Забытая ночь (СИ) - Суханова Ксения - Страница 40

- Потарапливайся, дрянь малолетняя! - меня грубо толкают в спину и, я буквально врезаюсь в дверь лицом, а потом ощущаю нечто холодное и острое у шеи. Нож? - Помни, если пикнешь, то сильно об этом пожалеешь. 

Что происходит? Кто этот человек и... Где Ника? 

От страха меня снова начинает колотить с бешенной силой, становится трудно дышать. 

Незнакомец проводит лезвием по шее, делая маленький, но довольно глубокий надрез. Я сразу ощущаю, как горячая жидкость начинает стекать вниз, на грудь и крепко сжимаю зубы, боясь издать хоть какой-то звук. На слёзы я не обращаю никакого внимания. 

Не кричать! 

Меня дергают за волосы и самостоятельно открывают последнюю, самую дальнюю дверь в тёмном коридоре. Куда же я попала? 

- Чувствуй себя как дома, дорогуша! - этот человек снова толкает меня, но, на этот раз я падаю и сбиваю колени в кровь, не проронив и звука. Меня научили молчать дома. - Я привёл вторую, всё, как ты и просил, Тоха. 

Тоха? Кто это? 

Я медленно поднимаю голову и испуганно отползаю назад. В этой комнате, кроме меня, Вероники, что лежала в бессознательном состоянии на столе с широко разведенными ногами и того человека, что притащил меня сюда есть ещё четверо мужчин и две девушки. Абсолютно голых. 

Одна из них, с темными волосами до плечь, скачет на мужчине и издает громкие, мерзкие звуки, когда... Нет, не я могу на это смотреть и не хочу это слышать. А вторая... Вторая, блондинка с длинными волосами, сидит между ног мужчины, на белом ковре с длинными ворсинками, быстро поднимает и опускает голову, склоняясь над мужским членом. Первую секунду я не понимала, что происходит, а потом... 

Потом меня начало мутить и я опустила глаза к полу из черного дерева. Сама комната напоминала просторную гостиную из фильмов, что я видела по телевизору. В каких обычно встречают гостей, весело проводят время и беседуют, а тут... Царил настоящий Ад. 

В центре стоял огромный угловой диван, на котором вальяжно развалились два мужика и блондинка, сидящая на полу. Справа от дивана находилось кресло, где "уединилась" другая парочка, а слева стоял бильярдный стол, на котором лежала моя подруга. Рядом с ним я заметила барную стойку с кучей каких-то коробок и пакетов, но разглядеть я не успела из-за комка в горле и паники. 

- Молодец. Можешь быть свободен. - произнес тот, кого удовлетворяла девушка своим ртом. - Ну что, давай знакомиться? - он резко отталкивает блондинку и направляется ко мне, не стесняясь своей расстегнутой ширинки и полового органа. 

Я смотрю на него и начинаю отползать назад и упираюсь спиной в ноги того, кто меня сюда доставил. 

- Пожалуйста, не надо... - тихо произношу, захлебываясь собственными слезами, когда меня одним движением поднимают на ноги и толкают к дивану. 

- Сделай ей расслабляющих, Мих. - бросает в сторону барной стойки, где обнаружился еще один незнакомец. - Ну, сама расскажешь, куда твоя подружка дела инфу или тебе помочь? 

О чем он? Я не знаю ничего, Ника не рассказывала, а теперь... Мельком смотрю на лежащую подругу и прикусываю язык, чтобы не закричать от страха. Её платье разорвано на правом бедре, они же не могли...? 

Брось, Ань. Ты все ещё думаешь, что это добрые дяди, которые просто решили пошутить? 

Стоны девушки, тихие переговоры мужчин, шорох каких-то коробок... Все это сводит меня с ума. Окончательно меня добивает безжалостный взгляд стоящего напротив Тоха, как его назвал мой провожатый, которого, к слову и след пропал. 

- Значит, играем по моим правилам. - он усмехается и хватает меня за руки, крепко фиксируя их. - Придержите её, чтобы не рыпалась. 

Ко мне незаметно подходит еще один мужчина, который буквально вжимает меня в диван, наваливаясь сверху. Тоха начинает смеяться, глядя на мои жалкие попытки вырваться и держа руки вытянутыми. Я все сильнее начинаю дрожать, когда вижу незнакомца со шприцом. 

- Нет! Пожалуйста, не надо! - смех усиливается: теперь смеются уже несколько мужчин. - Ника ничего не рассказывала, она никому ничего не говорила! 

- Врёшь, сука. - за этими словами последовал сильный удар в область живота, а потом я почувствовала боль от укола где-то в районе плеча. 

Я кричала, умоляла, чтобы все это закончилось, но меня не слышали. В какой-то момент я поняла, что других девушек, кроме нас с Никой, в комнате нет и от этого стало еще тяжёлее. Теперь, вся ярость и похоть выливалась на меня с подругой, которая так и не пришла в себя. 

Но, кого бы это остановило? Этим мразям нравилось ставить меня на колени. Так, чтобы я видела все, что происходило с Никой. Из-за действая какого-то вещества мне совсем не хотелось истерить. Мной руководило только безразличие и лёгкий страх, где-то в далеке, который вопил, что надо бежать. Но зачем? И как? 

Со мной долгое время играл Тоха. Я поняла, что он очень привеледлив. Он не трогал меня ТАМ без перчаток на руках. А сам секс... Казалось, что он его не особо интересовал. Ему больше нравилось выводить ножом узоры на моей спине, а потом лить в раны алкоголь или прижигать их свечой. Запах горелой плоти я запомню навсегда. 

Равнодушие в голове, но, дикая, убивающая боль в сердце. Я не могла пошевелить конечностями, пока садисту не надоело баловаться с новой игрушкой. Он обошел меня со спины, обхватил лицо одной рукой и вынудил открыть рот. 

- Если проглотишь, то я не дам ребятам воспользоваться твоей дыркой, а если начнешь показывать характер, как сделала твоя подружка... - он кивает в сторону Вероники. - Можешь сразу раздвигать ноги. Иметь тебя будут долго. 

Я послушно проглатываю протянутую капсулу и прикрываю глаза. Когда все закончится? Я же повторяла несколько десятков раз, что не знаю, где находится нужна им информация. Казалось, что мои слова пропросту не слышали или не хотели слышать. Все было как в тумане... Мне 

Не знаю, сколько времени прошло с момента, когда я пришла в себя в очередной раз. Меня пронзила дикая боль и я закричала. Истошно, дико. Так, как кричат звери, когда их рвут на куски во время охоты. 

Да, охота... Это была именно охота на слабых. Звери охотились на нас с Никой, загоняли в угол, и медленно, чтобы насладиться процессом, ломали, вырывали жизнь и надежду. 

- О, она очнулась. - с удивлением, где-то в стороне произносит Тоха. - Раньше, чем мы планировали, но ничего, сможет с полна ощутить всю красоту анала. 

Анала? Это же... Нет, нет, нет! Он же обещал, что не станет! Обещал... 

- Хватит... Пожалуйста... - скулила себе под нос и утыкалась лбом в поверхность стола для бильярда. Мои руки были крепко связаны за спиной, ноги фиксировали какие-то цепи. 

Без шанса на спасение... 

Подняв голову, я увидела ужасающую картину: Ника лежала совсем близко, смотрела куда-то сквозь меня и плакала. Вся её грудь была в каких-то словах, вырезанных на когда-то нежной, чистой коже. Из-за обильного кровотечения я не могла толком разглядеть, что происходит и эта боль... Я не могу думать. Хочется умереть и, наконец, почувствовать облегчение, лёгкость. 

Видимо, действие препаратов закончилось и я сполна ощутила всю боль, что они заглушали. Это не сравнится с тем, что сделал папа. Да, боль была, но, она, в основном, моральная, а здесь... Я сгораю заживо от того, что со мной происходит. Спина - сплошной кусок мяса, на который переодически льют раскаленный воск. Живот, ягодицы... Кажется, что мои внутренности выворачивают наизнанку. 

- Почему хватит? - задорно спрашивает насильник. - Я ж целку твою не трогаю, поэтому, заткнись, пока добрый. 

- Эй, Мих, после тебя ещё желающие есть, в нее не спускай. - обладатель этого голоса начинает ржать, а потом его поддерживают еще несколько голосов.