Whore (СИ) - Теллер Арина - Страница 103

– Хорошо, тогда единственное, что уберёт Вас с пусти будет это, – рычу я, и замахнувшись, бью кулаком в челюсть мужчины. Он отшатывается в сторону, и я, пользуясь случаем, иду к своей комнате, полностью игнорирую внезапно поднявшийся гомон позади.

Меня трясёт, и я иду сжимая зубы и кулаки. Как же меня всё достало!! Тупые уроды! Да, я знаю, что Амара не погладит меня по голове за этот срыв, потому что моё поведение похоже на то, как убийца пытается оправдаться, но мне плевать. Абсолютно плевать. Внутри меня бурлит ярость, что туманит рассудок и превращает меня в монстра, а страх лишь прибавляет мощности к этому дикому водовороту, которая просит выйти наружу. И если я сейчас не возьму себя в руки, то может случиться нечто плохое.

Едва зайдя в комнату, я захлопываю дверь и останавливаюсь, делаю глубокие вдохи, пытаясь успокоиться. Но это не работает сейчас, потому что внутри бушует ураган и не утихает, пока не сможет разрушить что-либо. Я сжимаю и разжимаю пальцы рук, но спокойствие не приходит, словно мощный барьер удерживает и не даёт вырваться наружу. Мне необходимо выпустить эту ненависть и злобу наружу, пока они не уничтожили меня.

Рыкнув, я сбрасываю с себя плащ и подбегаю к кровати. Сжимаю руки в кулаки и начинаю беспощадно бить мягкие подушки и одеяла, в попытке привести себя в чувства и избавиться от тяжкого груза, ибо за сегодня произошло слишком много событий, который сводят меня с ума. Рычу, но не останавливаю поток мощных ударов, лишь чувствую, как начинают болеть костяшки пальцев, как по щекам стекают слёзы. Я плачу, вспоминая обидные слова Амары, слова Каммилы и поединок с Алишей. В голове всплывают образы кровавого месива, и я не могу удержаться. Громкий крик вырывается из моей глотки, а колени подкашиваются. Я падаю на пол, и вцепляюсь руками в волосы, оттягивая их, причиняя себе максимум боли. Лишь бы не захлебнуться в этом водовороте, лишь бы не пойти на дно. Мне страшно. Потому что я устала от одиночества, страшно, что кто-то может убить меня, и моя душа навсегда застрянет в этом проклятом месте. Потому что я не убивала Алишу, но все думают, что это моих рук дело. Но я не виновата! Давление слишком высоко, и я не могу выдержать этого. Мне нужен Дэн. Нужна его поддержка, потому что он знает, что нужно делать в таких ситуациях. Но его здесь нет. А у меня здесь нет никого, кто бы смог понять меня. И помочь. Лишь Атто… Но что он может? Ничего. Он лишь подарит мне утешение, но не более.

Раскачиваясь из стороны в сторону, я начинаю глубоко дышать, постепенно ощущая, как истерика начинает отпускать меня. Как исчезает дрожь в теле, как высыхают слёзы на щеках. Я должна справиться с этим сейчас. Сама. Без всякой помощи. Остался всего-лишь один день. Одно испытание и Дэн вернётся. А дальше… Дальше меня ждёт не известность. Если Дэн выиграет, то я буду рада, но умру. Я уверена на сто процентов, что после всего этого, Дэн избавиться от меня. И это не смотря на то, что он привязал меня к себе, отнял всё и к себе стальной цепью приковал. А если Дэн проиграет, то результат останется неизменным. Как ни крути, я всё равно умру. И я знаю это.

***

Когда за окном начало темнеть, а истерика наконец-то оставила меня, оставляя после себя бесплодную выжженную пустыню из залы и пепла, я смогла успокоиться. Приняв душ и без всякой жалости выбросив одежду с испытаний, я переоделась в чистую одежду и обработала синякии раны, которые в бою мне нанесла Алиша. Кровавое месиво никак не желало оставлять меня, и в один миг мне показалось, что из крана в ванной течёт не вода, а кровь. Однако я, стиснув зубы, молила тьму внутри себя поставить блок в сознании, чтобы выдержать и не сойти с ума. И она послушалась меня, ведь совсем скоро вернётся тот, кого она так обожает и боготворит. Её создатель и хозяин.

Когда все дела были закончены, я вышла из ванной и обомлела, видя, что в комнате собралось около десяти человек. Какого хрена? Среди них я вижу Амару, Руби, Кэтрин и Грейс. Остальные мне незнакомы. Я вздрагиваю, когда нечто пушистое касается моих ног, но быстро успокаиваюсь, видя, что это Атто вьётся подле моих ноги. Слегка улыбнувшись, я беру животное на руки и поглаживаю, вызывая у того тихое урчание.

– Что вы все тут делаете? – спрашиваю я, направляясь в сторону кровати. Я кидаю беглый взгляд на настенные часы, и вижу, что их стрелки показывают начало восьмого.

– Ты же сама просила собраться, – отвечает Амара. Я отпускаю Атто на кровать, и разворачиваюсь к присутствующим лицом.

– Кажется, я просила тебя привести Руби и Кэтрин, и не припомню того, чтобы просила приводить посторонних, – говорю я, скрещивая руки на груди и неодобрительно обводя взглядом окружающих.

– То, что произошло с Алишей… Теперь это касается всех нас, – встревает Руби.

– Я понимаю, что Алиша была твоей подругой, но не жди от меня речей о том, что мне жаль. Несомненно, что её смерть была страшной, но мне не жаль её, – отвечаю я. – И если кто-то в этой комнате верит в то, что я могла убить её, то прошу Вас уйти. Я не горю желанием видеть вашиненавистные взгляды и выслушать гнилые речи, понятно? Я и так слишком сильно устала.

– Никто из нас не думает о том, что это была ты, Сара, – говорит Кэтрин.

– В таком случае, кто все эти люди?

– Охрана. Мы решили удвоить её, чтобы шансы на твоё убийство уменьшились. Так же, я думаю, что для безопасности, мы все сегодня останемся на ночь здесь, – усмехается Амара.

Я фыркаю.

– Пол в вашем распоряжении. И, да, Грейс, а вы что тут делайте?

– Госпожа, я принесла Вам вашего фамильяраи пришла спросить голодны ли вы? – отвечает женщина, опустив взгляд в пол.

– Вы серьёзно думайте, что после того, что я увидела, я смогу есть? Нет. Спасибо Вам за Атто, но больше мне ничего не нужно. Иди к себе. Увидимся завтра. И да, один человек из охраны проводит Вас до вашей комнаты, – говорю я, и видя то, как хмурится Руби и Амара, добавляю: – Это не обсуждается!

Грейс делает низкий поклон, и уходит из комнаты, а следом за ней уходит один охранник. Отлично. По крайней мере, сейчас, у меня есть право голоса. Когда дверь в комнату захлопнулась, я свободно выдыхаю и сажусь на кровать.

– И что дальше?

– Мы думаем о том, что здесь работает наёмник. Кто-то чужой, кого мы смогли упустить из виду, – говорит Кэтрин.

– Это могут быть люди Ричарда! – встревает Руби.

– Возможно, но это слишком рискованно для него. И он это знает. Что-то тут не так, – вмешивается Амара. Между девушками завязывается громкий спор, и я не спешу встревать в него. Ибо не вижу смысла, потому им известно то, чего не знаю я. Однако в словах Амары есть доля правды. Ричард прибегнул к помощи своих людей, чтобы убить меня в лабиринте, и у него не вышло. Он не настолько глуп, чтобы подставлять себя. Ведь если выясниться что это его рук дело, то не видать ему короны. А это определённо не то, чего он хочет. Возможно, на территории Дворца работает кто-то другой. Иной наёмник, которого послали враги Дэна. Возможно, что этот наёмник прямо сейчас наблюдает за нами или прячется, выжидая своего часа. В любом случае, в смерти Алиши много странностей. Почему именно здесь, а не в другом месте? Почему отрубили голову? И почему… Я хмурюсь, вспоминая о той странной надписи. И слова того мужчины. Он говорил о том, что я плохо знаю своих людей, словно подозревал о чём-то. Это слово… Оно мне так знакомо. Но я не могу вспомнить, что оно означает. Может быть, если я смогу узнать его значение, то смогу сложить, хотя бы какое-то подобие картинки произошедшего в голове. Хотя, признаться честно, я не особо хочу рыться во всём этом. Но Кэтрин была права, теперь, это общее дело нас всех.

– Амара! – кричу я, встревая в непрекращающийся спор между наёмницами. – Амара! Да заткнитесь вы!

Девушки вмиг затихают и удивлённо смотрят на меня.

– Что означает слово «Кэрона»? – спрашиваю я.

– А зачем тебе? – удивляется Амара.

– Просто скажи.

– Оно означает предатель, – отвечает Кэтрин, а Руби согласно кивает.