Найди меня (СИ) - Руднева Ксения Игоревна - Страница 2

– Ты завтра вечером что делаешь? – перешел к решительным мерам хлыщ.

Планов не было. Как и несколько предыдущих месяцев до этого. Поначалу, сразу как Миша исчез, я искала его, тормошила друзей и знакомых, коллег. Надеялась на что-то, но на одной лишь надежде далеко не уедешь, как выяснилось…

– Ничего, – призналась я.

– Отлично! – просиял блондин, уже не казавшийся мне таким уж подонком. Бизнес у человека, каждый крутится, как может. – Я закажу нам столик в ресторане. Поужинаем вместе?

3

Я равнодушно согласилась. В конце концов, какая разница, что им движет? Если документы в порядке, я и так подпишу, а если уж нарушения будут на лицо, пускай Минаева дожидается, он у нас по этим делам спец. Илья отвязался, как только мы обменялись телефонами, нужно было еще в начале поездки это сделать.

Дома меня ждал душ, просторная футболка и пара бутербродов на ужин.

– Возможно, завтра тебе перепадет что-то получше, – похлопала я себя по никогда не бывавшему столь плоским животу, что мне определенно нравилось, хоть какие-то плюсы во всей этой ситуации.

Перед сном меня ждало смс: благодарность за поездку – вот уж сомневаюсь, что сделала ее сколько-нибудь приятной, и пожелание сказочных снов. Переименовала Илью в Сказочника, раз уж блондин настаивает.

Следующая смс пришла утром. Потом в обед, а ближе к концу рабочего дня Илья позвонил. Очень активный товарищ, не сомневаюсь, с бизнесом у него все в порядке, при таком-то количестве энергии, пущенной прямиком в дело.

– Тебя где удобнее забрать? Я через пятнадцать минут буду.

– На вчерашней остановке, – безо всякого азарта ответила я.

Уверена, настолько пассивной подруги у Ильи еще не было. Вообще, апатия и усталость уже как несколько месяцев продолжают оставаться моими неизменными спутницами. С другой стороны, телодвижений особых от меня не требуется, ужин обещает быть вкусным, а к нормальной жизни надо как-то возвращаться, пусть хотя бы и так. Криминальных предпосылок к исчезновению любимого я, как ни старалась, найти не могла, так, может, пришла пора смириться? Прислушаться к советам окружающих и принять то, что он просто уехал, позабыв поставить невесту в известность. Заблаговременное увольнение и отказ от съемной квартиры вроде как говорили в пользу этой версии. Но как быть с тем знанием, что работу он собирался менять, а от квартиры отказался, потому что мы решили жить вместе у меня? И как человек, который совсем недавно сделал девушке предложение, мог просто взять и уехать? Передумал жениться и счел лучшим выходом бросить все и раствориться в неизвестности? Глупо.

Короче, в то что Миша мог исчезнуть по доброй воле, я не верила, в обратное – не верили остальные. Поначалу я трепыхалась, разыскивала жениха, ходила по знакомым, задавала вопросы, но результата это не принесло. Так мы и остались каждый при своем мнении, только я еще и в неизменной компании апатии, депрессией это назвать язык не поворачивался, согласно утверждениям врачей, депрессия – это серьезное заболевание. Мне же стало по большей части все равно, как будто жизнь из цветной и веселой незаметно превратилась в однотонное разочарование. Ну, живу, ем, сплю, и что с того?

Поэтому новый знакомый с коварными планами особо не трогал. Поначалу я, конечно, разозлилась, а потом махнула рукой. Десять дней уж как-нибудь продержусь, может мне даже и понравится – все не дома опостылевшие мысли по кругу гонять, да пялиться в обои. На них даже рисунка нет.

Илья, как и обещал, ждал недалеко от остановки. Оперся светло-бежевыми брюками о капот и скрестил ноги в лодыжках. Из-под козырька павильона на него с обожанием поглядывали две девчонки лет семнадцати, дама хорошо так за пятьдесят и даже бабулечка-божий одуванчик с корзинкой на коленях нет-нет, да и бросала в его сторону одобрительные взгляды. На меня симпатии их сообщества не распространились, несмотря на тщательно подобранное с утра летнее платье и макияж, стойко выдержавший многочасовую солнечную осаду.

– Привет, – Илья отлепился от «БМВ» и поспешил мне навстречу, распахнул дверь и помог сесть.

После рабочего дня на солнцепеке салона я ощутила блаженство в прохладе и согласна была отправиться с новым знакомым хоть на край света, лишь бы он не отключал климат-контроль.

– М-м-м, – совсем неприлично промычала я.

– Тоже любишь хорошие автомобили? – самодовольно спросил Илья.

– Готова всем сердцем полюбить любую развалюху, если в ней будет также прохладно – у меня в кабинете кондиционера нет, зато есть окна во всю стену. Чувствую себя помидоркой в теплице.

– Помидорка? Мне нравится, – оценил блондин и с иронией задержал взгляд на моем красном платье. – Отчего отпуск не возьмешь?

– По графику в августе. Да и не отпустят меня, иначе работать некому, – сказала чистейшую правду. – А ты работаешь? Или в отпуске?

– И хотелось бы отдохнуть, но работа сама себя не поработает.

«Конечно!» – хмыкнула я про себя, впрочем, беззлобно. – «И я сама себя не соблазню!»

4

По дороге Илья не приставал, очевидно, сделав ставку на ресторан, за что я была ему по-человечески благодарна. Пятнадцать минут тишины, и я как огурчик, готова сыграть в игру, благо правила я подслушала в мужском туалете. Неладное я почувствовала уже на подъезде и оказалась права: до боли знакомая вывеска привычно горела и за все эти месяцы нисколько не изменилась. Сердце ухнуло в желудок и никак не хотело возвращаться на место. Желание заходить внутрь тут же пропало, но я встряхнулась: негоже в первый же день, как решила возвращать себя к жизни, предаваться воспоминаниям, мало ли мест найдется в городе, где мы с Мишкой хорошо проводили время.

Перед самым рестораном Илья распахнул багажник и с напыщенным видом вручил мне букетище, и этим скорее напугал, чем впечатлил. Где, скажите, я вазу найду, способную выдержать эдакого монстра? Под завистливыми взглядами молоденьких официанток мы проследовали к столику, я с наслаждением плюхнула монстра на стол – пускай теперь у персонала об этом разнотравье голова болит. Я осторожно огляделась, воспоминания ударили прямиком в солнечное сплетение, но я ожидала, что будет больнее. Что ж, может и правду говорят люди насчет того, что время лечит.

Илья, вот, напротив, сиял белоснежной улыбкой. Отбеливает он их что ли? Пижон распахнул меню и с видом знатока поинтересовался:

– Сама выберешь или тебе посоветовать?

Решила дать ему шанс, хоть и знала меню чуть ли не на зубок.

– Думаю, что в такую погоду хорошо зайдет холодный крем-суп, зеленый салат и осьминог.

– Осьминог? – я поперхнулась. – Никогда не пробовала.

– Может, не сезон был?

– Но если мне не понравится, один его будешь жевать.

– А если понравится, то мне не достанется? – прищурился Илья, и я улыбнулась.

Мы мило беседовали в перерыве между супом и салатом, мой спутник старался вовсю, и это у него, буду честной, получалось, как соседний столик, стоявший чуть сбоку, заняла компания из трех мужчин. Я равнодушно скользнула по ним взглядом, смеясь над очередной хохмой своего кавалера, но взгляд зацепился за знакомое лицо. Смех оборвался на середине. Мужчину, что сел лицом ко мне, я знала. Человек из прошлой жизни, поводов для встреч с которым больше не было, да и искать их я давно перестала. И тот, чье предательство я переживала больнее всего.

Вкус салата я не почувствовала, но уверена, он, как и остальные блюда от шефа, был на высоте. Илья все пытался построить беседу, но вскоре затих и занялся едой. Я прожигала взглядом Олега, имитируя движения вилкой, Илья переводил заинтересованный взгляд с меня на объект моего интереса. Отмахнувшись от ропота внутреннего голоса о приличиях или мнении окружающих, я встала и, не отпуская мужского взгляда напротив, медленно подошла к соседнему столику. Опустилась на свободное, четвертое кресло и поздоровалась:

– Привет.