Генерал без армии (СИ) - Хохлов Анатолий Николаевич - Страница 14

А как засияла Аянэ, когда генетические тесты на совместимость показали прекрасную совместимость ее и частенько гостящего в Сикабе адмирала Тадатэру! Ни что не мешает ей стать женой благородного флотоводца из страны Лесов, броненосцы-ледоколы которого конвоируют торговые караваны северных морей. Причем тот сам ей об этом сказал, когда вручил в подарок кольцо с изумрудами и сделал предложение руки и сердца.

Вот бы Единство назначило приманкой не Киоми, а эту толстую индюшку! С приказом сопротивляться до последнего. Ох и поплакал бы тогда адмирал! Вот это был бы резонанс в общественности! Но нет. Аянэ над артистами Единства квохчет, как самая настоящая клуша над цыплятами. Все у нее дочки, да сыночки. Лиса, даже под угрозой смерти, никогда не обидит «добрую мамочку». Сама, скорее, жадно полезет ей под руку, чтоб помурчать и погладиться.

— У меня нет вопросов, я сейчас же начинаю выполнять приказы. — сказала, отрываясь от чтения и заставляя начальницу вздрогнуть, сказала директриса. — Спасибо вам, Киоми-сама.

— Приступайте. — Киоми ответила поклоном на поклон директрисы и проводила поспешившую прочь женщину недружелюбным взглядом.

Нет, лиса на Аянэ не нападет. Разве что зрением демонов разглядит, что эта «мамочка» — умелая притвора, какая-нибудь злобная, всех ненавидящая лицемерка. Гадство! Может и разглядит! Все вокруг притворяются добренькими, хорошими и вежливыми, а ковырни любому душу чуть глубже, и сразу всплывает гнилое нутро!

В городе шло тихое бурление силовых структур, местные власти строили предположения и напряженно ждали неведомо чего, но час за часом проходили тихо и мирно. Никто не творил беспорядков.

Утром, часа через полтора после открытия банка, представительно одетый гражданин с оранжевым удостоверением личности, вошел в здание через парадный вход и уверенным шагом направился в отдел работы со вкладами. Работница, к которой он обратился, сначала удивилась, приняв этого гражданина за несовершеннолетнего подростка, но взглянула на его документы и извинилась за свою ошибку. Абсолютно спокойный, улыбчивый и дружелюбный, гражданин предъявил все нужные бумаги, по требованию работников банка сообщил кодовую фразу, после чего получил деньги со вклада и удалился так же спокойно, как пришел.

Довольный тому факту, что технические возможности не позволяют банкирам широко и повсеместно проверять отпечатки пальцев, генетическую информацию или оттенки биополя, Корио вернулся в свое временное убежище. Он сложил шестьсот тридцать тысяч в сумку к остальной добыче, вынул вторую пачку документов, нарядился в дамский халат, который Мисато стащила в какой-то гостинице, и начал превращение. С аппетитом поглощая заранее купленные продукты, он рос в высоту и ширь, из пятнадцатилетнего подростка превращаясь в даму сорока семи лет, плотного телосложения, с выдающимися формами в области груди и пониже талии. Лицедей ухмыльнулся, вспомнив как Сатору обозвал свою подельницу морской коровой. При росте в метр шестьдесят пять, весила Мисато килограмм под сто и потому было даже удивительно, что падение этого груза не переломало злобному карлику все кости. Повезло гаду, что под живот попал, основная масса выше и ниже прошла.

— И все равно, Сатору-сан, — голосом обиженной женщины произнес Корио, вертясь перед зеркалом и с интересом разглядывая себя в новом обличье. — Намекать даме на проблемы с лишним весом, — безобразная невоспитанность! Тем более, что проблемы-то никакой и нет. Главное ведь не масса, а гармоничное ее распределение по организму! Безликий! Что скажешь?

«Интересная мадам». - польстил акума. — «Так и ходи».

— Э-э! Ты с ума сошел? Если я в таком виде заявлюсь на базу, мамаша Хитоми от ревности говно в себе ни за что не удержит! А его в ней столько накопилось, что бурным потоком затопит все нижние ярусы комплекса! Представляешь потери и убытки? А если на вонь еще и шиамы понабегут, да увидят кто их милые горы изгадил, так вообще зарезать могут! Нет, не уговаривай и не умоляй, а дольше чем для дела надо, — лицедей вздохнул, с наигранным глубочайшим сожалением. — Я такой интересной ходить не буду!

«Не уговаривать, да? Сам довольный, как школьница на свидании. Зеленой Ци море наработал, хоть в спячку впадай! Девочка замучилась притворяться мальчиком и наконец-то вернулась в свою естественную форму»?

— Пф-ф-фы! — фыркнул Корио. — Тебе ли не знать, что во мне изначально было буквально два человека — храбрый, сильный, волевой мальчик и милая, добрая, мягкая девочка! Ничего я не замучилась, мне просто немножко надоело быть одинаковой. Дайте пять минут мальчику поспать, а девочке поиграться!

«А как же Каджими? Увидит тебя таким, и сразу разлюбит».

— Пф-фы! — фыркнул Корио второй раз. — Чего тут разлюбливать-то? Тоже мне, нашел отклонение от нормы! В сказках разные герои то в волка, то в медведя, то в тигра превращаются, и ничего. Живут долго и счастливо. А я могу превращаться в женщину, и это должно всех от меня отогнать? Что, женщина страшнее медведя?

«Смотря какой медведь».

— Хамло! Вот погоди, сейчас оденусь понаряднее, и тогда точно любой медведь будет страшнее меня!

Чемодан Мисато был раза в три больше габаритами, чем тот, которым владел Сатору, и оказался набит одеждой так, что его едва-едва удавалось закрыть. Нижнее белье, две ночные рубашки, юбки, блузки и жакеты, пара простеньких платьев. Обычный багаж запасливой дамы? Только неопытный и мирный человек мог бы так решить, ведь вещи явно принадлежали женщинам разного социального положения и достатка. Так же, как не подходят они и к тому дорожному платью, в которое Мисато обрядилась после убийства состоятельной гражданки этой страны. За годы общения со всевозможным бандитским отребьем, Корио повидал немало всевозможных аферистов и научился замечать подобные неочевидные вещи, доказывающие, что перед ним не обычный враг, а тот, к кому он испытывал особую, смертельную ненависть.

Паук-оборотень, Кумо.

В чемодане было припрятано сразу шесть удостоверений личности, с одинаковыми фотографиями, но на разные имена. Не фальшивки, самые настоящие, просто прежних их владелиц уже никто никогда не увидит.

Лис сердито хмыкнул. Люди невероятно восхитительны. Всем миром встали на уши из-за появления существа, способного копировать чужой облик, а сами клепают такие гражданские документы, что только самый криворукий бандит не сумеет подменить в них фотографии. Всегда носите удостоверения с собой и предъявляйте их по первому требованию стражей? Все правильно, вот только никто не остановил Мисато и Сатору, когда те пользовались документами Харуми и Шиджеру для покупки билетов на поезд. Парочка подонков, совершивших десятки зверских убийств, не хуже любых оборотней перевоплотились в добропорядочных людей и всюду получали к себе уважительное отношение, только потому что легко могли выдать чужие удостоверения за свои. Так и ушли бы, со всем награбленным, если бы не соблазнились на деньги вахтовиков.

— Вот на таких оборотней и устраивайте свои облавы, придурки. — бубнил лицедей, пока наряжался в одежду из чемодана. — Пауки вокруг стадами бродят, а все цепляются к безобидным лисятам, как будто настоящих злодеев нигде нет! Вот обиделся бы, и оставил бы вам ваших пауков, но радуйтесь, гады, что я их даже сильнее чем вы ненавижу. Надо пресечь уродам халяву, в исследования по идентификации еще денег влить. И штук пять новых специалистов похитить. Пусть сидят и изобретают непобедимо защищенные личные карточки! Такие, чтобы никто, никогда и нигде не подделал!

Легко сказать, а вот действительно что-то сделать — проблема. Не раз и не два уже правители разных стран вкладывались в защиту личных гражданских документов. Ставили узорчатые печати, устраивали химическую пропитку, чтобы весь документ и фотография были отмечены одним и тем же химикатом. Продевали тончайшие золотые нити через фотографии, чтобы их целостность можно было проверить специальным прибором. На особо ценных документах плели узоры из химических веществ, меняющих цвет под любым воздействием Ци, но даже это не стало защитой, ведь генетически измененные люди в нынешние времена повсюду, и любой всплеск Ци, коснувшись такого документа, мгновенно портит его.