Серебряный ублюдок (ЛП) - Уайлд Джоанна - Страница 78

Даниэль оказалась менее снисходительна — она кричала на Бекку почти час пока не перестала обижаться. Блейк стоял позади неё, скрестив руки и смотря на меня все время. Думаю, что, таким образом, он показывал мне, будто во всем этом виноват я. В любом случае, я был просто благодарен, что мне не пришлось с ним драться. После этого девочки разрыдались и обнялись, и тогда мы с Блейком решили объединиться и убраться оттуда к чёртовой матери.

— Итак, у меня тут твое любимое пиво, — объявляет Бекка, открывая холодильник. — И я испекла пирог. Спагетти будут готовы через минуту.

Я беру пиво и хватаю стул, наслаждаясь видом её милой маленькой задницы, виляющей из стороны в сторону, когда она суетится. Бекка смотрит на меня взглядом, полным неуверенности. Потом моргает, и я думаю, может мне это все показалось.

— Как прошел твой день в школе?

— Да, всё в порядке, — отвечает она. — Говоря о школе… Возможно, я немного изменю свой график. Я решила, что действительно не могу ждать ещё четыре месяца до ее окончания. Они сказали, что я могу начать учиться в полную смену, чтобы ускорить процесс.

Я хмурюсь.

— Ты уже и так безумно занята между школой и работой в «Лосе». Как ты думаешь справляться?

Бекка хмурится на мой вопрос, но прежде чем ответить, выключает таймер.

— Паста готова.

Через пять минут она ставит передо мной тарелку, наполненную настолько, что хватило бы накормить весь проклятый клуб.

— Здесь очень много еды, — говорю я, глядя на неё.

Бекка неуверенно улыбается, ставя свою тарелку. Я жду, что она что-нибудь скажет, но она не делает этого — просто потягивает воду, выглядя при этом очень нервной.

Что, чёрт возьми, происходит?

— Хочешь пива?

Бекка качает головой и вздыхает.

— Мы должны поговорить.

— Слова, которые каждый хочет услышать, — бормочу я.

Откинувшись на спинку стула, я скрещиваю руки на груди в ожидании. Она молча заламывает свои пальцы.

— Детка, просто скажи мне, — наконец говорю я, чувствуя, что что-то тёмное скручивается глубоко внутри.

Ее мамаша опять объявилась? Я знаю, что у Бекки смешанные чувства по отношению к этой стерве, но мне не было ее жаль. Конечно, она помешала Тини убить Бекку. И единственная причина, по которой ей пришлось это сделать, заключалась в том, что она никогда не ставила дочь на первое место.

Надеюсь, сейчас она мертва. Так было бы лучше для всех.

— Итак, мы никогда не говорили о будущем, — медленно произносит Бекка. — Иногда мне становится интересно. Какими ты видишь наши отношения, Пак?

Я хмурюсь еще сильнее.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, я имею в виду, ты видишь нас вместе в долгосрочной перспективе?

— Ты моя старуха, — отвечаю я, делая большой глоток пива. — Дальше?

— У нас с тобой началось что-то хорошее, — продолжает она осторожно. — И ты знаешь, что я люблю тебя. Но я не хочу, чтобы ты думал, будто я заманиваю тебя в ловушку.

— Я не в ловушке, Бекка.

Она пристально смотрит на меня, руки сложены на столе.

— Я беременна.

Я моргаю.

— Прости?

— Я беременна, — повторяет она, и я понимаю, что её пальцы сжимаются между собой так крепко, что белеют. Справедливо. Что-то чертовски туго сжимается и в моей груди.

— Как это случилось?

Бекка застывает.

— Мы забыли про презерватив пару раз, помнишь? — её тон становится враждебным. Чёрт.

— Так ты действительно беременна?

— Да, я беременна, — отвечает она, глаза сужаются. — Если ты собираешься сбежать, скажи мне сейчас. Я не стану превращаться в свою маму. Я буду растить этого ребёнка правильно, и не буду рассчитывать на какого-нибудь мужчину, который спасёт наши задницы.

Я хмурюсь.

— Я не какой-то мужчина, я его отец. И какого чёрта ты думаешь, что я сбегу?

— Потому что семья — это много ответственности, она все меняет.

Слова повисают между нами, и вдруг я понимаю, что это на самом деле происходит. Я скоро стану отцом! Тысяча мыслей крутится у меня в голове, двигаясь слишком быстро, чтобы уловить их всех. Нам понадобилось место побольше — не сразу, но я не хочу растить ребёнка в квартире с видом на главную улицу. Он может выпасть из окна.

Господи. Дети постоянно падают. Сбегают. Их похищают и убивают, и... Твою мать.

Лучше не будь девочкой. Я не смогу справиться с девочкой.

— Поэтому ты заканчиваешь школу раньше, чем планировала? — спрашиваю я Бекку.

Она кивает, закусив губу.

— Я, возможно, никогда не вернусь, если не закончу сейчас.

— Логично...

Чёрт. Как она будет работать и учится одновременно?

Вот тогда-то меня и осеняет — ребенок означает, что Бекке наконец-то придется позволить мне ей помочь. Ну, бл*дь, наконец-то. Пока что я развлекался всеми этим ее «Я независимая женщина, которая платит по своим счетам сама», но не теперь. Теперь нас трое.

Нас теперь трое. Ух ты.

— Ладно, значит, нам нужно выбрать квартиру, — говорю я ей, мысли продолжают крутиться с бешенной скоростью. — Мне всё равно, какая из них, но я не вижу причин платить больше одного счета за квартиру. Это сэкономит деньги, так что ты можешь бросить «Лося», закончить школу...

— Значит ли это, что мы будем вместе?

Слова меня сбивают с толку. Я изучаю её лицо, полное нервного напряжения. Прекрасно. После всего, через что мы прошли, моя девочка всё ещё думает, что я брошу её из-за того, что она забеременела.

— Господи, Бекка, — рычу я. — За кого ты, бл*дь, меня принимаешь?

— Я люблю тебя, — говорит она, её глаза внезапно наполняются слезами.

Дерьмо. Еще больше слез... Чёрт его знает, может быть, это беременные гормоны. Это чертовски много объясняет. Бекка напоминала кран с водой, с тех пор как мы вернулись.

— Но я всё ещё продолжаю узнавать тебя. Мы никогда не говорили о детях. Тебе хотя бы нравятся дети?

— Я твой старик, Бекс. Это значит, что мы вместе. И да, я люблю детей.

— Мы до сих пор не можем даже купить продукты вместе без ссоры, — шепчет она. — Я имею в виду, я знаю, что мы становимся лучше, но мне всего двадцать один год, Пак. Мы встречаемся только два месяца. Как мы сможем стать родителями?

Я обдумываю вопрос и качаю головой.

— Мы просто сделаем это, детка.

— Но…

— Нет, — отрезаю я, вставая и отрывая её от стола.

Она падает мне в объятия, и я крепко обнимаю её. Её живот уже стал больше? Я тянусь вниз между нами, обняв его рукой. Мой ребёнок уже там. Интересно, как он выглядит? Или это она?

Бл*дь. Лучше бы тебе быть мальчиком.

— Бекка, я обещаю, — я сглатываю, — обещаю, что позабочусь о тебе и ребёнке. Мы справимся.

— Хорошо.

Я запускаю лицо в ее волосы. Она пахнет по-другому? Лучше… беременной? Не могу понять.

— Пак?

— Да, Бекс?

— Мне жаль. Думаю, я просто немного напугана. Я люблю тебя.

Я сдерживаю нервный смех, потому что тоже немного испугался. Затем я представляю маленького ребенка с лицом Бекки и представляю, как она его кормит … Моя женщина кормит моего ребёнка. Чёрт. Что это заставляет меня чувствовать? Любовь кажется таким жалким словом для описания чего-то настолько сильного.

— Всё в порядке, — говорю я ей, надеясь, что прав. — Я тоже люблю тебя, Бекс. И не только потому, что твои сиськи станут больше… хотя я с нетерпением жду этого, больше всего, я думаю.

— Иди ты, — говорит она, хлопая меня по руке и смеясь.

Я позволяю ей отодвинуться достаточно, чтобы она смогла подумать, будто сможет вывернуться, а затем притягиваю её в свои объятия.

— Люблю тебя, — шепчу я снова, целуя её в макушку. — Чёрт, я не могу поверить, что внутри тебя живет малыш.

— Это страшно, — шепчет она. — Мы действительно собираемся сделать это?

— Да. Думаю да.

— Я не хочу облажаться.

— Хорошо, — говорю я ей.

— Хорошо, что?

— Мы не облажаемся. Обещаю.

— Ты уверен? — спрашивает она.

На этот раз я не могу сдержать этот нервный смех, потому что понятия не имею, так ли это. Я снова кладу руку ей на живот и качаю головой.