Друзья или семья (ЛП) - Стоун Л. С. - Страница 21

— У тебя есть копия ключа от моего дома?

Он наклонился вперёд вытаскивая связку ключей из кармана. К одному из ключей был прикреплен розовый брелочек.

— Кота, этот ключ от моего дома? — полагаю, я должна быть в шоке или разозлиться из-за этого, но нет, я даже не обиделась. Сделал себе ключь от моего дома и даже не сказал… Мог бы попросить, я не была бы против. И это было бы мое решение. Скорее всего, Норт, когда делал дубликат для Мари, сделал еще одну копию для Коты. А Кота, вообще, собирался мне сообщить об этом?

— Когда ты попросила сделать еще один ключ, мы воспользовались ситуацией, — сказал он, засунув ключи обратно в карман.

— Дубликаты есть у всех или только у тебя?

Казалось, ему было неловко отвечать, но он кивнул.

— Если раньше и не было, то теперь есть точно.

Я состроила гримасу.

— Можно мне тоже получить ключики?

Это казалось честным.

Он коротко хохотнул:

— Ты сможешь воспользоваться моим ключом. Возможно, еще Натана. А как ты воспользуешься остальными ключами, если не знаешь кто где живет?

Похоже, сделать копии ключей совсем не проблема. Делают же копии ключей от дома и от машины, чтоб хранились у друзей, на всякий случай?

— Я хочу научиться водить машину.

— Для этого тебе нужна машина.

— Может быть я позаимствую твою? — сказала я, хихикая.

Он усмехнулся и начал щекотать меня.

— Ну, если ты хорошо попросишь…

Я вздохнула, рассмеялась и игриво шлепнула его по руке.

— Пожалуйста, Кота, могу я взять твою машину?

— Нет.

— О?

— Сперва я должен научить тебя водить.

Я поднялась.

— Ты научишь меня?

— А кто же ещё?

Я не нашлась, что ответить на это. Кроме парней, кто ещё может научить меня водить? Мари не умеет, хоть она и достаточно взрослая, но мы знали, что к родителям с этим лучше не подходить. Тут без вариантов.

— Ты сделала домашнее задание?

Я кивнула.

— Думаю, это хорошая идея, начать учиться водить машину. Сейчас проверю, когда мы сможем начать.

Он снова полез в сумку.

— Следующие пару недель мы будем заняты и не сможем учиться как следует без перерыва.

— Мы будем заняты?

Он замолчал на минуту, его пальцы двигали медленно молнию на сумке туда и обратно.

— Сэнг…

В воздухе повисло молчание, глухое с запутанными тайнами.

— Академия?

Его пальцы сжались в кулак.

— Да, там много чего.

— У тебя есть время посидеть немного со мной? — спросила я.

Его глаза потемнели и он стал серьезным.

— Конечно, — ответил он.

— Но я всё усложняю.

Он затряс головой, слишком быстро.

— Нет, что ты, всё в порядке!

Я вздохнула.

— Друзья честны друг с другом, Кота. Если есть что-то важное, что нужно сделать, то я не хочу мешать вам. Ты можешь оставить меня одну, со мной ничего не случится.

— Я не оставлю тебя одну, — сказал он.

— Я не боюсь одиночества, — парировала я.

Честно? Оставаться одной не хотелось. И не хотелось, чтобы он уходил. Просто я не хотела выглядеть законченной эгоисткой. Если у них есть срочное дело, какое право я имею задерживать их?

— Со мной всё будет хорошо.

Он нахмурился.

— Вчера с тобой не было всё хорошо!

— Сейчас со мной всё хорошо. Я же не знала, что она сделает такое со мной.

— Что случится с тобой в следующий раз? Ты снова подумаешь, что ничего плохого не произойдет, а это закончится твоей смертью?

— А если этого не случится?

— Тогда это будет большая удача, — сказал он. — Но мы не будем рисковать.

Я вздохнула.

— Почему?

Он поднял на меня удивленный взгляд.

— Что ты имеешь в виду?

— Почему я?

— Господи, Сэнг, — он обнял меня. Мне стало неловко и нужно было оттолкнуть его, но тепло его объятий расплавило мою решимость. Он уткнулся носом мне в макушку.

— Что с тобой? Ты умная, милая, решительная. Ты не жалуешься и не зовешь на помощь, даже когда ты в беде. Или мы все ошибаемся? Тебя усаживают на деревянный стул и привязывают в душе, какой-нибудь болван может тебя повесить за руку в школе. И ты боишься нас стеснить?

Он прижался щекой к моей голове.

— Ты красивая катастрофа.

Я тяжело вздохнула, спрятав лицо у него на груди. Это так ужасно? Или он предполагал, что от этого мне станет легче?

— Есть много девчонок, которым нужна помощь, Кота. У многих из них проблемы хуже чем у меня.

Он тяжело вздохнул, но продолжал молчать и поглаживать меня по спине, как бы успокаивая. Похоже, он не собирается отвечать. Ведь это правда: существует много девушек, которых похищали и мучили каждый день. По крайней мере, мама так говорила.

— Когда я впервые пришел в Академию, — прошептал мне Кота, — я тоже так думал. Ты, возможно, уже заметила, что Академия помогает, когда она реально может помочь. Я, по началу, не понимал, по каким кретериям они выбирают кому помочь и как. Почему мы не можем помочь всем, кто нуждается в помощи? — Щекой он слегка коснулся моей головы снова. — Но мы не можем помочь всем, Сэнг. Мы не можем сделать всё сами. Но люди помогают тем кого любят! Именно так это работает. Мы начинаем с друзей и семьи. Это ближний круг. Если там всё в порядке, мы двигаемся дальше, помогаем другим, где и чем можем. Но семья всегда на первом месте, Сэнг. Всегда.

— Но я не из вашей семьи, — прошептала я.

— Ты одна из нас, — сказал он, командный голос вернулся. Кончиком пальца Кота приподнял мое лицо за подбородок, заглянул в глаза и прижался лбом к моему лбу.

— Я знаю, что ты пока этого не чувствуешь. У тебя нет дружной любящей семьи. Нужно время, чтобы привыкнуть к тому, что кто-то заботится о тебе. Никто тебе этого пока, не говорил, но Натан точно знает точно через что ты проходишь.

Я открыла рот.

— Что ты имеешь ввиду?

Уголок его рта приподнялся.

— Когда-нибудь ты узнаешь истории каждого из нас. Не у всех были дружные, сплоченные семьи.

— Но твоя мама… — сказала я. — И твоя сестра… они так любят тебя.

— Мы — да, — сказал он. — Другие семьи — нет. Поэтому не все понимают, что ты потеряешь, уйдя из семьи. И это одна из причин, почему ребята хотят, чтоб ты стала одной из нас.

Я вспомнила, как Натан рассказывал о своем отце, вертолетчике, что его подолгу не было. Норт и Люк живут с дядей, а до этого даже не знали о существовании друг друга. Я удивлялась поведению Габриэля, Сайласа и Виктора. Они все относились ко мне нежно и заботливо. В моей семье не было таких отношений. Как они об этом узнали?

Может, я веду себя как-то не так. Может, они выяснили это каким-то образом?

— Я не понимаю что делать и как себя вести, — сказала я. — Я не понимаю что, как, зачем и почему.

— Я знаю.

Он отклонил голову назад, и, глядя в глаза, погладил меня ладонью по щеке. Я старалась не отводить взгляд и тоже смотреть ему в глаза, но это было тяжело. Создавалось ощущение, что он заглядывает внутрь меня и видит всё, что со мной происходит. Я старалась смотреть ему в глаза, иногда переключалась на лицо, но возвращала взгляд обратно.

— Мы почувствовали что ты одна из нас и приняли решение. Когда ты приняла нас, мы приняли тебя. Вот так мы работаем. Ты одна из нас, Сэнг. Так что мы здесь ради тебя. Сперва всегда семья.

Семья. Они были моими друзьями, а теперь они стали моей семьей? Я не могла понять. Мы не были родственниками и были едва знакомы. И они считают меня одной из них. Я вздохнула. Так хотелось в это верить. Несколько недель назад я была одна. А сейчас я сижу тут с Котой, у него на коленях. Моё сердце продолжало попытки пробить грудную клетку. Отчаянно хотелось решиться и, действительно, стать одной из них, принять их как семью. Слова разбежались. Глаза наполнились слезами. Пришлось опустить голову и уткнуться лбом в его плечо, чтобы спрятать свою растерянность.

— Я знаю, ты пока не разобралась в своих чувствах, — прошептал он, поглаживая мою ладонь большим пальцем, — но ты разберешься во всем со временем. Ты станешь одной их нас, только если сама этого захочешь. У тебя всегда будет выбор. Семья — это выбор.