Между Сциллой и Харибдой (СИ) - Зеленин Сергей - Страница 238

А может, всё из-за особенностей освещения

Физически же лица, желающие почтить прах Ленина – проходили через Мавзолей после 8 часов вечера и, в продолжении всей ночи, причем – им приходилось выстаивать по нескольку часов, так было много желающих.

Далеко не отходя, посетили музей Владимира Ильича Ленина: в прошлом – московскую городскую Думу, в будущем – Исторический музей… Побродив по Кремлю, вход в который в те времена был свободным – заходи, бери, что хочешь…

Шучу!

Взять кроме Царь-пушки и Царь-колокола нечего, а на фиг они кому-то нужны.

Так и не встретив в Кремле никого из вождей пролетариата – победившего на одной шестой части суши, прошлись по набережной, Троицкому мосту, полюбовались издалека ещё не снесёнными Храмом Христа Спасителя и Сухаревской башней, прогулялись по Александровскому саду и, в отличии от булгаковской Маргариты – не встретив Азазелло и кота Бегемота с примусом, направили свои стопы к «Стойлу Пегаса», где к нашему приходу всё было готово.

Сергей Есенин, не смог присутствовать по неизвестной причине – возможно был в турне или запое. А Демьян Бедный в данный момент – лежал в больничке с челюстно-головной травмой.

Так, это овно никто и не приглашал!

Были приглашены и пришли познакомиться с ульяновскими выпускниками Анатолий Мариенгоф с поэтами-иманжистами – Шершеневичем, Орешиным, Клычковым и Ганиным. Кроме них – уже известные и только начинающие Михаил Светлов, Павел Васильев, поэт-футурист Сергей Третьяков…

Итак, началось: праздничный ужин, приглашённые поэты поздравляют выпускников со вступлением во взрослую жизнь и читают свои стихи…

Когда поэты кончились, оркестр (мои давние знакомые румыны, одетые по случаю по-европейски), играют, а молодая певичка – хорошо поставленным, приятным голосом поёт:

«Лето нам дарит в подарок

Много дней и ночей

Нежно вздыхают гитары

Снова влюбленные пары

Бродят по улице

Юности моей

Школьная пора и при всякой погоде

Пропадали пропадом мы во дворах

Через года слышу мамин я голос

Значит мне домой возвращаться пора

В ящик заброшены книжки

Не до них мне опять, ждет у подъезда

Мальчишка может я смелая слишком

Что разрешила себя поцеловать

Школьная пора и при всякой погоде

Пропадали пропадом мы во дворах

Через года слышу мамин я голос

Значит мне домой возвращаться пора

Пусть все могло быть иначе

А вышло так сгоряча

Первый любимый мой мальчик

Память все лишнее прячет

Но нашу встречу я помню как сейчас…»

…И прочие песни поэтов Марка Бернеса и Юры Шатунова, на музыку Веры Головановой.

Припоздавший народ мало-помалу подтягивался «на огонёк».

Несмотря на большую занятость – связанную с организацией и первыми шагами киностудии «Красная Русь – Межрабпом», нас почтил своим присутствием недавний ульяновский гость – Владимир Маяковский, с неразлучными Кисой и Котиком (Лилей и Осипом Брик).

Котик (Осип), как обычно сидел и улыбался, Киса (Лиля) – тут же с ходу влюбила в себя всю «сильную половину», а Щеня (Маяковский) декламировал стихи, хотя и извинился – с явственным намёком на меня, что вынужден читать «старьё».

Меня, прямо-таки не по-детски вставило…

Так, что?

Все стихи, что он сочинил в этом году и до самого тридцатого – не появятся?!

Все наши, тут же уставились на меня и:

– Серафим!

Находящаяся в зале публика и прочие поэты, тут же хором поддержали:

– СЕРАФИМ!!!

Пришлось выйти и раскланявшись:

– Я не Маяковский, я всего лишь учусь. Так что извиняйте – коль, что не так.

К сожалению, поздних стихов Маяковского – я не помню да и, тяжелы они для запоминания – ещё по школе знаю. Ну, что ж… Спою Дэцелу – спасибо соседу-дебилу, выучил наизусть репертуарчик этого волосатика.

И обратившись к приодетым по-человечьи, а не как обычно – в ночнушки с узорами, румынам:

– Маэстры! По щелчку пальцами, все обратились в слух!

– Га?

– Счас я напою, а вы – сбацаете.

– Ну а я як же!

Минут пять репетиции:

– Как махну рукой – начинайте.

– Так ми це зараз!

Даю отмашку, и:

«– Потерянный смысл восстал.

Мы все на пределе, напуган вассал.

Сознание масс, уходит в астрал.

Теряет контроль вертикаль.

Неважно, кто там у руля

И неважно, кто там у руля

Да, неважно, кто там у руля

И неважно, кто там у руля

Свобода превыше всего

Мы увидим рассвет, ведь нам повезло

По дороге к мечте, нас почти унесло

Но мы все ещё здесь, несмотря ни на что

Неважно, кто там у руля

И неважно, кто там у руля

Да, неважно, кто там у руля

И неважно, кто там у руля

Глубокие мысли, высокие цели

Сорвали оковы и цепи на деле

Мы будим людей тех, кто спать не хотел

Под гипнозом системы был не у дел

Неважно, кто там у руля

И неважно, кто там у руля

Да, неважно, кто там у руля

И неважно, кто там у руля

Смена критерий, новая эра

Мы дети вселенной наполнены верой

Вращаем планету, магнитные сферы

Мы преодолеем любые барьеры

Неважно, кто там у руля

И неважно, кто там у руля

Да, неважно, кто там у руля

И неважно, кто там у руля

Планета меняет свою точку сборки

Мантры вибрируют по перепонкам

Мы весь резонанс ощущаем на тонком

Изучим процесс, от корки до корки

Неважно, кто там у руля

И неважно, кто там у руля

Да, неважно, кто там у руля

И неважно, кто там у руля

Учение – свет, неучение – тьма

Включайся в процесс, сейчас не до сна

Прогресс поглотит, как цунами волна

И неважно, кто там у руля

Неважно, кто там у руля

И неважно, кто там у руля

Да, неважно, кто там у руля

И неважно, кто там у руля…».

Хотя, большинство из сидящих в зале – ничего не поняло, но на ушах стояли все без исключения.

Новый Маяковский, а вы что думали!

Не успев снова усесться, как:

– Ребята, узнаёте, кто это?

Наш столик уставился на только что вошедшего высокого военного, одетого в новенькую с иголочки форму… Тот, поискав взглядом, остановил его на нас, приветливо улыбнулся и помахал рукой.

– Так это же – Саша Голованов!

– Точно!

– Александр! Идите к нашему шалашу!

Уступив место, усаживаю его рядом с Лизкой и те, весело о чём-то защебетали.

Смотрю, ещё один припозднившийся:

– Павел Николаевич! Давай к нам!

– А это кто? – удивились ребята.

– Помните, я с кем-нибудь из руководства познакомить обещал?

– Помним…

– Не взыщите, конечно: «шо маемо – то маемо».