Камила. Книга 2. Магиат (СИ) - Вансловович Лика - Страница 16

— Знаете, вы самый человечный маг в этом вампирском царстве! — не скрывая улыбки, призналась Камила.

— В самом деле? — насмехался маг, притворно удивляясь такому замечанию. — Разве не я пытался испепелить студентку на прошлой лекции?

— Ооо, мир стал бы лучше, если бы вам это удалось! — воскликнула она и не смогла сдержать удовольствия от осознания того, насколько пренебрежительно он может относиться к «породистым» особам.

Старик огляделся по сторонам и полушепотом произнес:

— Тише, нас могут услышать… — заговорщически подмигнул ей маг, его глаза при этом все еще смеялись.

Девушка довольно кивнула ему в ответ и дальше они проследовали по коридорам уже в полной тишине.

Старик весьма шустро для своего возраста перемещался по многочисленным переходам и лестницам, пока не привел Камилу к запертой аудитории на пятом этаже. Массивная дверь из белого дуба, так контрастирующего с черным камнем замка, открылась только после третьего щелчка в замочной скважине, и уже после этого без единого скрипа старик распахнул ее и вежливо пропустил девушку первой.

Маг уверенно обошёл застывшую на пороге студентку и, безошибочно найдя на стене слева лампу, зажег ее при помощи одного огненного взгляда, от которого Камила даже невольно поежилась и обхватила руками замерзшие плечи.

«Неужели я так же жутко выглядела, в том подвале в приюте?» — невольно задалась вопросом девушка, вспоминая перекошенные от страха лица мальчишек.

Резкий свет ослепил девушку на несколько коротких секунд, и она резко зажмурилась, потом моргнула раз, другой, привыкая к свету. Это была просторная комната, с идеально выбеленными стенами и потолком и контрастирующим с ними черным блестящим полом. Окон здесь не было, зато были многочисленные стеллажи, заставленные старыми фолиантами, уютный камин, с мерцающим в нем магическим пламенем, и два черных кресла, обтянутых черной кожей, между которыми стоял небольшой низкий столик. Вся остальная площадь была пустой, а ровно посередине лежал небольшой круглый коврик из белой шерсти.

— Здесь…все как-то необычно, — пробубнила девушка. Это что, библиотека? — с сомнением спросила она.

Старик по-доброму ей улыбнулся с приличной долей снисхождения во взгляде.

— Это всего лишь мой кабинет, дитя! — он уселся у камина и жестом пригласил девушку занять место рядом.

— Ну, что ж давай побеседуем! Знаешь, у тебя очень необычный дар… — задумчиво произнес он, в мгновение став серьезным и сосредоточенным.

— Это потому что я не могу обращаться к стихии в любой момент? — обеспокоенно предположила Камила.

— Нет, это другое, твоя особенность в нескольких проявившихся стихиях! — тут же огорошил он.

Девушка недоуменно подняла брови.

— Твои глаза: вчера они трижды сменили свой цвет!

— И это ненормально? — нахмурила брови девушка.

— Я встречал такое лишь однажды! — подтверждая ее опасения, ответил он. — Понимаешь, каждый из нас имеет одну родную стихию, ту, чей цвет загорается в глазах и чей потенциал в нас наиболее мощный!

— А кто был тот человек, который, как и я, имел несколько родных стихий? — взволнованно спросила Камила: мысль о неправильности, ненормальности ее дара пугала и настораживала.

— Это не так важно, — неожиданно заявил маг.

Зелиус даже невольно нахмурился, рассуждая над этим странным сходством. С одной стороны, одинаковый дар у покойного императора и безымянной девочки из приюта может указывать на их родство: он еще раз окинул Камилу внимательным взглядом.

Маг видел жену Ивара и их дочь лишь однажды, и девочка совершенно точно была рыжей: ее волосы были ожившим пламенем, а эта девушка была брюнеткой, пусть и такой же утонченной и зеленоглазой, как и покойная императрица…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

«Невозможно! — подумал он. «Принцесса погибла вместе с ее семьей…Незаконная дочь? Возможно, но Ивар так любил жену…» — сердце старика болезненно сжалось при воспоминании о любимом ученике и покойном императоре, варварски убитом много лет назад.

В своих рассуждениях он неожиданно натолкнулся на старый термин, присвоенный когда-то дару Ивара — «аномалия», другого объяснения тогда не нашли, так как предки императора были вполне обыкновенными магами. Ивар скрывал ото всех свою особенность, ведь он был хозяином четырех стихий и обладателем пятой — самой таинственной силы. Узнай окружающие об истинной силе императора, завистников и заговорщиков стало бы еще больше. Как знать, быть может, тот, кто заплатил за смерть императорской семьи, знал правду и каким-то образом смог одолеть самого сильного мага страны!

«Камила может оказаться новой аномалией!» — он по-новому взглянул на девушку и задумчиво потер подбородок. «В таком случае ей необязательно быть его дочерью…»

— Я думаю, кто-то из твоих настоящих родителей был магом: по-другому получить дар невозможно. Я не знаю, знаешь ты об этом или нет, но такие союзы и тем более дети незаконны!

— Что? — Камила удивленно уставилась на мага.

— Эта традиция сохраняется на протяжении многих веков и строго соблюдается, а нарушители караются законом! Из истории ты, наверняка, знаешь, как удалось увеличить численность магов среди людей? — В подземельях, под вампирскими фермами люди скрещивали магов и несчастных женщин, также обладающих даром стихии. Тем самым они вынуждали их рожать все новых и новых наследников силы!

— Со временем, после победы людей и образования империи, маги, как хранители силы и свободы людей и как гарантия всеобщей безопасности стали высшей кастой. Им по-прежнему запрещается вступать в браки с простыми людьми, так как это может ослабить дар и привести к вырождению магов. Наши предки верили, что так можно растратить дар и лишить его своих потомков.

— Поэтому в наше время выпускница «МАГИАТ» до тридцати лет должна родить как минимум двоих детей, если этого не происходит, ей выписывается предупреждение и строгий выговор, в тридцать пять ее могут заставить это сделать, а при намеренном уклонении до сорока лет — накажут заточением в «КАРАТЕ»… — совершенно спокойно заявил маг.

— Вы это серьезно? Или у вас просто проблемы с чувством юмора? — девушка покраснела и мысленно уже перебирала план побега из этого учебного заведения.

— Нет, дитя! Я говорю это совершенно серьезно, — снисходительно ответил старик.

— Но это же безумие! — всплеснула руками девушка.

— Это помогает нам выжить! Вампиры, черные маги и оборотни — очень сильные и опасные противники! Мы не можем позволить себе дать слабину, и ты должна это понимать! Только так мы можем сохранять свою свободу и оставаться независимыми, — пожал плечами Зелиус

— Но я не хочу… — упрямо заявила она, скрещивая на груди руки и прожигая мага злобным взглядом.

— Ты еще совсем юна… — засмеялся старик.

— Но вы же видели: все они ненавидят и презирают меня! — попыталась оправдаться Камила, не желая мириться с такими правилами. "Какого демона, я вообще должна добровольно ложиться под одного из этих… уродов!?" — руки непроизвольно сжались в кулаки.

Старик стал серьезней и с укором заглянул в ее глаза.

— Это пройдет, Камила! Я уже говорил: здесь ни у кого нет родов и имен: здесь ты либо сильный маг, либо слабый. Они не видят в тебе магии и на подсознательном уровне принижают…Они всего лишь то, что из них годами лепили родители. Их воспитало современное общество, и мы не можем за это осуждать. Как только я разберусь с твоим блоком, и ты сможешь раскрыть свой дар и показать его силу, и, если эта сила окажется хотя бы слегка выше среднего уровня, они начнут смотреть на тебя по-другому — они будут видеть в тебе равную!

— НЕТ! — воскликнула она, всплеснув руками. — Я не такая и не хочу такой быть, и никто из этих психов не прикоснется ко мне!

— Не будь так категорична в своих утверждениях и так резка в выводах, девочка! Повторюсь, но скажу это для тебя еще раз: мы такие, какими нас воспитала семья и наше общество! Как знать, быть может, ты сможешь вырастить детей с другими взглядами на эту жизнь, но помни: видеть равных в простых людях крайне опасно для мага, потому что это может ослабить наш род!