Странное пари (СИ) - Кириленко Ирина - Страница 16

Мужчина резко вскинулся и, не веря, уставился на неуверенно подходящую к нему девушку.

— Алекс, — снова прошептала Мари…

Грэг вскочил на ноги и, не успела Мари оглянуться, заключил её в крепкие объятья. Жаркие нетерпеливые губы жадно набросились на рот девушки. Язык властно проник внутрь и начал яростно, как в последний раз, его исследовать.

Мари сначала вздрогнула, замерла, а потом, как будто, прияв какие-то решение, стала так же горячо отвечать на поцелуй. Они стояли так целую вечность… как двое смертельно голодных человека, которые, наконец, дорвались до еды, всё никак не могли насытиться.

Мари закинула свои хрупкие руки на плечи мужчины и зарылась в его волосы.

— Девочка… моя сладкая девочка, — жарко шептал Алекс, пролагая дорожку из лёгких частых поцелуев от уже истерзанных губ по нежной шее вниз…

Он распахнул куртку девушки и накрыл ладонями её трепещущую грудь. Сердце так громко и быстро колотилось внутри, что, казалось, этот стук должен был бы эхом отражаться от стен дома. И было непонятно, чьё именно сердце так бьётся, чьё пытается изо всех сил вырваться из груди. Скорее всего, они звучали в унисон…

— Пойдём, — прошептала Мари, слегка отстранившись и взяв Алекса за руку.

Её маленькая хрупкая ладошка тут же утонула в огромной ладони Грэга.

Они шли молча. Крепко взявшись за руки. Профессор во все глаза смотрел на Мари, как будто, не веря… как будто, боясь, что всё это какой-то волшебный мираж, и девушка сейчас исчезнет. Они тихо поднялись на четвёртый этаж и вошли в уютную квартирку мисс, освещённую тёплым неясным светом ночника…

ГЛАВА 15.

Закрыв за ними верь, Алекс прислонил девушку к стене и снова яростно и нетерпеливо набросился на её губы… Они поспешно срывали друг с друга одежу, перемежая всё это быстрыми горячими поцелуями.

Обнажив, наконец, грудь девушки и восхищённо охнув, Грэг вобрал в рот один из бесстыже торчащих сосков. Задумчиво пососал его, перекатывая по языку и снова с силой втянул в себя…

Мари пылала… Лихорадочно перебирала волосы мужчины, спустила руки на ключицы, обвела ими широкие плечи, переместила на спину, слегка царапая ноготками лопатки.

Алекс, оторвавшись от груди девушки, одной рукой зарылся в её шелковистую гриву волос, а второй провёл по бедру, неизбежно приближаясь к заветному месту. Мари жалобно всхлипнула и Алекс тут же погасил этот всхлип поцелуем.

Погрузив пальцы в нежные и уже абсолютно мокрые складочки, мужчина довольно рыкнул, а девушка протяжно застонала. Левая рука переместилась на нежную грудь, смяла её, терзая, и, выделив на поверхности каменный сосок, слегка его прокрутила.

Правая, тем временем, уже нащупала болезненно ноющую горошину и легко на неё надавила. Снова погрузилась в складочки и нежно их потёрла. Средний палец плотно вошёл в сжавшееся от страсти отверстие, а большой палец снова надавил на клитор и стал легко выписывать вокруг него замысловатые узоры.

Мари задыхалась. Ноги уже почти её не держали и, если бы, она не была так надёжно припёрта к стене, наверняка, уже бы растеклась по полу хлюпающим растаявшим мороженым. Алекс опять завладел её губами, спустился к бьющейся синей жилке на шее и с силой втянул нежную кожу в рот. Потом, выдохнув, нежно воспользовался зубами.

Правая его рука, тем временем, всё яростнее и яростнее водила вокруг клитора. Мари вскрикнула и погрузилась в острое наслаждение, поднимающееся снизу волнами и охватившее теперь всё её тело.

Когда прошла серия судорог, девушка открыла глаза и вгляделась мутным расфокусированным взглядом в лицо Грэга. Мужчина внимательно следил за каждой её реакцией. Чёрные зрачки его красивых глаз почти полностью поглотили радужку, а из приоткрытых губ вырывалось неровное дыхание.

Мари резким движением сорвала с него рубашку и занялась пряжкой ремня. Брюки упали на пол и Мари сжала через тонкую хлопковую ткань трусов готовый их разорвать горячий и пульсирующий член. Алекс резко выпустил воздух через сжатые зубы и нежно убрал руки девушка к себе на грудь.

Он избавил от остатков белья сначала девушку, а потом себя. Подхватив под коленом левую ногу Мари, забросил себе на талию и вжался в её тело. Медленно и осторожно он начал входить членом в горячее мокрое отверстие. А потом, внимательно глядя в глаза, рывком вошёл на всю длину и начал движение.

Мари, положив голову на его плечо, покрывала лёгкими рваными поцелуями доступную ей загорелую кожу, прикусывая, пощипывая губами, втягивая…

Когда темп ускорился до невозможности, девушку накрыло второй волной оргазма. Она протяжно застонала, а мужчина, подгоняемый этим звуком, ещё пару раз качнулся, низко зарычал и, после серии сладких спазмов, обмяк, уткнувшись губами в шею Мари.

Они постояли так несколько мгновений, а потом Грэг немного отстранился, вглядываясь в лицо Мари, как будто, ища там ответы на какие-то свои очень важные вопросы, слегка улыбнулся и нежно её поцеловал…

***

«Ну, вот и всё, — лениво размышляла Мари, перебирая тёмные вьющиеся волосы спящего Грэга, — мы больше не враги. Не нужно больше всех этих игр на грани фола, никаких унижений и злобных насмешек… как хорошо…»

Рассвет лишь чуть-чуть забрезжил. Впереди долгое счастливое воскресенье. Никуда не надо спешить, никому не надо натягивать опостылевшие маски.

«Я не буду перебирать варианты: а что же дальше, — подумала девушка, уплывая в сон, — Как Алекс скажет, так и будет… он ничего плохого не может предложить… просто не может…»

Они занимались любовью ещё дважды: медленно и тягуче, когда Мари начала исследовать широкую грудь Алекса, а потом, увлёкшись, стала спускаться всё ниже и ниже… и второй раз: когда Алекс под утро разбудил девушку горячими нетерпеливыми поцелуями и без подготовки вошёл в неё сзади. К тому моменту Мари уже была полностью готова его принять и лишь стонала, купаясь в ощущениях…

***

Девушка проснулась, когда, на удивление, яркое осеннее солнце уже заливало всю спальню. Оглядевшись, Мари поняла, что одна, и, судя по холодной подушке рядом, кажется, давно. Никто не шумел льющейся водой в душе, никто не жарил яичницу на завтрак и не заваривал кофе. Не было и в беспорядке разбросанных мужских вещей в прихожей.

Часы показывали начало двенадцатого и до обеда оставалось чуть больше полутора часов.

Настроившись не паниковать, пока не поговорит с Алексом, Мари приняла душ, заварила кофе и плюхнулась в мягкое кресло, перебирая воспоминания прошедшей ночи.

Они почти не говорили. Если не считать рваных фраз и стонов во время занятий любовью. Мари просто не решалась что-нибудь сказать, боясь нарушить то необыкновенное состояние, в котором они находились. А Алекс… Что чувствовал Алекс, она не знала.

Он просто смотрел. Жарко, пьяняще, потом нежно, потом задумчиво, и снова, жарко… Было ощущение, что мужчина за эту ночь пережил всю ту широкую гамму эмоций, в которых так долго себе отказывал. И, вот, они прорвались и затопили. А он в них барахтался и барахтался… «Похоже, всё-таки, выплыл», — горько заметила себе Мари.

***

Для выхода к обеду девушка выбрала тёмно-серые немного расклешённые книзу брючки и нежно-голубую приталенную блузку навыпуск. Не очень строго, но элегантно. С особой тщательностью наложила естественный макияж. И, немного помедитировав перед выходом, чтоб успокоить расшалившиеся нервы и прогнать тревогу, спустилась вниз.

Том радостно поприветствовал её, привычно вскочив и отодвинув ей стул. Лидии пока не было. Места ректора и профессора Грэга тоже пустовали.

Никто, вероятно, не обратил внимания на то, что девушка и кое-кто из руководства, пропустили завтрак. В воскресенье утром — это было обычным делом. Кто-то решил поспать подольше, кто-то отправился за покупками или ещё по каким делам в город. Лишь Том пошутил что-то насчёт воскресной сони, и всё.

Лидия на всех парах ворвалась в столовую за пять минут до времени «икс» и, в обычной для себя манере, радостно затараторила, делясь с окружающими последними новостями, коих у неё всегда было припасено бесконечное множество.