Между тьмой и пламенем. Часть III (СИ) - Элевская Лина - Страница 63

Но увы. Что хороших новостей не будет, стало ясно по мрачному, еще больше вытянувшемуся лицу сановника, который скорбно молчал, пока они дожидались чуть припозднившегося капитана. К счастью, их опасения на его счет не оправдались – маг, пожимая военному руку, не нашел к чему придраться. Анализатор тоже.

Подземелье, где на сей раз собрались заговорщики, потихоньку принимало жилой вид. Теперь у них было здесь аж четыре факела и вполне годившиеся для сиденья подушки на камнях и давно рухнувшей колонне.

– Я много думал о сложившейся ситуации, – без долгих вступлений начал князь. – И должен признать, что зашел в тупик. Как ни посмотри на ситуацию… но леди Ральду убирать попросту нельзя.

Кэллиэн вздрогнул. Затем перевел взгляд нехорошо заблестевших глаз на князя Ратри.

– Аргументируйте, – задушевно попросил придворный маг.

Большинство людей, услышав этот тон, бледнели и норовили найти благоприятный предлог, чтобы сбежать подальше.

Князь же насупился и рявкнул:

– Пугать лорда Энри будете! – помолчал, успокаиваясь. – Простите, – сухо извинился, – мне самому не нравятся мои выводы. Но устранение королевы будет очень плохим ходом.

– Почему? – нажал Кэллиэн.

– Потому что это не решит наших проблем, а прибавит новых! Во-первых, вы в прошлый раз сами сказали, что ни доказательств злокозненности королевы, ни свидетелей ее преступлений нет. Можно было бы попытаться подпортить ее репутацию, пустив сплетни и слухи. Однако это принесет больше вреда, чем пользы. Страна и так превратилась в пороховой погреб, курить подле него совершенно излишне. Представьте себе на секунду, что произойдет, если мы дискредитируем власть? Но главное – Ральду некем заменить.

Эти слова были встречены молчанием.

– Князь временно не в состоянии править, наследников подходящего возраста и с должной подготовкой нет, Совет цепляется за королеву и без нее власть не удержит…

– Не говоря уже о том, что если покушение не удастся, королеве будет достаточно нашептать кому следует, и нас выставят смутьянами и казнят, а буря уляжется благодаря ее силе так же быстро, как поднялась, – мрачно додумал Кэллиэн.

– Леди Ральда наверняка поймет, откуда ветер дует, – кивнул Ратри. – За себя я не боюсь, но живым наверняка пригожусь больше, чем повешенным бунтарем.

Кэллиэн ощутил гнетущую тоску. Действительно, на что он только надеялся… Это он думает прежде всего о князе, а Ратри – политик, он мыслит шире…

– Но нельзя же позволять ей творить все, что вздумается! – возмутился капитан.

– Конечно, нельзя. Но устранение или очернение – тоже не выход. Возьмем еще шире. Как вы думаете, скоро ли о том, что в Нариме нет ни правителя, ни адекватных наследников, ни даже сколь-нибудь централизованной власти, узнает князь Тессерийский? – мрачно буркнул князь Ратри. – Можно после этого Дориана уже не лечить, править ему все равно никто не даст, и из автономии мы превратимся просто в еще одну провинцию. И прощай экономическая свобода… относительная, конечно, но и той не будет. И еще много чего не будет.

Повисло тягостное молчание.

– Но мы должны хоть что-то предпринять! Кстати, лорд Дэтре, я хотел попросить у вас на всякий случай тот амулет или что вы там разрабатывали. Я… немного странно себя чувствовал во время разговора с ее величеством.

Вот теперь Кэллиэн насторожился и сплел анализатор помощнее предыдущего.

Да чтоб эту лицемерную тварь… Шаэли побрала! Так тонко она раньше не действовала!

– Конечно, странно, – согласился он. – На вас ведь воздействовали, только едва заметно… Ральда вас о князе не спрашивала? Ничего не приказывала? Провалов в памяти не было?

Капитан честно помотал головой.

– Прекрасно помню весь разговор – вы и сами его слышали. И почти ничего не ощутил, только на секунду мимолетно удивился тому, как ее вообще можно было заподозрить. С виду ведь так мила, так искренна… Эта мысль была слишком назойливой и слегка меня покоробила.

– Воздействие было очень слабым, я даже не сразу его обнаружил, – кивнул Кэллиэн. – Возможно, она просто заговаривала вам зубы. Уверен, у леди Ральды были свои причины прогуляться на кладбище, я как-то раз тоже ее там встретил. Думаю, сейчас беспокоиться не о чем, след скоро исчезнет... Но на вашем месте я бы постарался не попадаться королеве на глаза. И после бесед с ней не ходите к князю. Во избежание.

Повисло зловещее молчание. Капитан нервно сглотнул.

– Все еще будете уверять, что ее лучше не устранять? – зловещим тоном осведомился маг.

– Я сознаю опасность ситуации, – процедил князь. – А вот вы, по-моему, нет! Так или иначе, она считается законным регентом, назначенным князем! Ее власть пока признает и армия, и знать, и народ. Если мы пошатнем княжескую власть, в стране попросту вспыхнет гражданская война. Часть верноподданных будет за князя и отечество, часть припомнит былые несправедливости и будет против всех, кто-то встанет на сторону королевы – других вариантов-то нет, а раз князь ее назначил, ей бы и править, мало ли какие гнусные слухи завистники распускают, да и огненных "скорбящая мать" открыто ненавидит! К тому же всегда найдутся те, кто захочет извлечь выгоду из беспорядков. Даже если мы завтра же отравим леди Ральду и весь Совет в его нынешнем составе, волнений в стране в переходный период не избежать – в стране, где каждый третий мужчина носит оружие, позволю себе напомнить!

Сквозь навалившуюся безысходность Кэллиэн поневоле ощутил восхищение. Умения видеть цельную картину у князя не отнять.

– Нет, – покачал головой Ратри. Затем угрюмо кивнул собственным мыслям. – Нам следует сосредоточиться на лечении князя. Он – наша единственная надежда. Поправится Дориан – тогда и сместим ее величество, уж я найду способ! А вы все-таки вернитесь к своим амулетам, – душевно посоветовал Ратри.

Кэллиэн мрачно кивнул.

За-ме-ча-тель-но.

Как он сам-то не додумался? Ну и толку с этих сообщников?!

– Я еще не рассказал вам последние новости, – буркнул Мельдер. – Думаю, я смогу немного повлиять на ситуацию на границе – без интриг, сплетен и подрыва княжеской власти. К примеру, переправив личную просьбу своим людям, которым можно доверять – я ведь когда-то и в разведке служил, остались связи. Они присмотрят за не в меру ретивыми «миротворцами» и попытаются урезонить полукровок. Но это временная мера. Буря собирается по обе стороны границы. Помните, как полукровки пытались прорваться к нам оттуда?

Оба мужчины кивнули. Кэллиэн напряженно подался вперед, сложив перед собой руки, затянутые в перчатки, предчувствуя дурные вести.

– Так вот, больше пытаться некому, – мрачно сообщил Мельдер. – Их вчера очень зрелищно убили – сбросили со скалы и добили трезубцами. По очереди. Тридцать с лишним полукровок. «За трусость и нечистую кровь». Показательное выступление пограничников Дахаэра. Как вы понимаете, с нашей стороны ситуация обострилась до крайности. Полукровок пытаются выгнать из Нариме – а куда? Их там ждет участь пострашнее. Теперь они будут отбиваться до последнего. А сколько их еще осталось по стране?

Ратри молча схватился за голову, Кэллиэн не сводил горящего взгляда с капитана.

– Когда напряжение на границе только начало нарастать, я лично попросил двоих ребят отправиться к огненным в качестве шпионов. Они знали, что рискуют жизнями, но все-таки оказали мне услугу, а я в ответ предоставил им свое личное покровительство. Они теперь приписаны как охранники к особняку моей матери, который завещан мне.

– Если королева узнает, вам несдобровать, – сообщил князь Ратри.

– Честь мне дороже доброго мнения ее величества! – огрызнулся Мельдер. Тяжело вздохнул. – Север Терр вот-вот полыхнет, господа. Ходят слухи, что кузен и наследник Дахаэра вернулся на родину. Его ищут всеми правдами и неправдами, но до сих пор обнаружить не смогли. Досталось племени пустынников, с которым он раньше водил дружбу – было магическое нападение, которое их маги едва смогли погасить. В пустынях испытывают новые смертоносные заклятья, есть жертвы. Над деревнями полукровок летают драконы, жгут все подряд. Многие уверены, что как только Ассаэра Адж’Ракха обнаружат, начнется война. Официально, конечно, пройдет под эгидой «соблюдения древних заветов о чистоте крови». Фактически – это будет даже не гражданская война, а резня. Север беден и разрознен, а Юг, напротив, богат и сплочен усилиями короля...