покрыто потом и слезами, затем открепила колесо и покатила кресло вперед.

Она медленно подкатилась к двери своей палаты и приоткрыла ее. Медсестер на посту прямо перед ней не было, поэтому она развернулась, попятилась и высунула голову из двери, чтобы проверить коридор справа и слева. По-прежнему никого. В панике Лана покатилась назад, а затем по коридору в поисках комнаты три-пятнадцать. Она оглядела двери палат и добралась до конца коридора, где последняя дверь была три-двенадцать. Лана завернула за угол и замедлила ход инвалидной коляски, когда наткнулась на полицейского возле его палаты. Он крепко спал, склонив голову на плечо, и из уголка его рта сочилась слюна.

Испытывая отвращение к отсутствию полицейской работы и огромному мокрому пятну на его рубашке, она развернулась в коляске и попятилась к слегка приоткрытой двери его палаты. Въезжая, она услышала гудение машин и легкое похрапывание своего будущего мужа. Когда Лана развернулась на коляске, ее сердце остановилось. Прямо над Кейденом с копной светлых спутанных волос стояла Ким. Она даже не заметила, как Лана вошла. Даже не думая, Лана покатила коляску к Ким так быстро, как только могла, и врезалась подножкой прямо в голени этой сучки. Ким вскрикнула, отступая к окну рядом с кроватью Кейдена, ее глаза были дикие и выпученые, когда она толкнула Лану назад. Балансируя на здоровой ноге, Лана спрыгнула с кресла, и боль в сломанной конечности исчезла.

— Я убью тебя! — закричала Лана, хватаясь руками за голову Ким. В одно мгновение она схватила кучу обесцвеченных светлых волос Ким, ее ногти впились в кожу головы и царапали ее.

— Отвали! — закричала Ким, когда Лана использовала каждую унцию своей силы, чтобы дернуть ее вниз. Она повернула голову Ким, вытянув шею в неудобном положении так сильно, как только могла, желая, чтобы она почувствовала, как можно больше боли, которую та причинила ей.

Ким изо всех сил попыталась вырваться, но это было бесполезно. Хватка Ланы была как тиски, и клочья волос с ее головы падали на пол. Ким, наконец, остановила взгляд на раненой ноге Ланы и попыталась пнуть ее, но Лана заметила ее попытку, волоча гипс по гладкому линолеуму в сторону. Вместо этого нога Ким врезалась в инвалидное кресло, отчего оно врезалось в стену у двери, и теперь Лана стояла у окна.

Еще глубже вонзив пальцы в голову Ким, она дернула ее, резко поворачивая тело, пытаясь опрокинуть ее на пол. В этот момент она впервые за много дней мельком увидела Кейдена. При виде его у нее перехватило дыхание, а в голове на мгновение воцарилась пустота. Небольшая пауза заставила ее ослабить хватку ровно настолько, чтобы дать Ким возможность освободиться. Прежде чем Лана успела отреагировать, Ким сильно ударила ее по лицу, заставив отшатнуться, но не раньше, чем Лана ответила на удар, который пришелся той в глаз.

— Ты, сука, ты сама все это начала! — выплюнула Ким, держась за лицо.

— Да? Я же и закончу, — бросила вызов Лана.

Темнота, которую Лана держала на привязи глубоко внутри себя, под замком, уже достаточно много времени требовала выхода. Лана могла принять любое оскорбление, брошенное ей кем-то, и отмахнуться от него, но когда дело касалось ее семьи и людей, которых она любила, все перчатки снимались. Измученная, Лана прислонилась к краю кровати Кейдена и потянулась к кнопке вызова рядом с ним.

Ким повернулась, чтобы выбежать из комнаты, пряди ее волос все еще свободно падали. Когда она направилась к двери, офицер уже стоял в дверном проеме, его оружие было направлено на Ким. По интеркому прозвенел сигнал тревоги, и медсестры Кейдена ворвались в палату и бросились к его кровати. Ким подняла руки вверх — на этот раз спасения не было.

— Стоять! Медленно повернись и ложись! — закричал офицер.

Ким подчинилась, ее глаза встретились с глазами Ланы, когда ее левый глаз начал опухать от предыдущего удара.

— Руки за спину! — прокричал офицер, когда медсестры склонились над кроватью Кейдена. Ее медсестра, мисс Томпсон, подхватила инвалидное кресло и помогла ей сесть обратно.

— Как, черт возьми, ты сюда попала? — обеспокоенно воскликнула она.

Лана не ответила, ее глаза были устремлены на Ким, когда офицер прижал ее к полу и надел на нее наручники. Она не могла не желать, чтобы Ким подхватила стафилококковую инфекцию из-за того, что ее рот был прижат к грязному полу. Полицейский поднял ее одной рукой и вывел из комнаты, пока она металась, как ребенок в игрушечном магазине, закатывая истерику. Медсестра Томпсон попыталась выкатить Лану из комнаты, но та ударила здоровой ногой, заставив кресло остановиться.

— Нет, я не оставлю его, — запротестовала она через плечо.

— Но тебе надо лечь… — мисс Томпсон настаивала, но, увидев выражение лица Ланы, поняла, что это бессмысленно.

— Я принесу тебе одеяло, — закончила она и снова повернула кресло к кровати.

Лане, наконец, представилась возможность по-настоящему рассмотреть его, и ей пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы снова не расплакаться. Рот его был прикрыт кислородной маской, но все остальное лицо представляло собой кровавое месиво. У него была растяжка на бедре, что означало, что у него был тяжелый перелом ноги, который они должны были выправить, прежде чем они могли хирургически исправить проблему, и его правая рука была в гипсе до плеча. Он выглядел гораздо хуже, чем она. И когда жгучие слезы наполнили ее глаза, Лана задалась вопросом, что же ему снится и когда он очнется от этого кошмара.