Тайна Белого Крыла (СИ) - Миленич Ива - Страница 6

Спросить же о магии в резервации было некого. Подобные вопросы могли навлечь неприятности, а признание за собой дара — выдворение из города. В случае любящих семей — на платное обучение в большой мир. В случае с моим равнодушным отцом и ханжой тётушкой… боюсь даже представить. Запрут, объявив больной. Или сплавят с глаз долой, насильно выдав замуж за какого-нибудь выживающего из ума старика из открытого деревенского приграничья резервации. Браки неудобных по разным причинам девиц устраивают во время ярмарок, куда съезжаются окрестные фермеры. Те ценят наивных, неиспорченных невест из Гленрока.

Постепенно у меня созрел план. Получилось, что я пришла именно к тому, от чего предостерегал меня следователь. Я не только хотела сбежать из резервации, но ещё и собиралась создать перед этим незаконный артефакт.

Я уже не раз наблюдала, как дар начинает помогать мне. Маленькими искрами, бесконтрольно. В основном на эмоциях, когда чего-то сильно захочу или испугаюсь.

Падает задетая случайно хрупкая ось от карусели, которую я балансировала полдня. О нет!.. и она замирает на пару секунд на краю стола, очерченная тонкой синей молнией. Я успеваю схватить.

Гордость — завершила сложный многокомнатный домик, заказ на именины капризной Тилли Бок. Вот бы куколки в нём ожили! Синяя вспышка… и фигурки, поменявшие положение на этажах. Повторить не получается.

Я сообразила, что когда получится и магия останется в предмете — это и может стать моим пропуском в новую жизнь. Нужно сделать хорошую игрушку, заряженную даром. Что-то мастерски выполненное и с магической изюминкой. Я не сомневалась, что рано или поздно у меня выйдет.

Затем нужно попасть в открытый крупный город. Обойду все лавки и мастерские, покажу свою работу и найду место. Со временем разберусь, где и как мне учиться. Да-да, сыщик и в этом оказался прав.

Практическая часть в плане тоже была. Я копила каждую монетку, заработанную в лавке, которую могла отложить, не вызывая у тёти подозрений. И уже обдумала, как покинуть Гленрок. Сделать это с разрешения родных через заставу я и не мечтала, но собиралась заплатить провожатому за выход из резервации через леса и скалы. Мой расчёт в этом скользком вопросе был на Плаксу Алву.

Алва была нищенкой, непостижимым образом бродившей из поселения в поселение, обходя патрули и заставы. Рут говорила, что Плакса потеряла семью и сошла с ума. Бродяжка бралась за самую грязную работу на кухнях и в огородах. Тётушка Ди была одной из её благодетельниц, поскольку считала благотворительность весьма приличествующей своей персоне. Но сама предпочитала не появляться на кухне, если там одновременно воняло Алвой и луком, который та перебирала от гнили. Благодарила её медяками всегда я. И теперь собиралась воспользоваться давним знакомством.

Дело было за малым — создать магическую игрушку. И я из раза в раз пыталась вдохнуть чудо в каждую новую поделку.

Глава 7

Той майской ночью я села за свой захламлённый мелочами стол. Отсутствовавший с начала апреля Призрак ещё немного потоптался на подоконнике и перелетел на свою любимую присаду — узловатую толстую ветку, которую я ещё в прошлом году нашла на лесопилке и закрепила для него под самыми балками.

Призрак — это хорошо, рядом с ним легко и весело работалось. Сова всегда вдохновляла и успокаивала меня.

Я трудилась над музыкальной шкатулкой. Не на заказ, просто так, на продажу. Через мои руки прошло уже много таких, они всегда пользуются спросом. Эта вышла особенно элегантной и милой, я подумывала оставить её себе.

Простой чёрный лак на крышке — без росписи, картинок и вензелей. Крошечная речная жемчужинка на головке ключика и точёный латунный замочек. Строгий лаконичный механизм с простой, но очень нежной мелодией. И изящная танцовщица в невесомом белом платье.

Чего-то не хватало. Я отвлеклась от шкатулки, полюбовалась на задремавшего филина и придумала.

Достала специальную коробку, в которую складывала совиные перья, сходившие во время линьки, и с удовольствием понюхала. Картонный дух мешал, но пахло всё равно чудесно. Я стала рыться внутри, выбирая самый мелкий, самый сладкий пух, улыбалась и мастерила из него крошечные крылья.

Через час было готово. Вышло отлично — при крохотном росте куколки, каждая пуховая ниточка смотрелась как отдельное перо. Я осторожно закрепила невесомые крылышки на спине фигурки, ещё раз всё проверила и завела готовую шкатулку.

Призрак прилетел на стол и не мигая глядел на кружащуюся танцовщицу. Я прислонилась к нему щекой.

— Она вышла хорошенькой. Оставим её себе?

— Угу.

— Я тоже хочу крылья, Призрак! Улетела бы с тобой в такую вот тёплую ночь и не надо придумывать, как выбраться из резервации. Но сперва нужно сделать артефакт.

Мелодия стихла, белоснежная балерина замерла. Настал ответственный момент — в новую игрушку нужно попробовать вдохнуть магию.

Дважды я не пыталась никогда, а крылатая танцовщица мне очень нравилась. Поэтому я сосредоточилась — чего же я хочу? Чего хочу сильно? Ну разумеется — чтобы она летала! Когда начинается музыка, она должна не только закружиться, но и оторвать крошечные ступни от крышки шкатулки.

Решив, я уставилась на фигурку.

— Давай, ты полетишь, хотя бы совсем немножко приподнимешься? Смотри, какая ты лёгкая и воздушная!

Я протяжно вдохнула, потёрла виски и поморщилась, ощутив холодок в позвоночнике. Страшно начинать — опять ведь ничего не выйдет, а она такая очаровательная!

Вдруг филин сделал пару шагов по столу, подцепил своей огромной пястью карандаш и, держа его почти горизонтально, начертил на ближайшей бумажке символ…

Я ошарашенно разглядывала листок. Не потому, что рисунок родился из-под лапы совы, это как раз в тот момент казалось мне совершенно естественным. Просто я осознала, увидела! В изображении сочетались моё озвученное желание и… мои возможности.

Никаких искр, контуров и молний. Никакого хаоса и случайности. В момент, когда я верно поняла символ, он загорелся мягким синим светом.

— Это же руна, да?

— Угу.

— И что же мне делать дальше?

Призрак посмотрел на листок, затем на танцовщицу. Я тоже ещё раз взглянула на бумажку. Символ засиял ярче и отпечатался в моих зрачках как солнечный диск в безоблачном небе, когда смотришь на него долго и прямо.

Я торопливо закрыла глаза — раздвоившаяся в них руна слилась в одну и стала чистым светом. Поймала мысленно этого солнечного зайчика, распахнула веки, перевела взор на фигурку и, медленно моргнув, оставила блик парить между крылышками. Светящийся знак стал пульсировать и уменьшаться, затем вовсе растворился.

— Получилось?

— Угу.

Трясущимися руками я взяла ключик и ещё раз завела шкатулку. Танцовщица закружилась и взлетела. Я успела полюбоваться пару секунд и дальше уже ничего не видела, потому что ревела от счастья.

Глава 8

Проснулась я одетой и помятой. Подушка была противно сырой, как огромная мягкая жаба. Я брезгливо отодвинула её и постаралась припомнить, почему же я в таком непотребном виде. Картинка вскоре сложилась, но я немедленно уверила себя, что это был сон. Очевидно — заработалась, устала и вырубилась, едва дошла до кровати. Очень хотелось оживить танцовщицу, вот и приснилось невообразимое. А подушка намокла от жары, ещё бы — такой душный был вечер…

Но привиделось, надо сказать, очень хорошо! Я вспомнила руну и испытала то же понимание, что и в удивительном сне. Может это подсказка моей магии, интуиции?

Я возбуждённо вскочила и прямо в ночной сорочке бросилась проверять — есть ли у куколки пуховые крылья, или это пока тоже приснилось. Они у балерины были. Теперь… где же ключик? Нужно завести шкатулку, чтобы ещё раз всё вспомнить, обдумать и настроиться.

И тут меня прошиб холодный пот — жемчужина ключа блестела на листке с руной. Деревянными пальцами я с третьей попытки попала в замочную щель и запустила игрушку. Танцовщица вспорхнула и закружилась.