Тайна Белого Крыла (СИ) - Миленич Ива - Страница 23

— З…зачем столько места?

— О, птенчик, сообрази-ка сама!

С этими словами Делла вдруг шумно распахнула крылья и я забыла, как дышать. И без того удивительные и достававшие в сложенном виде почти до пола, в развёрнутом они были невероятно красивыми и да — очень, очень большими.

Я перевела взгляд на дверь — теперь ясно, зачем они все здесь такие широкие или вообще двухстворчатые. И затем потупилась на свою нескончаемую кровать, которая сама по себе была как комната. Но как они вообще спят с этими крыльями?!

— Да так же и спим, как ты. Может позы чуть другие. Тебе грудь или нога мешают спать? Но любим отдыхать в совином виде. Мысли притупляются, если специально не шевелить мозгами. Больше доверяешься инстинктам и расслабляешься. Поэтому в кроватях спим мало и в основном… парами.

— Но мне-то всё это зачем?

— Папочка ко всему подходит основательно, да и вообще здесь все довольно консервативны. Он явно не планировал в ближайшее время затевать переезды или новые переделки, подстраиваясь под твою личную жизнь. Но и он и все остальные сделают, как попросишь. Если тебе действительно не нравится.

Я смутилась ещё сильнее. Но… нет, мне очень нравилась эта светлая и воздушная комната!

— Здесь очень красиво. А что же, я буду жить в замке?

— Папуля будет безутешен, если ты сбежишь. Но дом Финеса пустует и его, разумеется, тоже подготовили. Он в очень милом и уединённом месте. Ещё можешь жить в городском особняке Вайтвудов или у моей мамы.

— Нет-нет! Спасибо! Мне и здесь хорошо… пока.

— Вот и правильно, потом разберёшься. Давай одеваться!

Делла перепорхнула от спального алькова куда-то очень далеко, обдав меня ветерком, и только тогда сложила крылья.

— Гардеробная здесь. Трис приготовила пару традиционных для стигини вариантов и выписала на первое время из столицы несколько платьев, более привычных для тебя. Даже летала в балку посмотреть, что сейчас носят люди. Потом вы уже с ней вместе подберёте одежду по твоему вкусу. Но в город лучше традиционное. Ты и так будешь притягивать слишком много внимания из-за того, что Бескрылая.

Традиционное? Я выбралась из постели и внимательно рассмотрела наряд Деллы. Он был похож на то, во что была одета и Трисса, только тёмно-синий. Очень красиво и ткань изящная. Но шокирующе тонкая, а фасон неприлично простой, как… как у белья! Внизу это вроде бы платье заканчивалось не юбкой… а очень широкими брюками, схваченными в щиколотках расшитыми бисером манжетами. И под ними начинались… ух — лапы! Настоящие совиные пясти, невероятно милые!

— Юбки — не вариант, птенчик, — сказала Делла, проследив за моим взглядом — только по праздникам и всё равно с лёгкими шароварами под ними.

— Из-за полётов?

— Конечно. Даже если станешь только в замке ходить в юбках — рано или поздно понадобится срочно куда-нибудь слетать и… будет конфуз.

Она нырнула в гардеробную и вернулась со светло-зелёным одеянием и туфлями — на плоском ходу и с длинной атласной шнуровкой.

— Вот это практично и под цвет глаз.

Наряд был из тончайшего матового шёлка, весь в вышивке и бисере. Сколько же мастерица над этим сидела?!

— Может фасон и практичный, но не слишком ли роскошно для повседневного?

— Это и есть на каждый день. Хватит уже трепетать, птенчик. Вайтвуды очень состоятельны.

— Я не Вайтвуд.

Делла закатила глаза.

— Солары тоже не из простых. А ты хуже, чем что-то одно — Солар из дома Вайтвудов. Для всех посторонних ты не с неба свалилась, а выросла по решению Фина в замке. Уединённо, под присмотром Трис и папули Селифа, потому что Бескрылая. Одевайся уже! Это действительно нормальное и уместное платье. Самое обычное.

Я сдалась и пошла в гардеробную. Кузина последовала за мной и даже не подумала отвернуться, когда я стягивала сорочку.

— Ух какая же яркая и дивная масть! Как только Никки ещё не ослеп, бедняга!

Я почувствовала, как загорелась. Моя… масть наверняка стала именно яркой от этого комментария, по меньшей мере на щеках! И рубашку я уронила. Делла зазвенела колокольчиками и всё же вышла.

Через пять минут мы уже спускались в холл.

— Делла, я всё не возьму в толк, как ты меня понесёшь. Я же тяжёлая!

— Ты когда-нибудь видела сову… скажем, с зайцем в когтях? Это примерно как человек и корова. А уж себе подобных носить вообще не проблема. Ты хоть и Бескрылая, но стигини. Кости всё равно очень лёгкие, совиные.

Надо же! Пастор Оуэн хоть в чём-то не соврал…

— Почему ты так в этом уверена? Мне кажется, у меня обычный человеческий вес.

— Тебя что, в твоей балке кто-то на руках носил?

— Маленькую-то наверняка носили.

— Маленькая не в счёт. Ну лёгкая и лёгкая, все малыши лёгкие. Вряд ли няньки задумывались. Никто ведь не знал.

— Вернон Хилз знал.

— С чего ты взяла?!

— Он мне неприятную вещь сказал, когда пытался отравить.

— Какую?

— Это очень неприлично. И неправда!

— И всё же, птенчик?

— Сказал, что у меня не сова. Что это мой… мой любовник. Потому что я… вся в мать.

Делла остановилась у входа и задумалась.

— Знаешь, птенчик… это может быть очень важно! Не забудь сказать Иву и папуле, причём не когда-нибудь, а поскорее. И я тоже скажу, чтобы уж наверняка. А то станешь ещё смущаться.

Она распахнула двери, быстро слетела над лестницей к террасе и протянула мне руки.

— А теперь пора отправляться, пока не стемнело!

Глава 22

Поджилки по пути на нижнюю площадку нещадно тряслись и вниз смотреть было страшно.

Но боязнь высоты не была мне знакома и теперь, конечно, стало ясно почему. Ещё в детстве я часто сидела на подоконнике ногами наружу в уже тогда полюбившемся чердачном окне, чем приводила тётушку Ди в ужас. А потом обожала ходить с Хоуками на охоту в скалы и карабкаться на самые высокие отроги.

Сейчас моя робость была вызвана не высотой, а неизвестностью, лежащей перед глазами. Я боялась нового мира в пропасти. Другой жизни, в которую мне предстояло теперь шагнуть.

— Такой большой город, Делла! Неужели все его обитатели — совы?

— Да, птенчик. Вампиры живут только здесь.

— И что же, среди стольких стигини не нашлось ни одной неприметной совы, чтобы поискать Ника в Платте днём?

— Полно обыкновенных видов, большинство. Но не будем же мы посвящать в свои проблемы посторонних! Разговоров хватит из-за одного только твоего появления. Странные дела сразу в двух родах морф — такой простор для пересудов! Совы не подлые, но посплетничать любят. Тем более — перебрать пёрышки морфам.

— Морфы — редкость?

— Разумеется. Ты тянешь время, потому что страшно лететь?

— Нет, полететь хочется! Очень! Боюсь… прилетать.

— Птенчик, ничего страшнее моего папули ты уже больше не увидишь. А сегодня-то и вовсе — только маму и Вайтвудов. Вряд ли кого-то ещё.

Говоря это, Делла обошла меня кругом и обняла вдруг со спины. Сердце счастливо заколотилось от предвкушения, когда я сообразила, что это значит — меня не понесут как мешок с картошкой или пойманного зайца! Я буду лететь с крыльями Деллы за спиной!

На моей талии что-то щёлкнуло. Я опустила глаза — застёгнутый ремень. Когда мы разбирались с одеждой, я уже видела на Делле пояс с длинными свободными хвостами, отороченными непонятными металлическими наконечниками, и приняла это за украшение. Но теперь именно эта оковка и сложилась в пряжку, пристегнувшую меня к стигини.

На этом же поясе у неё висели диковинной формы длинные ножны и я не успела спросить, что за странное оружие может в них лежать и для чего оно. Но теперь мне выдалась такая возможность. Делла вытянула справа от нас свою руку с непонятным предметом, явно вынутым именно из них. Он теперь крепился к её запястью браслетом с цепочкой, а кисть была вдета в некое подобие перчатки в основании.

— Что это?

— Рулевой парус. Создатель сочинил нас чуть более неповоротливыми, чем мы есть сейчас. Но знаешь ли, после птичьего облика отсутствие хвоста так сильно раздражает, что стигини ещё в незапамятные времена изобрели даже более совершенную замену.