Инфер 6 - Михайлов Дем - Страница 10

– Вэлкамичинно, амигос! Лезвий на кол! А овца уже разделана и ждет углей… Гости по соседству – я не пустил никого! Никого! Даже самых верховых!

– Хорошо, – усмехнулся я. – Умный гоблин – живучий гоблин. Злобный гоблин – живучий вдвойне.

– Я не отстану, – предупредила Ссака. – Хочу въехать в картину будущего боя досконально. Кто за нас? Кто против нас?

– Мой бар – ваша крепость! – продолжал разоряться Шмякос, стуча себя ладонью по впалой груди с островками пегой шерсти вокруг сосков.

– Жарь мясо уже! – едва не взвыл высунувшийся обратно орк.

Скользнув взглядом по посеченному пулями и осколками борделю напротив, он горестно вздохнул и опять скрылся в баре.

– Жарю!

Шмякос уковылял следом, а я, глянув мельком на плотную группу демонстративно безоружных гоблинов в паре десятков метров от бара – уверен, что мы в плотном многослойном кольце – и зашел внутрь со словами:

– Шмякос тебе ответил только что.

– Про крепость?

– Ага, – оскалился я, проходя в зал. – Помнишь первое упоминание о Формозе? Про рукотворный остров, где великие узкоглазые герои сражаются с ужасными тварями, что исходят от Формоза?

– Мы не раз обсуждали эту тему. Честно говоря, думала, что это и будет одна из наших маршрутных точек сюда.

– Как и я.

– Но ты доставил нас… посылкой.

– Верно. Раз уж летающий остров у нас увели, – хмыкнул я, опускаясь на прежнее место и бросая взгляд на опустевшее место на скамье. – Где тело?

– Почтенный Рокс отдыхает в задней комнате, – доложил из-за стойки Шмякос, спешно пластающий ножом куски мяса. – Все как положено, Оди. Ты не подумай – карманы его даже случайно не задел. Затащил внутрь, уложил, прикрыл чистым одеялом. Дальше тебе решать. Где хоронить? Как хоронить?

– В стене, – без колебаний ответил я, вспомнив, как Рокс сидел на краю той недостроенной стены, прихлебывал кофе и задумчиво глядел на Мутатерр. – Надо перекинуться парой слов с семейством Болрог. Каппа… пошли гонца к ним.

– Сделаю.

Пока отошедший лейтенант отдавал приказы, я, глядя, как Рэк разливает самогон, а остальные рассаживаются вокруг стола так, чтобы держать под прицелом обе двери, продолжил:

– Нам сказали про гигантских чудовищ, что покидают территорию Формоза и атакуют все живое. И я подумал – покидают сами? Или их выпускают?

– Зачем?

– А зачем хозяин выпускает во двор свирепых псов? – поинтересовался я.

– Для охраны… о! Вот теперь я начинаю понимать твои слова про крепость.

– Верно. Хозяин выпускает живых собак или киберов для охраны. В древние времена средневековые замки выпускали своры псов и отряды всадников для разведки и защиты. Потом меня закинуло в прибрежную Зону 40. Зону, где воды полны такими же гигантскими тварями и хищными мутантами. Еще одно кольцо защиты, что работает в обе стороны. Следом идет широкая полоса почти мертвых скал с частыми алыми бородавками. Там стопроцентно бродят и ползают атакующие всех подряд хищники. Затем…

– Гнойный Каньон!

– В точку. Окольцовывающий весь мир, заполненный чуть ли не кислотой и агрессивными изгоями глубоченный широкий каньон. Стоило мне его увидеть, и я понял – это же сучий защитный ров! Ров! Из той же сучьей театральной оперы, где замки опоясаны глубокими рвами, полными крокодилов… Да не только из древних миров – что-то я припоминаю про наши атаки на наркокартели, где их плавучие фермы дрейфовали по мелководью, нашпигованному разными тварями… Гнойный Каньон – это защитный ров. Еще одно кольцо защиты, что пересечено только линиями канатки. Без них никак – надо же как-то кормить все здешнее население. Дальше…

– Дублин-5.

– Дублирующие линии, – кивнул я. – Организованные борцы с Мутатерром. Что-то разумное и более-менее нормальное.

– Для чего? Очередная безумная игра?

– Нет. Вдумайся, Ссака. Вдумайтесь вы все. Что такое эта тонкая и тоже закольцованная линия, полная вооруженных гоблинов, снабжаемых по полной программе.

– Ну… надо же чем-то заниматься… кого-то кромсать, рвать… – предположил Хорхе, зашедший последним. – Там ко мне подскочил один худощавый… спрашивал, когда можно начать разговор с Гадюками.

– Передай им – сначала мы пожрем, выпьем и помянем, – ответил я, и адъютант, кивнув, поспешил обратно к выходу. Проводив его взглядом, я покачал головой. – Я вижу Дублин как прокладку. Как фильтр. Прослойка между кошмарами. Они застряли между двумя кольцами внешней защиты Формоза и не позволяют мутантам прорваться куда?

– В Дублин?

– Или за него, – в разговор вступил Каппа, поднимая стопку. – Мутанты могут рваться наружу…

– Как вариант, – согласился я и поднял свою стопку. – За Рокса!

– За Рокса!

Мы выпили. Проглотив обжегший глотку самогон, я рявкнул:

– Где долбанное мясо?!

– Вот-вот! Вот-вот! – донеслось от задней двери. – Шкворчит вовсю!

– Сам знаю, что шкворчит, – пробормотал я, втягивая ноздрями аромат жарящегося мяса. Выдержав паузу, я продолжил: – Мутатерр. Широкая закольцованная полоса, что забита ловушками и нашпигована мутантами. Нет дорог, нет безопасных путей, мутанты враждебны ко всем и при этом не подвержены зомбо-вирусу. А вот дублинцы заражаются мгновенно. Это дерьмо тоже не случайность… В общем… весь мир Формоза – это кольца, кольца и кольца защиты, что должны остановить почти любую внешнюю угрозу. И раз это кольца… значит тот, кто организовал все это дерьмо, должен находиться в самой середке.

– Аналог Земель Завета?

– Что-то вроде. Или нет… пока слишком мало информации. Поэтому мне нужен мой шлем…

– Ради обычного канала связи?

– Ради особого канала связи, – усмехнулся я. – В свое время я прибыл сюда с этим шлемом. И с его помощью что-то там делал… не могу вспомнить… но я точно входил с его помощью в контакт со здешней Управляющей. В том числе через него я регистрировал отряд Ночных Гадюк… А учитывая того, кто меня туда послал, и его власть… думаю, доступ и права у меня были чуть ли высшими.

– То есть шлем – это твой личный терминал со всеми правами доступа? Причем завязанный на твою биометрию и прочие данные… Даже если права аннулированы – канал связи еще активен? – задумчиво произнесла Ссака. – Странно…

– Что странного?

– Странно, что случилась так кстати такая вот внезапная находка… может, это западня?

– Почему меня выбросило именно в Зоне 40? – спросил я и сам же ответил: – Потому что из нее прямой путь в Дублин-5. Почему Дублин-5? Да потому что как только я попаду сюда, то сразу начну задавать вопросы, интересоваться здешним укладом, искать возможности получить свои контейнеры, а попутно собирать море побочной инфы. Нет шанса, что я не услышу про главную и самую мощную здешнюю группировку Ночные Гадюки и про их магический, сука, артефакт – древний шлем. Нет шанса, что само название «Ночные Гадюки» не вызовет у меня интерес. Нет шанса, что я не потяну за эту ниточку. Нет шанса, что я не захочу увидеть этот странный шлем – даже если я ничего не вспомню, я все равно пойму, что это не может быть совпадением. И тогда же я пойму главное…

– Поймешь, что тебя привели прямо к шлему, – ответил за меня Каппа. – Принесу мясо. Гляну за заднюю улицу.

– Меня привели прямо к шлему, – кивнул я. – Прямо к терминалу… а значит и к откровенной беседе.

– Почему система не может поговорить с тобой через любой свой терминал?

– А кто сказал, что этот терминал ей принадлежит? – поинтересовался я, и осекшаяся Ссака глубоко задумалась. – И почему система давным-давно не отрубила канал связи между шлемом и собой? Ведь в нем больше нет надобности. Но шлем продолжает что-то получать от системы – иначе здешней группировки Ночных Гадюк просто не существовало бы. Система продолжает «подкармливать» их через мой шлем чем-то полезным – уверен в этом. Отсюда идут слухи о магическом сраном артефакте. Об этом говорят на улицах Дублина, гоблины добавляют от себя фантазий и… стоило мне войти в город, как от первого же грязного бездомного я услышал все необходимое для того, чтобы «зацепиться» и пойти по следу.