Между тьмой и пламенем. Часть 1 (СИ) - Элевская Лина - Страница 10

Вот теперь его взгляда Инерис не выдержала. Притворилась, что смахивает соринку с лифа платья… и не увидела, как нервно сглотнул маг, невольно последовав взглядом за ее рукой. Перед его глазами невольно встало то, зеленое, с вырезом…

С усилием отвел взгляд.

...Проклятье. Я до сих пор как-то ухитрялся упускать из виду тот факт, что она превратилась в красивую девушку. А стоило один раз обратить на это внимание…

Инерис тихо охнула от неожиданности, когда Кэллиэн резко отвернулся и облокотился на парапет.

– Простите, лорд Дэтре, – наконец произнесла она. – Простите меня.

Она так и не поняла, почему он вдруг коротко рассмеялся. Странный это был смех, с ноткой горечи, а не веселья. От него по спине и полуобнаженным рукам побежали мурашки… или виноват очередной порыв ветра, взъерошивший тщательно заколотые на затылке каштановые пряди?

– Инерис, я гляжу, такт – не ваша сильная сторона, м? По крайней мере, в личных разговорах. Я-то думал, вы начнете меня переубеждать, а вы совершенно спокойно признались, что были обо мне далеко не лучшего мнения… Ладно хоть извинились искренне. Тем более что благородный рыцарь, направо и налево творящий добро, из меня действительно никакой, – с самоиронией вздохнул он и обернулся через плечо. Несколько черных прядок выскользнули из-под традиционной шляпы и сейчас обрамляли худое, бледное лицо.

Еще и обидела. Прекрасно.

Инерис покраснела от стыда. Пожалуй, впервые за все время их знакомства она увидела в нем не просто эксцентричного придворного мага, а человека, который испытывает такие же чувства, как все остальные. Которого тоже можно задеть неосторожными словами.

Эта мысль заставила девушку присмотреться к Кэллиэну по-новому – тем более что на этой маленькой площадке они стояли совсем рядом. Она словно впервые увидела выверенные, гармоничные черты его лица. По-мужски резкие, но вместе с тем не лишенные изящества. Благородный нос, с выраженной горбинкой – но тоже какой-то аккуратной. Красивой формы глаза, как всегда, подведенные черным, с черными же ресницами – неожиданно пушистыми, любая девушка обзавидуется. Черные брови идеальной формы, чуть изогнутыми росчерками тянущиеся от переносицы к вискам, симметричные, словно он и их подкрашивает… Но Инерис видела, что это не так. Губы скорее узкие, чем полные, строгие, красиво очерченные. Подбородок тоже узковат, чуть выступает вперед, ровно настолько, чтобы его можно было назвать красивым, не прибавив «женственный».

Она привыкла воспринимать Кэллиэна как единое эксцентричное целое, вечно в черном, с возмутительно длинными волосами и в неизменной шляпе… и теперь завороженно разглядывала его лицо, словно увидела впервые.

– Почему вы так смотрите на меня, Инерис? – раздался спокойный, совершенно неинтересный, не высокий и не низкий – словом, абсолютно средний – голос, и волшебство момента рассеялось. Обидно даже…

– Поняла вдруг, что раньше вас не видела, – слова словно сами собой слетели с ее губ.

Маг иронично изогнул бровь, но этим и ограничился.

– Простите, а кого в таком случае вы имели несчастье лицезреть в этом дворце последние пять лет? – уточнил он. В голос прокралась редкая гостья – нотка веселья.

Инерис покраснела. Ну да, выдала дурацкое замечание – теперь расплачивайся.

– Я не в этом смысле, – отведя взгляд, произнесла она. – Просто я привыкла смотреть на вас как на эксцентричного придворного мага и никогда не замечала многих деталей… К примеру, что у вас ресницы очень густые. И морщинок на лбу нет совершенно, даже когда вы хмуритесь. Я ведь, если подумать, даже не могу сказать, насколько вы изменились за то время, что я вас знаю. Мне кажется, вообще нет, а на самом деле? Странно даже, столько лет смотришь на человека, но в упор не замечаешь некоторых вещей…

Он кашлянул. Попытался что-то сказать, но снова закрыл рот, не проронив ни звука. И тоже смерил ее каким-то странным взглядом.

– Это касается не только внешности, Инерис, но… вы правы. Мы слишком мало внимания уделяем деталям, глядя на привычное целое. Верно и обратное: если слишком сосредоточиться на деталях, целое ускользнет.

...Как от меня.

– Простите, что заставила вас беспокоиться, – импульсивно произнесла Инерис. – И простите, что обидела.

– Меня невозможно «заставить» беспокоиться и довольно сложно обидеть. Вы просто напомнили мне об отдельных элементах моей репутации, о которых я, признаться, начал забывать за эти пять лет.

Но это он произнес, спрятав глаза в тени от полей шляпы.

– Кэллиэн…

Маг резко вскинул голову, недоверчиво посмотрел на нее.

А, чтоб тебя! Привычка подстраиваться к собеседнику сыграло с ней дурную шутку. Отчитывая ее, Кэллиэн начал звать ее по имени, как когда-то, и она совершила ту же оплошность…

Инерис поспешила исправиться:

– Лорд Дэтре… простите, но если честно, насколько правдива ваша репутация?

Он вдруг прикрыл глаза рукой и горестно застонал.

– Инерис, вы чудовище, – приглушенно сообщил мужчина. – Зачем вам это знать?

Девушка почувствовала себя глупо. Она-то хотела как лучше…

– Ну… если она незаслуженна, можно что-то сделать по этому поводу, объяснить людям…

В синих глазах сверкнула сталь.

– Она заслуженна.

От этого взгляда Инерис невольно попятилась. Он словно обжигал гневом.

– Чем я вас рассердила?

– Благими намерениями исключительно. Вы что, забыли? Моя репутация – дополнительная защита и вашего княжества, и вашей семьи. Пока здесь бродит эксцентричный и не боящийся грязи и крови темный маг, любой трижды подумает перед тем, как прийти сюда с нехорошими намерениями. И, смею вас заверить, звание темного мага дается не просто так. Я совершал все сопутствующие этому пути шаги. И могу проделать каждый из них снова. В любой момент.

Ей вдруг снова стало зябко. Поежившись, Инерис отвернулась и, в свою очередь шагнув к парапету, устремила взгляд на город внизу, у подножия холма.

– Испугал? – тихо спросил Кэллиэн.

– Немного, – честно ответила леди-наследница.

– Не бойтесь. Я не причиню вам вреда. Я здесь для того, чтобы защищать.

И ей на плечи мягко лег мужской камзол.

Она закуталась в него – и ощутила легкий запах. Чуть горьковатый, пряный, приятный. Что это у него за парфюм такой, интересно… но отягощать совесть еще одним неуместным и глупым вопросом Инерис не собиралась.

– Я знаю, – прошептала она. – Спасибо.

– Инерис… – Кэллиэн помедлил, но все-таки спросил: – Для меня не секрет, как ко мне относятся при дворе. Вы тоже меня боитесь?

Она помолчала немного. Почему? Подбирает слова, чтобы убедительно солгать? Или пытается ответить сперва на этот вопрос самой себе?

– Вы знаете, нет, Кэллиэн. Опасаюсь, особенно в некоторые моменты. Но бояться… нет, не дождетесь. – И с оттенком ехидства добавила: – Простите, если разочаровала вас этим после столь пугающей отповеди. Полагаю, вы надеялись на иной ответ?

Она впервые услышала его нормальный смех – тихий, неожиданно низкий, завораживающий. Невольно обернулась, но в тот же миг смех стих, и на узких губах мага уже не было улыбки.

– Этот меня вполне устраивает, – заверил ее Кэллиэн. – Что же до вашего сегодняшнего головотяпства… оно, по крайней мере, увенчалось успехом? Или вы жаждали страстного поцелуя, и я вмешался слишком рано?

– Нет, что вы, – Инерис покраснела и покачала головой, вспомнив, какую позорную сцену имел несчастье лицезреть придворный маг. – Вот уж без чего я преотлично обойдусь. Хватит с меня таких поцелуев.

Он удивился, но не показал этого ни единым жестом. Просто сделал зарубочку на память: побеседовать с капитаном Мельдером о том, как часто леди-наследница совершала подобные… разведывательные операции.

– Что до информации… да, лорд Валкар сообщил кое-что любопытное, но я пока не уверена, что он сказал правду. А вы не слышали?

– Я стоял далеко, а он фактически шептал вам на ухо.

Она снова покраснела и отвела взгляд, поморщившись.