Мечник из другого мира (СИ) - Дестимаро Петра - Страница 37

— Дядь Зено, сейчас час ночи, булочные закрыты.

— Тебя это разве остановит?

— Нет. Скоро буду.

Вернувшись через две минуты с остывшей вчерашней выпечкой, я отдала ему еду. Тот набросился на нее с аппетитом голодного волка. Захотев запить прожеванное, он потянулся к бутылке саке, но рука нащупала пробирку с чем-то фиолетовым и пузырящимся, и он одним махом выпил ее. Н-да…

— Шак… — мням-…шо шы шам… — мням-…хошела? — "Так что ты там хотела?"

— Мне нужно золотое ядро, наполненное темной маной.

— Ешть шам… — мням-… у меня пафочка, вфоте — "Есть там у меня парочка, вроде"

— За сколько отдашь?

— Сколько дашь, за столько и отдам. А так, я бы хотел, чтобы моя маленькая ученица почаще меня, бедного старика, навещала. Опа, а что это у тебя с маной случилось?

Моя мана стала, как Арт называл ее в мыслях, "мистической", после пребывания в "мире культиваторов". Как я поняла, у них, там, откуда они были призваны, были распространены рассказы о похожих мирах.

— Мутировала от духовной энергии.

— Вау… Это довольно интересно, оставь мне пробник тысяч на двадцать?

— Дядь Зено, это две трети моего запаса. Восстанавливать ее довольно трудно и неприятно.

"Искусство крови", техника, полученная нами. С помощью нее было возможно перерабатывать кровь в духовную энергию, мистическую ману или жизненную силу, так что была возможность культивировать и в этом мире. У Арта, по крайней мере. Нормальные люди, такие как я, не могли создавать собственную кровь, но повышенная природная регенерация от фиолетовой руны выносливости давала возможность мне терять без вреда для здоровья литров пять — десять крови за день, создавая 50 000 — 100 000 мистической маны в день.

Правда, я не думаю, что будет возможность прорваться на пятую стадию, так как при прорыве собирается духовная энергия, содержащаяся в воздухе, чего в нашем мире нет. Так что путь культиватора в этом мире недоступен.

— Тебе жалко, что ли?

У меня возникла идея.

— А есть у вас зелье, повышающее объёмы создаваемой организмом крови?

— Есть простенькое зелье повышения регенерации, если ты об этом. Но, если хочешь, я проведу исследование и… ну… через три дня дам результаты?

— Ладно… Давайте накопитель.

Слив требуемое количество маны, я отдала Зено сотню золотых, в коих он совершенно не нуждался, не выходя на улицу месяцами. Получив требуемое золотое ядро, я отправилась домой, в мою таверну.

— От лица Офелии ДеВолте--

Сегодня знаменательный день! Мою заявку в Магическую Академию Наена приняли! Хоть папа и говорил мне, что такого мага со способностью к светлым заклинаниям обязательно примут куда угодно, я все равно волновалась. Ведь это же Наен! Вторая столица Элкатена!

Я сегодня специально долго не ложилась спать, поджидая папу, чтобы поведать ему радостную новость. Когда я услышала стук входной двери и голос дворецкого, приветствующего хозяина, то, забыв обо всех манерах на радостях, выскочила из своей засады за дверью и бросилась обнимать папу.

— Папочка! Представляешь, меня приняли в Академию! Ура-а-а!

— Вау, доча, это восхитительно! — Шепотом: "Но ты немножко тяжелая для меня, тебе ведь уже семнадцать! Моя спина не выдержит, помилуй меня."

Я надулась. Это он меня сейчас так толстой назвал? Нет, не может быть, я ведь поддерживаю себя в форме постоянно — диета, занятия спортом…

Я оглянулась и густо покраснела — дворецкий с улыбкой смотрел на меня, а горничные тихо смеялись и перешептывались. Быстро отлепившись от папы, я приняла вид, подобающий благородной девушке и, взяла папу под руку. Как стыдно!

Папа потрепал мои светлые волнистые волосы, которые были моей гордостью и мы пошли по коридору. За окном была почти полночь, трещали цикады. Мне было очень хорошо идти просто так рядом с папой и болтать с ним ни о чем.

— Фия, а кем ты хочешь стать, когда вырастешь?

Я не особо думала об этом. Хотелось бы прожить сейчас, завести друзей, оторваться по полной, а потом уже думать и про будущее…

— Нууу не знаааюуу… Может, магом-целителем? У меня и сейчас довольно хорошо получается. Вроде как талант, правильно? Сам же говорил!

— Слушай, доча. — Папа взял меня за руку и серьезно посмотрел в глаза — Талант без стремлений и усердия не развить. Если ты будешь так халатно относиться к своему будущему, то немногого добьешься.

В глубине его серьезных глаз теплилась забота. Он такой хороший… Я вдохновилась его словами и засияла от решимости.

— Папа! Я буду стараться и стану настолько великим магом-целителем, что смогу излечить любой недуг лишь силой мысли!

— Хахаха! Вот это моя дочь! Так держать!

Папа заботливо меня обнял, радостно смеясь и похлопывая по спине. Мне было очень приятно, что он заботиться обо мне, хотя у самого есть еще очень много дел, несмотря на позднее время.

Потом все полетело к чертям.

Я почувствовала ужаснейшую темную силу и в страхе скастовала перед несущейся, как казалось, прямо на меня волной зла, "святой щит" — заклинание, отражающее только магический урон.

В трех метрах от нас пронеслось с огромной скоростью гигантских размеров заклинание "лезвие тьмы" или что-то похожее, разрезая наш дом, как масло, на две части.

Я услышала глухой вскрик и на том месте, где раньше никого не было, теперь стоял человек с отрубленной рукой и со страхом смотрел на нее. Это слуга? Ему надо помочь?

— Фия, ложись!

Папа толкнул меня. Я упала и услышала папин вскрик боли. Мимо меня тенью пронесся мой старший брат Аинн, работавший в спецведомстве правительства. Он достал кинжалы из-под плаща и начал кого-то резать, одновременно наступая и уклоняясь. Я видела, как периодически от чьих-то размытых силуэтов расплёскивалась кровь. Он крикнул мне:

— Уведи отца!

Я закивала и потянула папу за руку. За нами по обеим сторонам встали стражники в полной боевой готовности. Несознательно я потянула его в свою комнату — та была ближе всего. Папа тяжело дышал.

Войдя в комнату, я уложила его на кровать и увидела, что в плече сидит глубоко засаженный внутрь ножик. Острие выглядывало аж с другой стороны, пробив лопатку.

Папа… Как же так… За что?! И я не могу вытащить это… Ему же будет жутко больно! Папочка!

— Папочка!

— Фия, дорогая… — кхык-…не плачь. Я…

Тут в комнату ворвался Аинн, осмотрел всю комнату, наложил заклинание на окно, перерыл шкаф, заглянул под кровать, и только после этого кинулся к папе:

— Пап, ты как? Все нормально? Фия… Почему ты его не исцелила?!

— Т-там н-ножик торчит…

— Дура гребаная… — он со злостью посмотрел на меня, дал зажать папе какую-то деревяшку в зубах и решительно выдернул метательный нож.

— Аыыыкххх!

— Все, Фия, "Исцеление"!

Я, не особо сильно практиковавшая это заклинание, запаниковав, представила сначала неправильные руны, впустую потратив ману. После нескольких нагоняев от Аинна, все-таки смогла правильно выстроить в сознании и запитать руны.

Рану окутал теплый и мягкий зеленоватый свет. Она понемногу затянулась. Я, выдохнув, виновато посмотрела на брата. Тот, видимо, многое хотел мне сказать, но просто посмотрел на меня, как на бесполезную идиотку и ушел, скрипя зубами от злости.

После исцеления человек впадает в сонливое состояние, и его не рекомендуется прерывать.

Я горестно задумалась. Хотя я и не была умной, как брат, я все же помню, что попытки нападения на папу начались с момента, когда он начал ходить в какой-то круг по интересам. Это было три года назад и продолжается до сих пор. Но все было безуспешно, так как дома у нас отличная защита, а в деловых поездках брат идеально исполнял обязанности телохранителя.

Так, в тяжелом состоянии я просидела у кровати минут двадцать. Папа открыл глаза. Я бросилась на него, рыдая от облегчения. Он все таки не умер! Жив!

Папа закашлялся и выхаркнул кровью. Неужели… Только не говорите мне… Нож был отравлен?! Я быстро скастовала "Состояние". После его действия мне в голову пришло осознание о состоянии тела папы, и я невольно заплакала.