Друзья или семья (ЛП) - Стоун Л. С. - Страница 31

Поднявшись по лестнице, толкнула свою дверь, но не смогла войти. Дверь лишь немного приоткрылась и резко остановилась, сзади что-то мешало и не давало ей открыться до конца. Я толкнула посильнее, чтобы хоть как-то протиснуться в комнату.

Прямо за дверью была свалена куча одежды. Я быстренько закрыла и заперла дверь. Окно было распахнуто, а посреди комнаты стоял Люк и с озабоченным выражением лица смотрел на раскрытый шкаф.

Я закрыла окно и вернулась к куче одежды, что мешала открыть дверь. Мари снова рылась в моих вещах? Это не в первый раз!

Мое сердце пропустило удар: я рванула к чердачной двери. Закрыта, но я все равно проверила, на месте ли сотовый телефон. Да, он на месте, там, где я его и спрятала, в стене.

Я вздохнула с облегчением.

— Твоя одежда пропала, — прошептал Люк, стоя у дверцы шкафа.

Мои глаза расширились:

— Что? — я закрыла дверь чердака и встала рядом с ним.

Шкаф был пуст. На полу валялись остатки моих вещей, в основном нижнее белье и лифчики. Раньше они лежали в шкафу на полке.

Люк помог мне собрать с полу одежду и сбросить ее на кровать. В основном это была одежда Мари, но были и явно чужие вещи, которых я не узнавала. Футболки, джинсы — перебирала и пыталась понять, что из этого я смогу носить. Пропали все мои блузки и юбки. Самое обидное, что исчезли рубашки Натана и Люка, которые они мне подарили.

— Это сделала твоя мать? — спросил Люк потирая затылок и переминаясь с ноги на ногу.

Я прикусила губу, в голове был сумбур, но я покачала головой:

— Нет, это на нее не похоже. Она никогда не интересовалась нашим гардеробом. Обычно одежду нам покупает отец оптом раз или два в год. Не знаю где, но догадываюсь, что на гаражных распродажах. Одежда всегда разных размеров и мы с Мари сами выбираем, что кому достанется.

— Тогда кто? — Люк пожал мою руку.

— Наверное, Мари, — я покачала головой, недоуменно моргая и краснея. — Но я, все равно, не понимаю: ей не нравится одежда, которую я ношу, да и не подходит она ей. Сестра сейчас внизу, пойду и поговорю с ней. Надо выяснить, в чем дело.

Честно говоря, меня очень удивило произошедшее. Время от времени Мари одалживала что-нибудь из моих вещей, но забрать всю мою одежду и оставить взамен свою? Это очень странно.

Люк кивнул.

— С этим надо разобраться. Я подожду на чердаке, но возвращайся сразу, как поймешь, что происходит. И не лезьте с этим к маме, даже если все было с ее согласия.

Я спустилась вниз и зашла в кухню. Мари собрала волосы в конский хвост, открывая узкие глаза. Она сидела на стойке, болтая ногами, и ела из миски макароны с сыром. Я обратила внимание на её одежду: джинсы и футболка, не новые, но таких у нее раньше не было. Сейчас я поняла, что именно это и зацепило меня сразу, как я вошла в дом. Футболка была простой, нежно-зеленой, с низким вырезом и слишком обтягивающей, узкие джинсы.

— Мари, где моя одежда? — спросила я. — И что за одежда свалена у меня в комнате?

— Я поменялась с тобой, — ответила она. — Можешь забрать то, что я тебе оставила.

— Ты не можешь меняться одеждой без моего согласия. Твоя одежда мне не подходит. Верни мне мои вещи.

— Я не должна просить твоего согласия, — ответила Мари, — это не твоя одежда, это наша одежда. Мама сказала…

Я вышла из кухни, не желая слушать, что она говорит.

— Не смей копаться в моих вещах! — крикнула она мне вслед.

Я побежала наверх, в её комнату. Это было действительно странно: она все время фыркала, называя мою одежду дурацкой, и, вдруг, такой внезапный интерес к моему гардеробу. А вещи, что на ней сейчас, я вообще не узнавала. Так где же она их взяла?

Войдя в ее спальню, я рывком распахнула дверцу шкафа. Там было всего несколько футболок и джинсов, а на полу лежали небольшие стопки белья, мятых футболок и нестираных джинсов, но не было ничего похожего на мои вещи.

Мари вошла следом за мной.

— Я сказала, не входить сюда.

— Ты сказала, что поменялась со мной, — я полезла в шкаф и вытащила одну из футболок. — Откуда это взялось? И где мои блузки?

— Я обменяла их.

Что-то в ее тоне поразило меня.

— Мари, и с кем же ты поменялась?

— Мы с Даниэль обыскали шкафы друг друга.

— И мой шкаф тоже? — у меня отвисла челюсть.

— Это и мои вещи. Мы их просмотрели и рассортировали. Она…

— Забрала мою одежду! — закончила я за нее, бросив футболку на пол. Я прижала ладонь ко лбу. — Зачем ты это сделала?

— Просто убирайся отсюда, — зашипела она и ее рот скривился в ужасной гримасе. — Это не твое дело! Почему тебя это волнует?

— Ты не можешь отдавать вещи, которые тебе не принадлежат. Зачем Даниэль понадобились мои юбки? — я почти кричала, ничего не могла с собой поделать. И рубашка Натана! И Люка тоже! Где они теперь? — Как она попала в дом?

— Я впустила её, — ответила Мари и сморщила свой острый нос, — ты всегда носишь одну и ту же дурацкую одежду и понятия не имеешь о стиле. Все думают, что ты ботаник. Теперь будешь носить джинсы.

Я поджала губы. Эмоции зашкаливали, я не могла больше препираться с сестрой, поэтому поспешила вернуться к себе.

Мари знала, что жаловаться матери я не пойду — это нарушило бы тонкую грань договора, установившегося между нами. Она легко могла рассказать маме, что я гуляю с мальчиками, или что у меня есть ключ от дома, или еще что-нибудь, что может навлечь на меня неприятности. Возможно, она знает, что мальчики заходили в дом? Поэтом решила, что и Даниэль может зайти? Спальня сестры расположена прямо над комнатой родителей. Как она не боялась, что мать услышит, как они с Даниэль разговаривают? Я думала, что нам с мальчиками это сойдет с рук только потому, что моя спальня находится на другой стороне дома.

В общем, жаловаться не кому: отец в командировке и возможности связаться с ним нет. Маме жаловаться я не рискну, она или ударит, или наказание какое-нибудь странное придумает. На чердаке Люк. Он, конечно, вытащит меня, но это тоже не лучший вариант. Какая-то безвыходная ситуация получается: если я буду бороться с Мари, она нажалуется маме, и я все равно окажусь наказана.

Я вернулась в свою комнату, закрыла и заперла за собой дверь, прижалась к ней спиной и прикусила язык, чтобы сдержать слова, обжигающие мои губы. Ничего из того, что я могла сказать, не помогло бы. Надо успокоиться. Я даже не могу поговорить с Даниэль, я с ней не знакома, а у нее моя одежда. Меня это пугает.

Я проскользнула к чердаку и осторожно постучала. Появился Люк, заправляя свои светлые локоны за ухо.

— Что случилось?

— Даниэль была здесь, — сказала я. — Они с Мари "поменялись" одеждой со мной.

Я подошла к кровати, чтобы снова просмотреть вещи, надеясь, что рубашки мальчиков, все-таки там, и я пропустила их в первый раз. Не повезло.

— Даниэль забрала мою одежду. А свою отдала Мари, а мне скинули то, что им не понравилось, я думаю.

Люк нахмурился, подошел к кровати и провел пальцем по джинсам.

— А ты не можешь их вернуть?

— Как? — воскликнула я. — С Даниэль я даже не знакома, а маме я пожаловаться не могу.

Я вытащила из кучи несколько джинсов, приложила к поясу одни, другие. Бесполезно, они слишком большие. И слишком длинные, вон, какой кусок на полу лежит.

Люк сел на кровать.

— Ты не можешь ходить в школу голой, — сказал он. — Мы должны вернуть твою одежду. Пойдем к Даниэль и все ей расскажем.

— Мы должны держаться подальше от неприятностей, помнишь?

Люк шумно вздохнул, обнял меня за талию, притянул к себе, усадил на колени и прижался щекой к моему лбу.

— Сэнг, ты не можешь позволить, чтобы с тобой так обходились. Они украли твою одежду.

— И что я могу сделать? — прошептала я ему, рассеянно глядя на свои колени.

Он вздохнул, крепко прижал меня к груди и погладил кончиками пальцев по внешней стороне бедра.

— Хотел бы я знать. Но она не может так поступать с тобой. Она использует тебя в своих интересах.