Эпсилион. Буфер обмена (СИ) - Линк Рэй - Страница 36

Костя ещё раз внимательно меня осмотрел, повторно проверил пульс и температуру специальным датчиком. Убедившись, что со мной всё в порядке, он набрал номер Ярового.

– До аптеки доехал? – ответа лейтенанта я не слышала; Костя тем временем продолжил. – Купи несколько флаконов с физиологическим раствором, системы для капельниц и с десяток пузырей для льда. Нет, антибиотики и противовирусные не нужны. Возьми «Конвулекс» в ампулах. Ксиву покажи – продадут. Ждём.

– Сегодня спать будешь со мной, – заявил Вотанин, отключая звонок.

В ужасе я вытаращила на него глаза. Нет, я была уверена, что Костя мне ничего не сделает, но спать с посторонним мужчиной в одной постели – это перебор. Не успела я возразить, как он пояснил:

– После травмы и эмоциональной перегрузки твой мозг стал работать нестабильно, поэтому поднялась температура. Есть опасность, что во сне начнутся судороги. Кто-то должен быть рядом, чтобы успеть тебе помочь. И не смотри на меня такими изумлёнными глазами, распознавать и лечить осложнения подключения к виртуальной реальности учат прежде, чем принят на работу в ГОКБ. Так что спишь либо со мной, либо с Яром.

Спорить с капитаном не было никакого смысла: во-первых, он не стал бы меня слушать; во-вторых, страх забиться во сне в судорогах возобладал над чувством неловкости. Опустив глаза в пол, я смущённо промямлила:

– С тобой.

– Почему-то я так и подумал, – ухмыльнулся Костя.

Вскоре вернулся Яр, и мне сделали очередной укол какой-то дряни. Смиренно я легла в кровать вместе с Вотаниным и, засыпая, думала лишь об одном: «Я пройду все испытания, чтобы вытащить Диму! И даже мой неправильно работающий мозг этому не помешает!».

Глава 7

Проснувшись, я обнаружила себя прижатой к широкой груди Вотанина и сразу испытала жуткое чувство неловкости от столь тесного контакта с мужчиной. Костя лежал на спине, листая новостную ленту в гаджете. Посмотреть, что же там нового творится в мире, я не успела: капитан, заметив мой интерес, легким движением пальца закрыл информационное окно. Не получив возможности ознакомиться с новостями, я попыталась отодвинуться, Вотанин мгновенно положил руку мне на талию, не отпуская, и участливо спросил:

– Как самочувствие?

– Спасибо, хорошо, – отозвалась я, стараясь выбраться из объятий Кости.

– Не будь я при исполнении, после ночи со мной ты бы чувствовала себя отлично, – усмехнулся капитан, заставляя мои щёки налиться краской. – Опять температура поднимается?

Заметив яркий румянец на моём лице, Вотанин мгновенно напрягся. Он резко приподнялся на локтях, нависнув надо мной, и приложился губами ко лбу.

– Нет вроде, температура нормальная, – нахмурился он, сканируя взглядом. – Чего красная-то как рак?

Смущённо я отвела взгляд от мужчины, стараясь дышать через раз. Костя был непозволительно близко.

– Да ладно, – поняв причину моего смущения, Вотанин засмеялся и отстранился. – Что, с мужиком в постели первый раз?

Не дождавшись ответа, Костя хмыкнул и поднялся с кровати:

– Ясно всё с тобой. Вставай давай, соня, а то и так провалялись до полудня. Пора приниматься за дело.

Сразу же после завтрака мы втроём переместились в гостиную к компьютерам. Измерив в очередной раз мне температуру и пульс, Костя отдал приказ Яру готовить программу для подключения к Сети. Мониторы призывно манили ярлыком Эпсилиона, приглашая скорее нырнуть в виртуальную реальность ‒ иллюзию прекрасного цифрового мира, что всегда рад встрече с пользователем.

– Знаешь, где можно найти Макса? – спросил Костя, пока загружалась программа. – Его личный IP-адрес или адрес подключения по локальной сети? Полное имя? Почтовый адрес? Номер телефона? Совсем ничего?

Отрицательно качая головой на каждый вопрос агента, я стала осознавать, что действительно ничего не знаю о Максе, кроме его имени. В Эпсилионе я встречалась с ним всего пару раз, и каждая из этих встреч оставила о себе неизгладимо-отвратительные впечатления. На моей памяти Макс трижды пытался выкинуть Дена из Сети; непонятно, почему сейчас хакер надеялся на помощь этого человека. С другой стороны, если от нас отвернулись друзья, надеяться остаётся лишь на врагов.

– И где ты собираешься его искать? – недовольно поинтересовался Яр.

– В офисе, наверное, – пожала плечами я. Где же ещё можно его найти?

– Собираешься заявиться в башню КоСекюрити и на ресепшен попросить позвать Макса? – с сарказмом спросил капитан. – Представляешь, сколько Максов работает в корпорации?

– Глава инфосефт у них наверняка один, – парировала я.

Мои слова вызвали у Яра усмешку, больше похожую на рык, а капитан посмотрел на меня как на тяжелобольного ребёнка. Непонятно, чем их моё предложение не устроило?

– Глупее эта девка ничего не могла придумать? – прохрипел Яр, одарив меня таким презрительным взглядом, будто я самое мерзкое существо, что когда-либо встречалось лейтенанту.

– Как только ты заикнёшься об инфосефт в холле башни, тебя сразу же вышвырнут за дверь, – пояснил Вотанин. – Официально у корпорации нет такой должности, и любые упоминания о том, что они обучают профессиональных хакеров для взлома баз конкурентов, вызовут крайне резкую и негативную реакцию.

Да, об этом я не подумала. Ни одна крупная корпорация не признается в подготовке инфосефт на своих базах. Хотя ни для кого это не являлось секретом, но репутацию компании оберегали тщательно.

– А найти Макса по каналу ГОКБ нельзя? – спросил я капитана. Если агентам не понравилось моё предложение, пусть сами найдут Макса. А я уж потом передам сообщение.

– Будь у ГОКБ данные местонахождения Макса, то он бы сейчас не по Эпсилиону гулял, а сидел в тюрьме, – процедил капитан, явно огорчённый тем фактом, что Макс ещё на свободе. – Здесь нужен чёткий план. Может быть Ден дал тебе какую-нибудь информацию, где именно можно отыскать Макса?

– Нет, – разочаровала я Вотанина. Ден никаких сведений о Максе мне не давал. Да он вообще старался не упоминать человека, из-за которого погибла программистка Карина Мей, а Дима был вынужден три года работать в Системволд по кабальному контракту. Единственное, что всплыло в моей памяти, так это неудачная попытка взлома офиса Макса полгода назад.

– Точно! – вскрикнула я радостно. – Кабинет Макса находится на двадцатом этаже башни!

– И что это нам даёт? – раздражённо прорычал Яр, пригвоздив меня взглядом к креслу. – Каким образом ты собралась проникнуть в башню?

– Не знаю, – испуганно пролепетала я в ответ. За что этот человек меня так ненавидит? Или после выброса из Сети все хакеры становятся такими злыми и неадекватными?

– Хмм, а это уже кое-что, – Костя задумчиво потёр подбородок. – Корпорация КоСекюрити активно работает с молодёжью для привлечения новых кадров. Ты же у нас в МГУ на факультете кибербезопасности учишься?

В ответ я кивнула как-то неуверенно. Ещё неделю назад я бы ответила более утвердительно, но сейчас учёба в институте была незначимой и далёкой, отчего стала казаться нереальной, словно это было в другой жизни и не со мной.

– У вас должен быть студенческий сайт и блог новостей, – оживился Костя, я опять кивнула, не понимая, к чему он клонит. – Сейчас попробуем связаться с пресс-службой корпорации и договориться об экскурсии для блогера из МГУ. Есть у тебя какая-нибудь подруга с факультета, чтобы использовать её данные?

На ум пришло только одно имя: «Елена Подкорытная, она же Лана». Если во время экскурсии в КоСекюрити возникнут проблемы – отвечать придётся этой стерве. Именно она виновата в моём похищении из клуба и последовавших за этим событиях. И пусть месть мелкая, но всё же от возможности нагадить этой дряни на душе повеселело.

Невероятный небоскрёб, ничем не уступающий соседу-конкуренту, взмывал ввысь, теряясь в высоте виртуального неба. Сияющий логотип корпорации «КС», словно маяк, виднелся из любой точки российской зоны Эпсилиона, маня пользователей к своему алчному огоньку. Яркий свет искусственного солнца, отраженный в непрозрачном стекле, заковавшем башню, ослеплял. Четыре бота-швейцара, а точнее первый кордон защиты электронного здания, открывали и закрывали двери перед тысячей посетителей, вереницей снующих то в башню, то из неё.