Сон Милоники (СИ) - Фролова Мария - Страница 4

Хотя и тут есть маленький минус: мое оружие хоть и подчиняется мне, но все же несет слишком беспорядочный характер. Это как пушка — поражений много, но вот точности мало. Мне нужно было, чтобы оно убивало точно и без промахов. Я не хочу, чтобы в попытке вас уничтожить сгорела плодородная земля, мои соратники или же другие расы. Мне и ваши замки нравятся, я не хочу портить природу в стремлении истребить такую мерзость, как вы. В конце концов, это просто нерационально. А что этот мир будет делать после того, как мы избавимся от вас? Плакать над прахом некогда цветущей земли? Мне нужно было, как бы так выразится, сократить мощь своего оружия.

Самый простой способ, как тебе известно, это заточить магию в клетку сознания. Твой выродок яркий тому пример. Чистая энергия, но с претензией на наличие Атмана. Я перепробовал все, и даже больше чем все… Поверь, я говорю чистую правду! Но форма Печати отказывалась принимать сознание наших разумных, она отказалась принять даже соединенный вариант — нескольких полукровок. И каждый раз разбивало чуждое ей вмешательство. Мне лишь чудом удавалось унять это оружие, до того, как оно вошло бы в силу. Сейчас мне удается удерживать его в спячке. Механизм очень похож на действие, которое ты испытываешь сейчас на себе. — мой некогда любимый снова улыбнулся и с чувством потянулся, разминая руки. — Но это временное средство, меня могут убить или я могу просто потерять контроль. А может, и сама Печать перестанет воспринимать меня, как хозяина и тогда… Думаю, ты понимаешь, что будет, если не обуздать ее.

А теперь представь мое удивление, когда к нам в руки попал один из ваших мелких гаденышей, после последней войны, еще без собственного выродка, около тридцати лет назад, мы естественно решили рискнуть и осколок Печати принял душу, ненадолго, но он стал легко управляем и ласков. Его силы даже удалось направить на созидание — вырастить пару рощиц. Правда эффект был коротким, даже слишком коротким. Атман просто не выдержал мощи Печати и сгорел. Позже, опять же благодаря опытам удалось понять, что Печать принимает только чистую душу вашей расы, без примесей других кровей и меток на ауре. Но таких просто нет…

Я долго искал, очень долго искал. Я вынужден был постоянно, ежедневно общаться с вами, пробовать, пробовать и пробовать. Но чистых душ не встречал, где-то, как-то, да проскользнет привязанность к эльфам, родство с людьми, проклятье гномов, любовь к вампирам. Девочка ты уже большая, должна понимать — найти душу, которая не перерождалась в других телах кроме одной расы катастрофически сложно. Я уже отчаялся и решил, что придется часть из вас сохранить на разведение, после всеобщего уничтожения иначе Печать просто разрушит этот мир. Да, на целую реальность ее не хватит, но наш мир стереть она вполне может. Я не могу этого допустить, поэтому нескольких из вас хотелось оставить и вывести чистокровку самостоятельно, лет через пятьсот могла появиться сносная душа для таких целей, как оковы самого сильного оружия.

Но к счастью, я встретил тебя. Не знаю, насколько ты хороша с метками на ауре души, для этого тебя надо убить, чтобы узнать точно, но вот то, что ты ни разу не рождалась у других рас и в других мирах — это совершенно точно! Будь уверена. Я провел с тобой достаточно лет, чтобы проверить все сотню раз. В целом ты подходишь. — он чуть подался ко мне и пристально всмотрелся в глаза. — Все это, конечно, лишь мои предположения, основанные на нескольких фактах, потому и нужно было зелье. Оно должно подготовить твою душу к вашей встрече.

Повисла пауза. Не знаю, чего хотел добиться этот мужчина, прекрасный маг и великий интриган; не знаю, что он высматривал на моем лице. Ведь я все так же не могла пошевелиться, даже не могла сделать более глубокий вдох, я чувствовала, как затекают онемевшие мышцы, но совершенно ничего не могла с этим поделать, по большому счету я уже труп и, если бы не переполнявшая меня ярость, наверное, я уже потеряла бы сознание. Но гнев имеет свои уникальные плюсы, за время пока он говорил, я поклялась себе выжить. Выжить любой ценой, а уже затем забрать его с собой! Пусть я и не переживу следующий день, но и он не станет дланью, погубившей мою расу.

А еще я хорошо уяснила, что если хотя бы половина из его слов правда, то я могу стать причиной смерти целого мира. Моего мира, дома, который я поклялась защищать, и я же могу его стереть в пыль. Наверняка далеко не все здесь, так гладко и просто как он расписывал, естественно он много лгал, но то, что за ним есть кто-то еще, то что он не просто фанатик-одиночка, и за ним есть еще силы я поняла, хотя он и приписал все победы себе. Я не могу знать природы этой загадочной Печати, но, если он прав и ей действительно нужна душа похожая на мою, чтобы признать хозяина, тогда он не может быть владельцем печати. В одном он был прав, мы слишком долго пробыли вместе, и я тоже сумела его изучить, в нем не было той потаенной воли, что была в каждом из моих собратьев, а значит, Печать просто не могла его признать. Выходит, что у оружия есть настоящий хозяин, а этого подослали только, чтобы разыскать подобного мне. Или же господина у Печати нет вообще, но тогда все куда запутаннее. Что же делать мне, особенно учитывая, что как раз сделать я ничего не могу? А вот это ничего и не делать. Я не дам себя сломать какой-то древней, чужой магий. Я просто не умру. А дальше посмотрим.

Я не думала о побеге или о возмездии, я даже не думала о том какую глупость совершила, полюбив именно его. Из-за своей глупости я потеряла свою связь. Теперь уж точно вопрос: а кто кого предал? Он меня, заблокировав узы, или я Его, променяв вот на эту импульсивную убийцу? Я обязательно подумаю над этим, возможно даже меня накроет волна раскаянья и жалости к себе, но все это не сейчас, а только если я вырвусь отсюда. Но этого не будет. А будет долгая и мучительная смерть. Почему-то сейчас мне не верилось, что он просто отрубит мне голову. Слишком просто, а зачем тогда поить этим странным зельем? Нет, я ему нужна живой, причем живой надолго, насколько выдержит тело.

Из размышлений меня вывел смех мага. Он как раз наливал себе новый бокал.

— Ты смогла несколько раз моргнуть за время нашей беседы! Это просто поразительно! В тебе и правда, похоже, нет лишней крови! Сила воли просто поразительная! Даже не так противно от мысли, что я спал с тобой столько лет! Хотя, прошу, будь честной перед самой собой, опустить и поднять веки ты смогла, но вот пошевелить хотя бы пальцем не сможешь еще достаточно долго, уверен, ты успеешь умереть к тому моменту, как зелье перестанет влиять на мышцы.

Он прошел и сел рядом на диван. И снова пристально посмотрел на меня. Я не видела его лица, но взгляд ощущала кожей. Его пальцы, словно играя на арфе, прошлись по моей правой руке и принялись развязывать завязки у плеча. Он справился быстро. Ладонь змеей скользнула в образовавшийся вырез к груди. Длинные пальцы сжимали ее так сильно, что, кажется, ногти впивались в кожу до крови. Мне было больно, я как-то отстраненно отметила, что, не смотря на зелье, чувствую все так же ясно, как и в нормальном состоянии. Несколько долгих минут он развлекал себя, увеча соски, отрывая чешуйку за чешуйкой.

— Как же давно я мечтал о том, чтобы ты была такой! Чтобы я не чувствовал в тебе силу, чтобы ты просто молчала и была покорна, как самая дешевая рабыня! Я мечтал о том, что научу тебя ценить руку хозяина, но сойдет и так… Пусть сейчас ты и не можешь показать все свои чувства, но я знаю, какого тебе будет осознавать, кто был в тебе прямо перед смертью!

Его рука высвободилась из выреза платья и, схватив ткань, резко рванула ее назад. Раздался режущий слух треск. И я поняла, что теперь платье у меня только на спине. Мужчина хрипло рассмеялся.

— Да, определенно в этом зелье, есть и скрытые плюсы! — сказал он, раздвигая мне ноги.

Второй рукой он ухватил меня за волосы и запрокинул голову назад чтобы я увидела его лицо. Но лица так и не было, одно расплывчатое пятно. Его язык легко проник в рот. Он прикусывал мне губы до крови своими зубами, потом поддел своим языком мой, заставив его приподняться и тоже прикусил. Он мог бы и откусить его, но видимо не хотел, чтобы я потеряла сознание от боли. А боль действительно была почти невыносима. Я чувствовала, как по подбородку и шее стекает моя собственная кровь из прокушенных губ.