Современные будзюцу и будо - Дрэгер Донн - Страница 40

Ямагучи Гогэн создал свой, японский стиль каратэ, Годзю, определив его как сэйсин-но моно, т.е. духовный. Именно стремление к балансу «жестких» (го) и «мягких» (дзю) действий при выполнении приемов отражено в самом названии стиля Годзю, что является, возможно, лучшим примером влияния китайского принципа нэй-гун (внутренней работы) на японский стиль каратэ-до. Последователи Ямагучи поэтому особое внимание уделяют разработке специальных упражнений, позволяющих развивать внутреннюю силу. Эти упражнения должны научить достигать такого согласия между выбором позиции, движением и дыханием, чтобы тело действовало как одно целое, объединенное одним усилием. Дыхание должно быть мощным, но медленным, и совершаться в точно размеренном ритме. Вдох должен быть похож на то, как мы «нюхаем» воздух, выдох же должен производиться с силой и сопровождаться звуком, издаваемым воздухом, выпускаемым наружу при напряжении мышц живота.

Следование пути, т.е. до, посредством дисциплин каратэ-до для Ямагучи выражается в терпении, стойкости и настойчивости. Каратэ-до в наиболее широком смысле, по его словам, «является путем мира». Каратэ-до означает «уберечь себя от ударов, но также и самому избежать нанесения ударов другим». Человеческая мораль различна у людей, но каратэ-до, говорит Ямагучи, может направлять поведение всех людей. Поэтому до — это путь, указующий, как правильно жить, и кто уклоняется от него, полагает Ямагучи, тот трус. Правильно ведущиеся занятия каратэ-до помогают открыть для себя неагрессивный путь жизни.

Каратэ-до в настоящее время

Поразительный рост популярности в Японии систем, подобных каратэ, привел к созданию двухмиллионной армии последователей, которые разбились на два лагеря. Каратэ-до тяготело в основном к спорту, и у него было наибольшее число сторонников; каратэ-дзюцу было исходно нацелено на задачи самообороны.

На Окинаве полагают, что Итосу был первым, кто учил каратэ-дзюцу как спорту. Он якобы приступил к этому в 1905 году, занимаясь с учащимися средней школы, после того как японские власти разрешили включить этот вид единоборства в программу физического воспитания школьников. Но именно японцы первыми стали относиться к каратэ-до как к спорту; окинавское каратэ-дзюцу ни в коей мере не считалось спортом, пока не попало под японское влияние. В 1936 году Сётокан, созданный Фунакоши, организовал проведение дзию кумитэ, иначе «свободного спарринга». Подобная инициатива в конечном счете привела к организации в 1957 году соревнований и чемпионата по каратэ. Сегодня большинство японцев занимается каратэ-до с целью достичь успеха в состязаниях; все остальное для них второстепенно. Накаяма Масатоши, нынешний главный наставник Японского Союза Каратэ (ЯСК), обеспокоен подобной тенденцией и хочет, чтобы каратэ-до служило задачам, определенным его основателем, Фунакоши: «Эту [спортивную] направленность, разумеется, можно приветствовать, но нацеленность в занятиях исключительно на победу в матчевом поединке может нанести вред этому динамичному и яркому единоборству. Потребность в заложении настоящих основ мастерства, по-моему, ныне наиболее насущна, чем когда-либо. Я полагаю, что каратэ-до надо рассматривать в более широкой перспективе. С точки зрения его развития как современной дисциплины, а также со стороны физического воспитания конечной целью каратэ-до должно стать воспитание [зрелой] нравственной личности, что достигается благодаря упорным и неустанным занятиям».

Приспосабливание каратэподобных техник, имеющих исключительно боевую направленность, к нуждам спорта, как это имело место в случае каратэ-до, началось с идей сына Фунакоши. Техники старшего Фунакоши ориентировались на задачи самообороны. Они характеризовались использованием широких стоек и определялись действиями на ближнем расстоянии. Короткие, мощные удары ногами в нижние части тела, чтобы избежать возможных контратакующих действий, были излюбленной тактикой открытых действий у Фунакоши; они сопровождались хорошо продуманной бросковой техникой. Младший Фунакоши проповедовал стиль, в большей степени основанный на прямых и подвижных стойках, а это подразумевало, что противник находится на большом удалении. Он широко использовал тактику удара полностью выпрямленной ногой в высоко расположенные области тела, что мы видим в сегодняшних маваси-гэри (круговом ударе ногой), ёко-кэкоми (ударе ногой с выпадом в сторону) и усиро-гэри (ударе ногой назад). Бросковые техники используются редко. Все это составляет основу нынешнего стиля ЯСК.

Японское каратэ-до в общем-то, попав под влияние младшего Фунакоши, является лишь номинально боевой формой единоборства, поскольку здесь отказались от оружия и бросковой техники. К тому же многие из разрабатываемых техник, если их использовать в условиях настоящей боевой схватки, небезопасны и могут серьезно травмировать того, кто ими пользуется. И тем не менее, поскольку выполнение приемов в стиле ЯСК требует от исполнителя направлять свое тело целиком на атакующие либо оборонительные действия, этот стиль создает впечатление мощного, силового единоборства, чрезвычайно притягательного для энергичных молодых людей. Этот стиль прекрасно подходит для соревнований. Поэтому стиль ЯСК оказывает воздействие почти на все секции каратэ-до, буквально вынуждая их следовать сходным формам технических приемов, если они желают привлечь к себе новых членов и не отставать от набирающего популярность спортивного стиля ЯСК.

Реакция на потерю японским каратэ-до цельности как боевой дисциплины не заставила себя долго ждать. Два человека могут послужить примером того, как усилия многих людей были направлены на то, чтобы сохранить воинскую природу каратэподобных техник, которая в форме каратэ-до была существенно подорвана.

Возможно, время покажет, что, кореец по национальности, Ояма Масутацу, ставший натурализованным японцем, был смелым, блестящим синтезатором техник каратэ, хотя ныне его популярность среди официальных представителей японского каратэ-до невелика. Ояма начал изучать японское каратэ-до под влиянием идей школы Годзю, созданной Ямагучи Гогэном. Ояма к тому времени уже хорошо усвоил китайские и корейские боевые искусства, но его изучение Годзю каратэ-до позволило обобщить полученный опыт и создать свою собственную эклектическую систему. Идеи Оямы, представленные теперь в стиле Кёкусин, основывались по существу на представлении о мысленном бое, пронизанном духом концепций дзэн-буддизма. Стиль Кёкусин является исключительно формой до боевых единоборств, представляющейся Ояме «путем мужества», однако Ояма бескомпромиссен в отношении того, что все каратэподобные системы изначально являются боевыми искусствами и должны таковыми оставаться, если хотят сохранить свое название «каратэ». Все учения Оямы пронизывает идея хитоцуки хитогэри, т.е. «одним ударом руки или ноги» решить исход поединка. Кёкусин каратэ-до довольно обширная и достаточно эффективная система; ее методы занятий отличает большая суровость. Элементы корейских, китайских, японских, окинавских и сиамских боевых искусств собрал воедино Ояма, пытаясь построить эффективную систему самообороны.

Кёкусин каратэ-до является прежде всего системой безоружного боя, но от использования оружия при обучении здесь не отказываются. Даже в соревнованиях Ояма настаивал придерживаться условий реального боя. Для него простое касание рукой или ногой противника, не важно, как бы быстро и умело это не делалось вовсе не является ударом; то же самое относится и к успешно проведенной атаке, которая умышленно прерывается в непосредственной близости к цели концентрацией усилий самого атакующего. Чтобы выявить победителя, настаивает Ояма, в состязаниях по каратэ-до необходимо разрешить контакт (как в боксе), и такой контакт нокаутирует соперника или вынудит его отказаться от дальнейшего боя. Разумеется, необходимо обеспечить для борющихся сторон некоторую степень безопасности, что, как полагает Ояма, могут дать введение определенных правил и защитная амуниция.