Добыча волка (СИ) - Осборн Линда - Страница 35

— Я отменяю заклятье Мориц! Пусть все вернется на круги своя! Оборотни родятся от оборотней! Ведьмы обретут свободу! Магия не сможет причинить вред любому существу на этой планете, как было прежде! Я прощаю тех, кто причинил когда-то вред!

На губах осел привкус соленой воды – и мне не ясно было, что же это: правда вода, слезы, или кровь? А может быть, это были капли дождя, которые вдруг нежданным потоком полились сверху прицельно на мою фигуру, ненадежно стоявшую на ногах на границе между волками и ведьмами?

Грохот прошиб сознание – гром прокатился по всему позвоночнику, и показалось даже, что волосы встали дыбом от этой силы, от этой страшной мощи. Тьма опускалась все ниже, ниже, давя своим могуществом, а черные полосы снизу, из-под земли, радостно касались ног, рук, ошпаривали кожу на открытой шее.

— Сила ветра! Мощь воды! Жизнь земли! Помощь солнца! Взываю к вам! — бормотала я исступленно, подняв вверх руки. Бешенный рев стихии вибрировал теперь не только снаружи, он отзывался и внутри, колотил все внутренности, откликался в ушах, пульсировал вместе с моим сердцем.

Перед глазами все плыло – сказывалось нечеловеческое напряжение, я стояла на ногах только благодаря своей силе воли- черные лапы заклятья стремились пригнуть меня к земле, но я сопротивлялась, потому что знала: кроме меня никто и никогда не сможет его изменить. Я была последней, в ком пульсировала кровь Мориц – ведьмы, сгоряча решившей отомстить за предательство.

И мое сердце познало это чувство, и моя душа была изранена всеми перипетиями жизни, но я знала: мне нужно, обязательно нужно было все исправить.

Больше ни одна ведьма не лишится своей магии, которая помогает жить. Больше ни один оборотень не будет страдать от увечий, когда ему не хватит магии для оборота. Больше ведьмы и оборотни не будут ожидать друг от друга подножек. Никто не станет ставить опыты, убивать себе подобных.

Мир во всем мире среди представителей двух видов – это утопия, но я знала одно: если природой было заложено нам вместе с оборотнями существовать на этой планете, мы должны были постараться сделать это правильно.

И только я подумала об этом, как сердце забилось в груди с новой силой. Гром забился страшными волнами, молнии разрезали пространство наверху, и вода хлынула на меня потоком – будто бы кто-то прицельно включил воду в кране на полную мощь.

Но я с улыбкой, терпеливо принимала эту силу природы.

Мое сердце открылось миру. Я приняла саму себя, мне не нужно было гасить в себе магию, боясь, что ее кто-то заметит. Я больше не скрывала от самой себя любовь, которая становилась все ярче, к врагу – охотнику. Я знала, что моя душа не совершенна, но также знала, что имею право на ошибки, любовь и ненависть. Я становилась свободной от оков, которыми было запечатано мое сердце, и в эту самую минуту понимала, что поступаю правильно, разрывая древнее проклятье, которое было когда-то запущено моей прародительницей и усилено ведьмами, которые случайным образом прознали о нем.

Не будет больше никаких черных пут, которые тянутся из-под земли.

Не будет больше теней, которые ждут своего часа, чтобы выйти наружу и забрать себе чужую магию, чтобы полакомиться ею, набраться сил.

Я прерву этот замкнутый круг.

Я не стану добычей черного заклятья.

И никто больше не станет ею.

Я сложила руки на груди и склонила голову.

Дождь вмиг прекратился, будто его и не было, ветер стих…

Только сердце невероятно сильно громыхало в моих ушах.

Черные плети из-под земли, которые касались меня все это время, выжидая, когда же я сдамся, отпущу магию из себя, чтобы забрать меня к своим загребущим лапам, вдруг растворились дымкой от костра, будто бы их и не было – черному заклятью нечем было поживиться. Я упрятала его так глубоко, что никто и никогда не смог бы его достать, разбудить и призвать, чтобы навредить кому бы то ни было…

Я знала: оно там, очень глубоко, под толщей земли, глины, запечатано и замуровано, так, что не вырваться, не поднять голову, не пробиться тонкой дымной струйкой, кто бы его ни позвал.

Потому что я вложила всю свою силу, всю свою мощь, всю свою магию в то, чтобы придавить его могильной плитой.

— Бьянка…

— Джеймс!

Я повернулась к нему, и увидела, что со спины к нему подкрадывается одна из ведьм, которая очнулась, видимо, от ужасающего урагана, который стих также внезапно, как и разгорелся прямо над моей головой…

— Черное заклятье, которое наложили ведьмы на род оборотней, отменено! — громко объявил Джеймс, расправив руки над поляной. Стало так тихо, будто бы он выступал в пустом зрительном зале – не было слышно ни единого звука, даже вечернее пение сверчков прекратилось. И ведьмы, и оборотни все еще отходили от воздействия моей магии. Злость и ярость все еще пульсировала на поляне, но больше всего было страха – никто не понимал, что происходит, и потому смотрели на Джеймса.

Я была готова к тому, что ведьмы могут пустить свою магию в дело и попробовать избавиться от моего охотника, и внимательно следила за ним, чтобы в нужный момент отразить любое нападение.

Но ведьмы…ведьмы были словно обескуражены. Они поняли первее всех, что что-то случилось, что-то очень глубокое, очень важное. Но что именно, пока не могли осознать.

— Отныне оборотням будет не нужна магия ведьм. А ведьмы не смогут навредить оборотням.

При этих словах раздался вой – так волки поддерживали своего альфу. Они вставали на лапы, вытягивали шеи вверх, и их шерсть переливалась искрами при отсветах луны, которая расчерчивала свои границы на большом темном полотне неба.

 — Эта бесконечная война должна завершиться. Иначе в итоге от нас не останется и следа. И волки, и ведьмы пропадут с лица земли. Вы этого хотите? — вдруг повернулся он в ту сторону, где поднимались на ноги, перешептываясь и косясь в нашу сторону, ведьмы.

— С чего ты решил, что можешь указывать нам, что делать? — спросила одна из них – брюнетка, которая напала на меня в университете.

Джеймс прищурился.

— Я – альфа стаи волков. И я – потомок оборотней, из-за кого все и началось.

— Тебе веры нет, — выплюнула другая, рыжая. — Мы знаем, что делал твой отец. Он убивал ведьм, ставил над ними опыты. Как, впрочем, и над волками.

Охотник выставил руку вперед, призывая к спокойствию ведьм, которые начали одновременно говорить, выплевывая свое недовольство, которого скопилось за эти годы слишком много.

— Каждая сторона виновна в этой войне. Ведьмы убивали ведьм только для того, чтобы проклятье не теряло силы. Ваш ковен решил взять верх над волками, воспользовавшись бедой одной из ведьм.

— Терезе Мориц удалось воззвать к черному началу только потому, что она была вне себя от горя и не могла пережить предательство, — присоединилась я к Джеймсу. Встала рядом с ним, взяла его руку в свою. — Но она не думала, что все может зайти так далеко.

— Тебе –то откуда знать об этом? — проговорил кто-то довольно громко.

— Я…Мы были там. Я – Бьянка Мориц, — я расправила плечи и впервые с гордостью назвала свое имя. — Сила Терезы вошла в меня в тот момент, когда я также была обескуражена всем тем, что творится вокруг. Война, убийство, предательства… - это ли нужно для нас? Кровь, интриги, подкуп – вы планируете наслаждаться этим до скончания времен? — мой голос раздавался все громче, мне хотелось достучаться до каждой из них. — В результате не останется ни одной из ведьм. Он — я ткнула в землю, зная, что черное заклятье, древнее темное зло укрыто моей собственной магией, нашедшей теперь покой, — сожрал бы каждую из вас подчистую. Ему все равно на вас, поймите наконец. Если вы плюете на остальных ведьм, то и ему не будет дела до вас.