Странное пари (СИ) - Кириленко Ирина - Страница 9

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ ***

«Не вставай в глухую оборону», — с едким сарказмом вспоминал тем же вечером Александр слова друга, — А противник, прям, нападает и нападает! Прям вот-вот в пыль разрушит первый бастион!.. Однако, забавно было бы, конечно, сейчас открыть дверь и обнаружить там полуголого врага в наступлении! Запахнутая шубка и обнажённые стройные ноги… и пухленькие губки так заманчиво шепчут: «Возьми…»… ЧЁРТ! Наглая девица! Сейчас же проваливай из моей головы!!!»

С каким-то остервенением Грэг принялся расстилать постель.

«Навязалась на мою голову, фифа! — продолжал он злиться, уже лёжа в кровати, — Все эти внезапные эротические фантазии — лишь настойчивый звоночек организма, что у тебя, парень, давно не было бодрящего полноценного секса, — убеждал себя Александр, — Вот именно! Как там Ден сказал? «Активной полноценной жизни»?.. Вот организм и требует… кхм… активности. В здоровом теле — здоровый дух! В ближайший же уикэнд займусь восстановлением здоровых функций организма. Вот только разберёмся с учредителями, сразу и займусь! Рвану в город за подпиткой… Нет, однако же, что за безумную фантазию она мне навязала?! Бесстыжая развратная девица!»…

ГЛАВА 9.

В субботу, во второй половине дня, когда Мари протирала пыль на книжных полках, лениво размышляя, чем заняться в оставшееся до ужина время — с утра зарядил неуютный сентябрьский дождь с промозглым ветром, в дверь её квартирки громко и настойчиво постучали.

Девушка испугано вздрогнула: такой стук не нёс в себе ничего хорошего. Лидия стучала совсем по-другому: звонкой быстрой дробью перебирала острыми ноготками по деревянной поверхности: тук-тук-тук-тук. Том стучал весёлым задорным ритмом — как песенку барабанными палочками отстукивал: там-тарам-та та-рам… Кто это может быть таким напористым?

Она даже не удивилась, открыв дверь и застав на пороге, как всегда угрюмого и мрачного, профессора Грэга.

— Прошу Вас следовать за мной, кол-ле-га, — со злорадной и, даже, торжествующей интонацией потребовал он, — Вас ожидают на рандеву.

— Кто меня «ожидает»? На какое «рандеву» — пыталась выяснить Мари, подхватив сумочку и послушно семеня за стремительно удаляющимся профессором.

На лестнице, наконец, заметив, что девушка значительно отстала, Александр грозно рявкнул:

— Прибавьте ходу, кол-ле-га!

— Вы надо мной издеваетесь, — возмутилась запыхавшаяся мисс, — несётесь, как угорелый, нагнетаете ужас своим несвоевременным сарказмом. Стойте! Скажите, кто и для чего меня ждёт?

— Терпение, мисс Компетентность, и сами всё узнаете. Вам же бояться нечего — Вы у нас ценный специалист…

— Скажите, хотя бы, где! Я сама туда подойду. А Вы спокойно сможете продолжать свои гонки.

Профессор Грэг, раздражённо хмыкнув, вернулся к девушке, схватил её, как капризного ребёнка за руку, и молча потащил за собой.

— Мы в детстве с папой так играли, — вдруг хихикнула куда-то профессору в подмышку Мари, — Он брал меня за руку и быстро шёл, а я летела за ним, как на крыльях, едва касаясь земли… Ой!

Грэг резко остановился, и девушка со всей скорости врезалась в его плечо.

— Вас ждут в кабинете ректора, — злобно выплюнул профессор, брезгливо откидывая в сторону руку Мари, — Поспешите, мисс Детские Фантазии!

С этими словами Александр порывисто развернулся и стремительно умчался в сторону кабинета ректора.

***

На подгибающихся ногах Мари, наконец, доковыляла до «места свидания». Поправила слегка съехавшую от быстрой ходьбы юбку, вздёрнула подбородок и вошла. В кабинете в креслах расположились трое мужчин. Кроме дяди Дена и, пронзающего её мрачным задумчивым взглядом, профессора Грэга, в третьем кресле расположился незнакомый господин средних лет.

Яркие слепяще-белые волосы были уложены в дорогую стрижку, тонкие красивого рисунка губы, аристократический орлиный нос, чуть выступающий подбородок и высокие скулы. Мужчина был, ослепительно красив. Но холодный презрительный взгляд светло-голубых прищуренных глаз, внимательно осмотревший девушку с головы до пят и обратно, портил всю картину. А тёмный дорогой костюм лишь подчёркивал разницу в положении небожителя и скромной учительницы с сомнительным опытом.

«Вот это типчик, — подумала Мари, осматривая ректорского гостя, — такого поставить напротив профессора Грэга, и пусть друг дружку целый день меряют взглядами и убивают презрением. Даже интересно, кто, в результате, победит», — внезапно развеселилась девушка, представив, как после упорной борьбы, незнакомец падает пред профессором ниц и молит о пощаде.

Тем временем гость, развернувшись обратно к ректору, продолжил, прерванный приходом девушки, разговор:

— А я Вам повторяю, профессор Коллинз! Это элитная школа для избранных, а не богадельня для приюта всех желающих. И, если, из-за Ваших махинаций, Комитет решит урезать финансирование, от лишних студентов придётся избавиться! Так что выбор за Вами: или Ваша сомнительная протеже, или талантливые дети из небогатых семей!

— Давайте обойдёмся пока без ультиматумов, дорогой мистер Тэккерей! Не будем пороть горячку! Мисс Мари была принята в штат с испытательным сроком. Занятия проходят факультативно и их результаты ни на что не влияют! Дети ею более чем довольны. Да что там, они её просто обожают!.. Мари, детка, не жмись в дверях! Присаживайся! Объясни сама нашему гостю, в чём состоит цель твоих занятий.

— Меня не интересует цель, если пути её достижения не выдерживают никакой критики, профессор! Я получил полный и подробный отчёт о методах проведения этих, с позволения сказать, лекций от собственного сына. К сожалению, Малколм слишком ослеплён ухищрениями новой… мисс, чтоб рассуждать здраво. Но это — мой сын! И только я вправе решать, кто и какое влияние на него будет иметь! Я ясно выразил свою мысль?

— И, всё-таки, я настаиваю! Давайте послушаем самого педагога!

— Педагога! - презрительно скривился мистер Тэккерей, — избавьте меня от Ваших игр словами, профессор Коллинз! Но извольте, я готов выслушать, какие у неё там аргументы. Но предупреждаю сразу: никаких больше прений я не потерплю! Я уже сформировал своё мнение и отступаться не намерен!

Мари заглянула в добрые ободряющие глаза дяди Дена, мельком бросила взгляд на задумчивого профессора Грэга, и прошла к указанному креслу.

— Если Вы позволите, господа, — прокашлявшись, решительно обратилась она к обоим профессорам, — мне бы хотелось поговорить с мистером Тэккереем наедине. Чтоб не отвлекаться на реплики… м-м-м… публики. О, прошу Вас, мистер Тэккерей! Всего лишь пара минут Вашего внимания, не больше!

Мистер Тэккерей холодно кивнул, и мужчины послушно покинули кабинет.

«Так, что тут у нас, — быстро проанализировала девушка, — непробиваемый равнодушный сноб, но сына любит — единственный раз полыхнуло в глазах, когда назвал имя мальчика. Наверняка, контролирует каждую эмоцию. А внимание близким цедит по капле. Сомневаюсь, что в семье приняты тёплые объятия и весёлые посиделки за столом. Бедный сын! Бедная жена…»

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Мистер Тэккерей, со всем уважением, хотела бы сначала подчеркнуть, что я здраво оцениваю своё положение и в школе, и на социальной лестнице вообще. И я, ни в коем случае, не претендую и не стремлюсь к влиянию на своих студентов. Речь идёт лишь об авторитете преподавателя и не более, — начала свою речь девушка.

Мистер Тэккерей всё так же продолжал равнодушно рассматривать пустое пространство где-то над макушкой Мари.

— Согласитесь, для будущих представителей элиты общества, важно не только развивать свой мозг и тело. Немаловажным навыком для них в будущем является умение так поставить себя с равными и, тем более, с представителями низших классов, чтоб ни у кого даже мысли не возникло о, хотя бы, ничтожном проявлении неуважения. Я учу их, если хотите, умению манипулировать окружающими. Вы же понимаете, что на Вашем уровне, качество очень даже полезное.