Не он (СИ) - Джиллиан Алекс - Страница 28

— А он курьер? — искренне удивляется Хант, совсем не на том акцентируя внимание. — Я почему-то решила, что ты завела интрижку с шофёром. Он симпатичный и так пристально наблюдает за нами.

— Нет. Дик — доставщик еды из ресторана, и я подозреваю, что у нас была неслучайная связь. Я почувствовала, что знаю его, а когда увидела Криса в день нашего провального юбилея, я не испытала ничего, кроме страха и желания сбежать как можно дальше от него.

— Хочешь сказать, вы недавно виделись с этим Диком? — встревоженно уточняет Келли.

— Вчера он доставил нам обед из Массимо, — с трудом выдавила из себя Лин, чувствуя удушающий стыд. — Они с Крисом сцепились. Это было ужасно, Кел. Кристофер избил его. Очень сильно, а потом ушел… и …

— И? — сдвинув брови, спрашивает Келли и больше не улыбается.

— Дик сказал кое-что.

— Что сказал?

— Сначала он спросил, действительно ли я его не помню или просто притворяюсь. А затем он сказал фразу, которая меня очень сильно напугала.

— Что он сказал, Элли? — настаивает Келли.

— «Мы три года готовились, чтобы освободить тебя, а теперь ты просто заявляешь, что не знаешь меня?» — бесцветным подавленным голосом цитирует Элинор.

— О господи, — прижав ладонь к груди, изумлённо восклицает Келли. — Все оказывается куда серьёзнее, чем я предполагала.

— Что мне со всем этим делать, Кел? — отчаянно заламывая руки, с мольбой спрашивает совета Лин. — Я понятия не имею, что он имел в виду, но ты же понимаешь, что я не могу взять и рассказать об этом Кристоферу.

— И не вздумай, — твердо отвечает Келли. — Забудь, Элинор. Сотри из памяти и налаживай отношения с мужем. Этот парень, возможно, специально тебя обманывает, поняв, что ты не совсем здорова. Что ты знаешь о нем? — рассуждает она дальше, и Лин полностью солидарна с ее предположениями. — Ничего, верно? И о его мотивах тоже. Поэтому просто живи дальше, Эль.

— Зачем ему меня обманывать? — размышляет Лин.

— Твой муж — небедный человек. Может быть, Дик хочет таким образом выманить у Кристофера отступные? — пожав плечами, разводит руками Келли. — Об этом ты не подумала?

Лин опускает взгляд на свои нервно теребящие салфетку пальцы.

— Скажи мне еще кое-что, Кел, — нерешительно говорит Элинор.

— Что угодно, милая.

— Пока я лежала в святой Агате, кто-нибудь меня навещал? — произнесённый вслух вопрос освобождает ее от неимоверной тяжести на душе.

— Нет, — без раздумий отвечает Келли.

— Почему? — подняв блестящий взгляд на тетку мужа, недоумевает Лин.

— Ты не хотела никого видеть, Элли. Крис пытался с тобой поговорить, но ты кричала, что не знаешь его, что у тебя нет больше мужа. Твой доктор решила, что ваше общение лучше ограничить до тех пор, пока ты не восстановишься.

— Я вспомнила, что почему-то была очень зла на него, — нервно покусав губу, Элинор вопросительно смотрит на Келли, излучающую доброту и сочувствие.

— Так и было, — с теплой улыбкой подтверждает Келли Хант. — Когда мы переживаем трудные времена, самым близким и родным всегда достается больше остальных. Нам кажется, что они не так сильно страдают. Не понимают и недостаточно глубоко разделяют наши переживания. Мы злимся, если кто-то оказывается сильнее и стоически выдерживает удар, не упав на колени.

— Звучит дерьмово, — горько ухмыляется Элинор, наполняя свой пустой бокал.

— Зато честно, Элли. Ты не единственная, кто избавляется от боли, перекладывая вину за случившееся на самого родного и любящего человека. Подобное поведение свойственно многим.

— В чем я обвиняла Кристофера, Кел? — с замиранием сердца спрашивает Лин. Женщина тяжело вздыхает, но тем не менее смотрит на нее с материнской теплотой и пониманием.

— Ты же знаешь, он не ладил с твоей семьей, и возможно…, — осторожно начинает Келли. — И тебе могло показаться, что их гибель не так затронула его, как тебя.

— Мне кажется, все намного страшнее, — тряхнув головой, Лин делает большой глоток вина, чтобы промочить пересохшее горло. — Я обвиняла его в том, что это он их убил, — произносит Лин, вспомнив свои слова, брошенные невидимому собеседнику.

— Настоящий убийца сидит в тюрьме, Элинор. Только он виновен в трагедии, — ­ строго произносит Келли, и обозначившиеся морщинки в уголках ее глаз и губ выдают истинный возраст собеседницы.

— Тогда я этого не знала. Или не осознавала. Боже… Кел, как я могла причинить ему столько боли? — горько восклицает Элинор.

— Крис давно это пережил, милая. А сейчас тебе стоит сосредоточиться на том, чтобы исцелить его. Элли, девочка моя, некоторые ошибки мы совершаем, чтобы обрести опыт, извлечь уроки и получить возможность исправить, — философски заключает Келли Хант.

— Ты думаешь, у меня получится? — с тоской смотрит в глаза Лин.

— Я думаю, ты должна постараться сделать все, чтобы получилось.

Всю обратную дорогу Элинор провела в молчаливых размышлениях, переваривая эмоционально-выпотрошивший ее разговор с Келли, снова и снова перебирая в голове особо значимые фразы и испытывая глубокую благодарность к тетке мужа. Лин никак не ожидала такого понимания, сочувствия и искренней поддержки после всех откровенных признаний, что сделала сегодня.

Стало ли ей легче?

Нет. Совсем нет.

Скорее, стыдно. Боже, как же стыдно. И страшно, когда не узнаешь себя. Не понимаешь себя. Не прощаешь… Лин не заслужила любовь Келли, но она почему-то верит в нее и прощает. И Крис. Крис делает то же самое.

«Ты никогда не разочаруешь меня, Эль. Ни в одном из твоих кошмаров.»

Неужели он сказал правду? Неужели бывает такая слепая любовь? Смогла бы она так же любить и прощать, как Криосфер?

Лин не знала точного ответа на этот вопрос, но что-то внутри кричало, что нет. Никогда. Она бы вырезала с кровью, лишилась сердца, но не простила.

— Мы подъезжаем, миссис Хант, — тактично сообщает Дональд,

Выглянув в окно, Элинор устремляет взор на светящийся стеклянный дворец на холме, омываемом холодными водами озера. Величественный, уникальный, завораживающий необычной кристаллической формой и четкими геометрическими линиями.

Совершенный дом для красивого и одинокого чудовища. Ее сердце сжимается от необъяснимой тоски, стоит вспомнить черты лица мужа. Озера плавящейся ртути. Мерцающие светлячки в темной бездне зрачков, плотно сжатые губы и божественное тело, не знающее усталости и пресыщения.

Ее дети совершенно не похожи на него.

Ее дети не похожи на него!

Ее дети…

И она никогда не сможет забыть об этом.

Элинор Хант сбежала из своего заколдованного замка, чтобы получить ответы, но вернувшись поняла, что запуталась еще сильнее.

Глава 13

— Я дома, — намеренно грохнув входной дверью посильнее, громко сообщает Элинор. Минуту слушает тишину и, не дождавшись ответа, неровной походкой проплывает просторный холл, где ее никто не ждет и не встречает. Заходит в ярко освещенную гостиную, в глубине которой перед большим кристально-белым диваном уютно потрескивает камин.

Сбросив неудобные лодочки, Элинор идет по мягкому ковру к единственному источнику тёплого света. Распускает волосы, позволяя им рассыпаться по затекшим плечам. Бросив сумочку на диван, Лин падает рядом, вытягивая ноги и обессиленно закрывая глаза.

Пламя от камина обволакивает ее медленным теплом, словно укутывает мягким пледом, голова немного кружится от выпитого вина и впервые — не от боли. Лин отпускает мысли и тревоги, позволяя себе ни о чем не думать. Ленивая река ее воспоминаний течет в ранее детство, где самой страшной трагедией были содранные коленки и разбитые локти. Время розовых пони, клубничного эскимо и воздушных змеев, которых они с отцом запускали на берегу реки в сотне километров к южной границе штата. У них там был небольшой домик, оставшийся в наследство от родителей отца. Рыбацкая хижина, без света и воды, залатанная лодка и пруд с лягушками. Отец не стал ничего менять, даже возглавив первые строчки миллионеров штата. Это место принадлежало только ему и маленькой дочери. Там он учил ее кататься на велосипеде и плавать без спасательного жилета. Из-за бешенного делового графика и частых командировок, у них не так часто получалось побыть вдвоём, но зато какими насыщенными были эти редкие дни, когда рядом не было ни многочисленной прислуги, ни важных и ужасно серьезных людей с воротничками, ни личных помощниц, похожих одна на другую, ни суровых телохранителей, зорко охраняющих важного босса и его дочь.