Контрданс (СИ) - Кохен Лия - Страница 44

Светлый эльф не дал Хаэлу договорить.

— Я все знаю, — внезапно произнес он, и герцог замер. Он сморщил лоб и непонимающим взглядом уставился на светлокожего мага.

— О чем ты?

— О моей матери… Ты врал мне, когда говорил, что она в безопасности, в храме, в Годдарде. Как только я разрешил тебе увести ее от Руэа, ты приказал убить ее.

— Дхоавин, я не… Как ты…

— Не важно… Сомнение всегда сидело в моем сердце, и, к несчастью, оно оказалось вполне обоснованным.

— Это было так давно, — сказал Хаэл, мотнув головой. — Твоя мать прокляла твою сестру. Она обрекла свою дочь на жалкое существование. В противном случае Руэа была бы сейчас здесь и помогала бы всем нам. Риона заслужила такой конец.

— Ты говоришь о моей матери, Хаэл… А теперь ты хочешь, чтобы после всего этого я просто принял эту предательницу своей новой госпожой. Такому не бывать, никогда, — прорычал эльф и собрался уже направиться обратно к зверю.

— Дхоавин! — окрикнул его Хаэл так, чтобы слышали все вокруг. — Я растил тебя с детства. Ты дорог мне, как сын. И я тебя услышал. Твоя жизнь была трудна, но ты всегда справлялся со всеми выпавшими на твою долю испытаниями. Ты признал власть над миром Шилен, нашей Матери, и она наделила тебя небывалой силой. А теперь я дарую тебе новые, исключительные возможности. Тебе не придется больше быть ничьим вассалом. Потому как после того, как мы с дочерью вернемся в Годдард, ты останешься здесь и будешь править Аденом от моего лица как мой полноправный преемник.

Десятки ошарашенных лиц обратились сначала к Хаэлу, а потом и к растерянному, ничего не понимающему эльфу-полукровке.

— Хаэл, ты не… — начала было Брэнна.

— Хочешь сказать, что лишь король может назначить лорда-протектора замка? — тишина позволила Хаэлу продолжить. — А что дает право кому-то называться королем? С какой стати вы продолжаете считать королем Астеара ван Хальтера? После того, как он даже не удосужился ответить на наш призыв, когда мы взяли столицу, когда он палец о палец не ударил, чтобы помочь нам захватить Орен. Если бы только Астеар прорвал оборону южан со стороны оставшегося пограничного поста и поддержал бы наше нападение, все южное королевство уже лежало бы у наших ног. Неужели после этого кто-то думает, что я буду терпеть сумасбродство и пренебрежение человека, что стоило жизни сотням наших союзников? Нет, — усмехнулся он, — пока Дхоавин отвлекает южан, держа их столицу — а у нас ведь сотни, тысячи пленных, — король Амадео ни за что не станет рисковать их жизнями, и эльфы, так храбро пришедшие людям на помощь, тоже, ведь у нас дочь их верховного магистра… О, поверьте! Провал в Орене лишь даст им короткую передышку, а в это время я намерен утвердить свое господство на севере. Годдард наш, и Шуттгарт фактически тоже находится под моим личным покровительством. И после того, как мы сомкнем свои ряды — Альянс с востока, высшие орки с запада и гномы с севера, — Астеар будет окружен в своем скалистом замке, в котором мне известен каждый потайной ход, каждая лазейка. И уже скоро весь Элмор станет наш.

— Ваша Светлость, — беспокойно обратился к нему человеческий воин, судя по всему, один из командиров, — простите, но Вы не забываете о том, что нам так и не удалось захватить дочь Верховного Жреца гномов? Да и орки… Какаи наотрез отказался поддержать нас со своим племенем.

— Немного осталось от его племени, — вмешалась в разговор присоединившаяся к собранию огромная женщина-орк в черной, как сажа, броне, с такими же черными, собранными в высокий хвост волосами. — Со мной остатки племени Ганьди, орки племени Уруту, и я уверена, что большая часть племени Хетсуи пойдет за мной, если я пообещаю, что… — она пристально посмотрела на Хаэла, — если после свержения Астеара территория Руна полностью перейдет под наш контроль.

— Несомненно, Макшь, — заверил ее Хаэл, после чего переглянулся с Аделаидой и чуть заметно покачал головой. — А что до гномов, — он сделал шаг вперед и снова остановился, — то одобрение жреца Зименфа нам больше не потребуется. Уверяю вас, у меня есть иной способ договориться с полуросликами.

После того, как все ответили кивками согласия, Хаэл начал раздавать распоряжения. Сначала он обратился к ошеломленному Дхоавину, который в мгновение ока из эльфа-полукровки превратился в правителя южной столицы. Хаэл сказал, что лично собирается сопроводить его в Аден и заявить о своем назначении.

— Сколько воинов у нас осталось? — обратился он к Макшь, которая ответила без раздумий.

— Почти две сотни орков Кетра не вернулись с поля боя. Но, учитывая, что половина из них и вовсе не успела телепортироваться из столицы, как и почти весь состав Альянса… У тебя достаточно бойцов, чтобы теперь защищать Аден.

— Я оставлю с тобой половину орков, — заверил он Дхоавина, — и сотню бойцов Альянса, а также назначу тебе в помощь несколько управляющих из своих командиров. Это на первое время: как только мы вернемся в Годдард, я пришлю еще, сразу как разберусь с намерениями Астеара. Макшь, — он сделал еще шаг навстречу оркской великанше, — вы с отрядом будете нужны мне на севере, — продолжал Хэал, — и как только будут улажены все дела на юге, мы с Аделаидой незамедлительно направимся в Годдард, с которым установим сообщение посредством городского телепорта. Так что ждите нас там.

Великанша, сухо кивнув в знак согласия, развернулась с тем, чтобы начать собирать бойцов.

«Все ясно, — подумала Рай, — Аделаида с ними заодно».

Она решила уже выбираться из лагеря и воспользоваться данным ей Тэль-Беларом свитком, но вдруг услышала тихий голос Аделаиды.

— Хаэл, — обратилась она к герцогу, своему отцу, — ты помнишь свою клятву?

— Ах, да… Это… Поверь, дорогая, я ничего не забыл, — произнес Хаэл, обернувшись к ней в пол-оборота. — Просто решил оставить эту трогательную часть на самый конец.

— Макшь, — окликнул он оркскую даму в черном, не успевшую скрыться за палатками. — Тот орк, что вы схватили.

Зеленолицая громадина подняла на него свои хищные желтые глаза.

— Приведи его…

Женщина довольно кивнула.

— И поаккуратнее с ним, — добавил Хаэл, вновь вызвав бурю недоумений.

Женщина удалилась и через пару минут вернулась с еще двумя орками. Один из них был настолько огромным, что Рай даже рот от удивления раскрыла. В тех местах, где позолоченный доспех не покрывал его мускулистое тело, вся его бледно-зеленая кожа была сплошь разрисована черными и красными татуировками. Никого страшнее и удивительнее Рай в своей жизни еще не видела. Разве что сам иерарх камаэлей Кекропус мог сравниться производимым на нее впечатлением с этим великаном. За веревку, как за ошейник, громила тащил следом за собой непонятного гуманоида, который тоже отдаленно напоминал орка, но был весь с ног до головы покрыт ужасными шрамами и ожогами. Руки его были связаны за спиной, голова опущена.

Как только они приблизились, Аделаида внезапно ахнула и хотела было броситься к оркам, но Хаэл одним движением руки остановил ее.

— Боги, что вы с ним сделали? — вскричала Аделаида, чуть не плача.

— Мы? — два громилы, мужчина и женщина, переглянулись: — Ничего! Просто твой приятель решил поиграть с огнем… — усмехнулся орк-великан.

— Какого черта… — прошептало существо, резко подняв голову и уставившись на Аделаиду своими большими светлыми глазами, но великан резко дернул за поводок, и тот, замолчав, повалился на землю.

— Не смей, — гневно прикрикнула на огромного орка Аделаида, а после обратилась к Хаэлу: — Скажи ему, чтобы так не делал, и вообще…

Хаэл поднял вверх ладонь, давая понять, что он ее прекрасно понял.

— Развяжи его, — приказал он великану.

— Что ты собираешься с ним делать? Мне сходить за мечом-палачом? — усмехнулся орк.

— Нет, — строго сказал Хаэл и, помедлив минуту, добавил: — Пусть идет.

— Что?! — раздались удивленные возгласы со всех сторон.

— Эта дворняжка помешала нам переправить армию из Адена, — прорычала Макшь, выступая вперед. — Он убил Тхотото, Верховного Шамана Ганьди, и наказание за это одно — смерть.