Вспышка (СИ) - Рэд Лия - Страница 21

— А ты так сможешь? — поднимает свои глаза и мы сталкиваемся взглядами. Не знаю как её, но меня пронзает, вот прямо насквозь. Странное такое чувство, что медленно но уверено пробирается внутрь.

— А ты хочешь проверить? — приподнимаю бровь.

— Давай, — резко вскакивает вверх и бежит куда-то. Как понял потом, то она убегала на кухню, и принесла арахис в шоколаде. Ну такая себе ягода, все равно круглое. Так что я только пожал плечами.

— И что? Ты будешь бросать а я? — иронично смотрю на неё.

— А ты напрягай мышцы так, чтобы она отлетела, пусть не так как в фильме, пусть немножко, но. Надо же проверить так оно на самом деле? И умеешь ли ты?

— А что мне за это будет? — вдруг до меня дошло, что из этой затеи можно многое поиметь.

— А что ты хочешь? — осторожно спрашивает меня, а я иду ва-банк.

— Тебя, — сразу просто и без утаек выдаю то, что уже который день бьет все внутренности, разрывает их на части.

— Много хочешь, — улыбается лукаво, а и я понимаю, что это не да, но….и не нет.

— Ладно, ну я попытался, — так же не могу скрыть улыбки, — тогда мне все равно.

— Хорошо, если у тебя получиться, тогда получишь подарок от меня.

— какой? — сразу цепляюсь за эту информацию как за спасительный канат.

— Сюрприз, — вот чертовка.

— Ладно, давай, только мне нужно сбросить майку, чтобы быть во все оружия. — Говорю не с намереньем смутить, а просто как факт, но она смущается, взгляд отводит в сторону, а щёки румяными становятся. Такая милая в одночасье. Ну как можно быть такой? Только что была резкая, и дерзкая, а сейчас как милая и невинная.

— Ну раз нужно, прикусывает пухлую губку, а я стараюсь опять не смотреть. Только сейчас дошло, что наше ребячество играет против меня очень злую шутку.

Медленно поддеваю края майки и, смотря в глаза своему чертовому искушению, стаскиваю её из себя. Кончики пальцев почему-то подрагивают, да и самого начинает трясти, как будто я раздеваю стоящую рядом девушку, но нет, я всего лишь стащил майку с себя, и я уверен что ей нравиться то что она видит.

Да я, черт возьми, это вижу. В том как судорожно шарят её глаза по моему телу, как дрожать начинает уже и она, как языком неосознанно проходится по губам, а зубами закусывает нижнюю.

Твою ж! Вою уже внутри, но снаружи я остаюсь без эмоций, во всяком случаи пытаюсь.

— Готова? — хрипло выговариваю, и наконец наши глаза встречаются. Только вот её находятся ещё в какой-то прострации.

— А ты?

— А то, — подмигиваю и напрягаю мышцы груди.

**

Кира бросает одну конфетку в меня, и та отлетает, не так эффектно как в фильме, но тоже ничего. Потом вторую, и она летит так же, только траекторию меняет.

— Ну что? — хитро смотрю уже предвкушаю свой сюрприз.

— Что?

— Получилось у меня?

— Получилось, — расплывается в улыбке и она.

— Ну?

— Что ну?

— Та ты блин издеваешься? — как истеричка себя веду, ну и пусть мне уже не терпится, я только ради этого и напрягался, да и вечер перестал быть томным, как говорится.

— Да не кипятись ты, — отмахивается и протягивает мне новую пачку…глазированного арахиса. Чего?

— И что это? — указываю на упаковку.

— Твой сюрприз, — улыбается она, а я реально закипаю. Я хотел другого!! Но откуда знать Кире что ты хотел? — шепчет противный внутренний голосок, и я немного успокаиваюсь.

— Спасибо, — выдавливаю из себя, и делаю шаг вперёд, чтобы сократить расстояние, и забрать этот чертов арахис. Останавливаюсь в нескольких сантиметров от Киры, и протягиваю руку, смотрю на неё, она улыбается. Кажется, счастливой. Но как только я касаюсь её руки, что-то идет не так. Происходит какой-то сбой в системе.

Кира поддается первой навстречу моим губам, и робко, нежно, невесомо, целует меня. Как крыльями бабочки проходит по губам.

— А это что? — хриплю в сантиметре от её губ.

— А это вторая часть сюрприза. — тихо выговаривает, в глаза не смотрит, и дышит с надрывом. Как и я.

— Мне он нравиться больше, — бормочу себе под нос, и не давая передумать резко дергаю Киру на себя, впечатываю в свое тело, окутываю нас моим запахом.

Руки на её талии, крепко сжимают нежное женское тело. Как же я её хочу, до безумия, до боли в паху. Который кстати уже давно готов к действиям. Стоило только посмотреть на неё в шортах.

Тянусь к губам и теперь целую как хотелось, с надрывом, со страстью на которую способен. Клеймя её собой, хочу запечатлеть все это в её мозгах, хочу чтобы была моей.

Языком врываюсь в рот, и начинаю там свой беспредел, упиваюсь её вкусом, упиваюсь её отдачей. А она есть и очень большая. Кира хватается за мою шею, поднимается на носочках и отвечает мне с не меньшим напором.

Не могу удержаться, во просто не могу, и уже лезу рукой под майку, к кромке лифчика, прокладываю пальцами путь к груди, а потом, когда ладонью обхватываю, то не сильно, но сжимаю её.

— Ох, — издает приглушенный звук Кира, но я ловлю этот звук своими губами. Упиваюсь, наслаждаюсь ею.

Странно, но я впервые наслаждаюсь девушкой, просто её присутствием, просто её телом. Это не просто трах на парковке после клуба, это нечто большее, и мне очень хочется быть нежнее, ласковей, подарить ей больше нежности.

Когда сопротивление нету, то руки живут своей жизнью, вот и у меня так получилось. И обе мои руки уже швыряют её майку в сторону, оставляя девушку практически нагой перед моим взором.

Она в простом лифчике, нет кружев или вычурной красоты, но она прекрасна. И я помню её тело, только мельком, но вот теперь я отстраняюсь и просто наслаждаюсь ею. Потом тяну лиф, и наконец обнажаю грудь с розовыми сосками, что от моего взгляда вздыбились и стали твердыми.

— Ты прекрасна, — шепчу и в следующую минуту опять атакую её губы, а потом переключаюсь на шею, ключицы, и наконец дохожу до груди. И плевать что мне пришлось согнуться в три погибели, все это не важно, важен только вкус этой девчонки. Важны только соски, что так уютно устроились у меня во рту.

Перекатываю сосок на языке, а рукой ласкаю вторую грудь, сжимаю, оттягиваю. Первую немного прикусываю зубами. Кира выгибается и стонет, а потом зарывается пальцами в мои волосы, и спустя время сама подставляется под мои ласки, сама изгибается и просит телом взять грудь в плен. И я беру, пусть и яйца уже горят, и хотят взять не только грудь, но и саму Киру. А член, он хочет засадить по самые яйца, в нутро этой маленькой, но такой страстной девушке.

И кто бы мог подумать?

Не выдерживаю, сейчас реально взорвусь.

Отлипаю от Киры и надрывно дышу. Подхватываю её под попу и несу в комнату, пытаюсь найти в глазах сопротивление, но его там нет, там чистая страсть, там поселилась похоть которая по флюидах сейчас расплескалась в воздухе. Такая невинная снаружи, и такая страстная внутри. Кто бы мог подумать? Да и плевать, главное, чтобы Мышка досталась мне, все остальное не важно.

Толкаю с ноги дверь и оказываемся в моей комнате, поправочка — в нашей. Теперь нашей, и мне нравиться как это звучит, нравиться само понимание того, что у меня в руках ценная ноша, которая пусть и не по своей воле, но ворвалась в мою жизнь и пока там спокойно себе обосновывается.

Опускаю коленями на кровать, не прекращая целовать Киру, впитывать её тихие стоны, и дуреть от пальчиков, что так аккуратно, но нежно держат меня за шею. Немного царапая её.

Ложу её вниз, сам немного отстраняюсь и смотрю на волосы, что разбросаны по кровати, на лицо, в котором чётко виднеется похоть, на тело, что такое прекрасное, практически голое, и сейчас в моей власти.

— Ты так красива, — сиплю сам не узнавая своего голоса.

— Ты тоже, очень, — смущённо улыбается, а я как мартовский кот. Ещё никогда комплимент в мою сторону не звучал так нелепо и с таким восхищением.

— Спасибо, детка, — хмыкаю и берусь за шортики, стаскиваю их вместе с трусиками вниз.

Кира смущается, и пытается закрыться руками от меня, прижимает одну к промежности, а второй закрывает сиськи. И мне бы немного задуматься почему она так делает? Мне бы включить мозги и посмотреть на ситуацию под другим углом. Но сейчас все на эмоциях, да и мой мозг слегка не соображает. Поэтому я не обращаю внимание на столь невинное движение. Просто списываю на природную стеснительность многих девушек, и убираю руки так же быстро, как она туда их положила. Хватаю две руки в мою одну, и завожу их за голову, фиксирую Киру, а сам нависаю сверху.