Он пишет мою книгу! (СИ) - Бриошь Софи - Страница 29

Мужчины не плачут. Звучит гордо, но это не повод для гордости. Это проклятие. Лучше б я умел выпускать боль слезами.

Галя всегда была простоватой куклой. Но я и подумать не мог, что она настолько жестока. Она ведь совершенно никогда не злилась. А оказывается, была на редкость злой. Я никогда не рассматривал её в роли своей женщины в глобальном смысле. Она просто была, просто не исчезала из поля зрения, а я и не парился на эту тему. Жить к себе не пускал. Категорически. Но в отпуск сгонять вместе или потусить в клубе – окей, хорошо. С кем ещё? Генка с Ленкой молодые родители – им не до того.

Я и думать не мог, что мои ненапряжные отношения с Галей однажды обернутся для меня напряжением в тысячу вольт.

Но я не имею права на неё злится. Сам хорош. За всё в жизни приходится платить. И за свою беспечность тоже.

А Гале спасибо за то, что рассказала про свою встречу с Олей. Я теперь знаю, что любимая девушка не кинула меня, не улизнула, пока я был на операции, не оказалась предательницей. Это, оказывается, я для неё выгляжу редкостной сволочью...

Чёрт. Мне стало легче, а каково Оле?

Я так устал думать обо всём этом,что взял и всё-всё написал.

Подарил герою Юлиной истории сон о том, как он был в санатории с героиней романа.

Глава 36

К маме я старался не заезжать. С тех пор, как она стала жить с этим Васюткиным Николаем. Ещё и расписалась с ним зачем-то.

Долгое время я с ней вообще из-за этого не общался. Не мог принять её выбор.

Ну, ладно, с отцом у неё давно не заладилось, но из всех остальных мужчин выбрать того, кто был поганым бизнес – партнёром бывшего мужа – это странно.

Потом, конечно, общение возобновились, но на жёстких условиях с моей стороны: о Николае ни слова.

Мама клялась, что её знакомство с Николаем и их общение началось само по себе, что они оба долгое время не знали, что мой отец их общий "хороший" знакомый. Но в такие сказки про "я не знала, с кем встречалась" я не верю.

Отец успел мне рассказать, как Николай фактически выгнал его из бизнеса, подмяв все грузоперевозки под себя. К сожалению, вскоре после этого отец погиб. Я думаю, он переживал из-за предательства партнера по бизнесу и поэтому был не внимателен за рулём.

Мама, конечно, верила в версию Николая и пыталась мне рассказать, но я даже слушать её не стал.

У нас с отцом были плохие отношения, можно сказать – их не было. Он бросил нас с матерью, когда из простого дальнобойщика вырос во владельца маленькой транспортной компании. Деньги, гулянки, женщины – мать не стала долго терпеть поведение отца. Я уже был студентом и мне было всё равно. Единственное, что я у него попросил однажды: деньги для реализации одной из моих бизнес-идей. Отец отказал, сославшись на то, что партнер – Васюткин – категорически против. Вскоре случился их конфликт и гибель отца.

Его смерть лишила меня возможности с ним помириться, он так и не увидел, что и без его помощи я стал самостоятельным и обеспеченным парнем.

И во всем этом я видел роль Васюткина. И ненавидел его.

Каким бы ни был отец человеком, но всё равно Васюткин не может быть мне другом. А мама…

Я уже давно стараюсь не думать о её поступке. Я маме не судья.

Сегодня я к ней заехал, она попросила отвезти её на дачу. Видимо, Николай был занят.

– Стёпа, сынок. Как ты похудел! – мама охнула, увидев меня.

– Да всё нормально, мам, – отмахнулся я, – ты лучше посмотри как меня подлатали в санатории. Скоро буду как новенький.

– Ну да, ну да. Хорошо стало. Но для меня ты и так и эдак самый красивый.

– Ты зачем Гале сказала про то, что у меня деньги есть? Она же чуть было не сбежала от меня. И слава богу! Но ты её тормознула и вернула, поманив монетой, – я маме в шутливом тоне всё говорю. Ни к чему ей расстраиваться из-за моих дел.

– Ой, Стёпа. Я сама не рада. Я же думала она хорошая девочка. Ну испугалась немного. Хотела её успокоить, что, мол, не самый безвыходный случай. Есть чем оплатить лечение за границей. Люди всем миром собирают, а тут, вроде как, и сами справимся. Думала, она обрадуется за тебя. А она как давай расспрашивать: сколько денег, да останется ли что-то после лечения. Ты представляешь, Стёпа? До такой степени не постеснялась.

Мама у меня настолько наивная, даже смешно. Она думает, что меркантильные девицы существуют только в бразильских сериалах. Выдуманные персоны. Эдакие миккимаусихи. А в жизни ДО ТАКОЙ степени никто на чужие бабки не падок.

– Мам, не нужно было тебе вмешиваться. Но уже неважно. Мы расстались.

– А ведь я думала, что дело в твоей несерьезности, – вздохнула мама, – с одной повстречался – расстались, с другой-разбежались… А тут такие девушки, что и не удивительно.

Но печально! Одному тоже не дело жить.

– Нормально. Живу, работаю, книжки читаю. Никто не мешает, – подмигнул я маме.

– Да, уж… Книжки это, важно, конечно, – покачала головой мама, – у Николая, кстати, дочка книжки пишет.

– Мама! Не начинай. Мы договорились, о нём не говорить!

– А я не о нём. О книжках! Дочь его прислала недавно ссылку, где в интернете её истории можно почитать. Он сразу мне показал.

Стёпа, а ведь интересно пишет! Сроду бы не подумала. Я привыкла, что писатели это Достоевский, Толстой. Ну, Акунин, хотя бы. Или заграничные авторы. А тут девушка пишет, представляешь! Дочка Колина. И хорошо. Тебе, парню, не интересно будет, там женские романы. Про любовь. Но, погоди, я тебе просто покажу.

За рулём отвлекаться совсем не хотелось. Но мама уже погрузилась в телефон и искала мне для демонстрации книги дочери Николая. Она даже не замечает, как нарушает наш договор. Чем ей этот мужик так запал в душу? Даже дочь его ей уже интересна. Хоть ревнуй. А я между прочим тоже книжки пишу. Почти.

Вообще прикольно. Как начинаешь вертеться в какой-то теме, так такое ощущение, что сразу все этим же самым занимаются. Стоило мне окунуться в мир сетературы (книг в сети интернет), как и Генка с Ленкой там оказались, а сейчас ещё и мама. И даже какая-то там дочь Николая, будь он не ладен.

– Вот, вот нашла. Только ты на имя не смотри-это псевдоним.

Я больше из уважения к маме, чем из интереса, глянул на экран её телефона.

И замер.

Мама показывала мне аккаунт Амелины Фрайди.

– А обложки какие красивые, да? Мелковаты картинки, я б с удовольствием посмотрела покрупнее, но никак не увеличить.

Мама что-то ещё говорила, а я под шум в голове пытался продолжать рулить и хоть как-то собрать в кучу мысли и эмоции.

Юля?... Васюткина, значит, Юля…

Вспомнил, как мама упомянала, что дочь Николая попала в ту же аварию с телескопическим трапом в аэропорту…

Но я тогда, услышав его имя, отмахнулся и не задержал в памяти это событие.

А сейчас получается, что я сдружился с дочкой папиного врага?

Эти Васюткины умеют затереться в доверие… Сначала Николай маме мозги запудрил, сейчас его доченька со мной "случайно" познакомилась.

Я резко затормозил. Хватит. Как же я устал от череды интриг. Надоели эти вероломные Гали, Юли...Притворяются милыми, а по сути…

Только Оля была без камней за пазухой.

И я её потерял.

– Что случилось, Степан? – мама испуганно смотрела на меня. Я стиснув зубы играл желваками.

– Вспомнил кое-что. Сейчас, поедем, погоди.

Я достал телефон, открыл телеграм и заблокировал чат с Юлей.

Глава 37

Юля

На работу я вернулась с таким ощущением, словно отсутствовала вечность. Цифры, цифры, цифры.

Я думала, что люблю математику, но только сейчас поняла, что истинная моя страсть – слова.

Как же скучно, оказывается, на работе…

Но после отпуска, больничного и двух недель за свой счёт, пришлось погрузиться с головой, чтобы вернуться в курс дела. Брала на дом отчётности и засыпала, чуть ли не за письменным столом. Но что делать – всё-таки, пока что меня кормит работа, а не любимое хобби. Погрузилась я так, что сама не заметила как пролетело несколько дней без письма.