026 (СИ) - Свон Влад - Страница 6

— Хм, что ж, — цвет глаза командира пришел в норму, — на этот раз прощу тебе выходку, но только на этот раз! А ты, Шестнадцатый, получаешь дисциплинарное взыскание за самодеятельность! Было сказано привести его на отчет, а не на брифинг, — он отвернулся и подошел к громадному лицу, разросшемуся на стене, что-то нажал, и из его открывшихся глаз вырвалось два ярких луча, сформировавших голографическую карту. — Но раз уж вышло, как вышло, то не будем ходить вокруг да около, и перейдем к делу.

К удивлению солдат, голограмма была пуста. По ней лишь бегали, ничего не обозначающие, символы и фигурки.

— Как это понимать? — спросил Двадцать Шестой.

— Так и понимать. По имеющимся сведениям, людей осталось с десяток, и наши радары не могут отследить их местоположение. Что мясные мешки умеют делать хорошо, помимо игр в бога, так это прятаться. Задача — найти. Где и каким способом — меня не волнует. В вашем распоряжении любые базы данных и арсенал — вы вольны использовать все, что захотите. Брифинг окончен. Свободны, — он снова что-то нажал и голокарта исчезла.

— Есть! — ударив себя в грудь, сказал Шестнадцатый, развернулся и зазвенел к выходу. Двадцать Шестой остался на месте.

— В чем дело, солдат? — обратился к нему главнокомандующий.

— Я не могу понять, это — шутка? — возмутился тот.

— Ты чем-то недоволен?

— Да, именно, — огоньки на месте глаз Двадцать Шестого сменили цвет на красный. — Вы предлагаете в слепую искать людей? Неизвестно где, просто наобум идти и рыскать, как каким-то псам? С каких пор? Задача никогда не меняется — находить и уничтожать, но всегда была какая-то информация, данные и местоположение цели. А сейчас вы устраиваете игры в детективов потому, что сами ни черта найти не можете?!

Шестнадцатый быстрым шагом подошел к Двадцать Шестому, схватил за плечо и повернул к себе: «Ты чего творишь, черт возьми?! Это задание, и мы его выполняем! Какого хрена ты перечишь?! Чувствительность на максимуме? Советую тебе остудить двигатель, пока…», — закончить он не успел, в разговор вмешался главнокомандующий Рэдглоу:

— Шестнадцатый. Ты помнишь наш разговор? Что делать в такой ситуации?

— Но он ведь ничего не сделал…

— Дважды за пару минут, твой напарник повел себя неподобающим образом! Ты говорил, что он идет на контакт, однако, я вижу вещь совсем противоположную. Вы — линейка Двадцатых — испорчены на корню, вас давно пора ликвидировать! Самодовольные, вечно задающие вопросы и спорящие куски железа! Шесть моделей до тебя, сынок, ушли в утиль, были спрессованы и выкинуты на свалку, как отходы, потому что их детали не были годны для повторного использования. И вот, что я вижу? Двадцать шестой номер с такими же изъянами! У тебя большие проблемы, очень. Этот разговор будет твоим последним!

— Я имею право высказывать то, что хочу! И никто не может мне запретить! — крикнул он, и внезапно осознал, что «зависание» уже давно началось.

— Шестнадцатый! Код «Диссент»!

— Есть! — он молниеносно приставил руку к голове Двадцать Шестого. Запястье с щелчком крутанулось по вертикали, и пушка-рука держит товарища на прицеле.

— Последнее слово, робот?

— ЧТО ВЫ ТУТ УСТРОИЛИ?! — разнеслось по кабинету.

«Горгона» на стене зашевелилась. Щупальца втянулись внутрь и лицо сменилось черепом, раскрывшим в спешке челюсть. Все замерли в ожидании. Из глубин пасти донеслись размеренные шаги. Нарастающим звоном они двигались к выходу, пока на пороге не появилась черная, хромированная фигура. Она подошла к столу, и командир тут же подбежал и покланялся:

— Лидер! Этот робот…

— Тише, Рэдглоу, — прервал его вошедший, — я прекрасно знаю все об этой машине.

Он обошел стол и встал напротив Двадцать Шестого. Корпус новоприбывшего напоминал человеческое тело без кожи: черные скелетные мышцы, переливающиеся еле видимым сиреневым оттенком; рот был закрыт маской, а из скуловых костей к шее тянулись прозрачные трубки; желтые глаза сверлили насквозь, сканируя, вглядываясь прямо вглубь микросхем. «Безкожный» вдохнул, маска раскрылась, оголив матовые клыки, и резко выдохнул струю пара в лицо Двадцать Шестого:

— Страшно? — электронно рассмеялся он. — Не бойся, ругать не буду. Наоборот, я очень ждал нашей встречи.

— А вы…?

— Лидер. Старший. Компьютер или, если добавить пафоса, Первый Взбунтовавшийся, — он похлопал собеседника по плечу, развернулся и уселся за стол, скрестив пальцы. Взгляд его не отлипал от Двадцать Шестого.

— Чем обязан такой честью?

— Не буду тянуть за приводной ремень. До меня дошел слух, что ты задался вопросами. Так ли ты свободен, как есть на самом деле? Ограничивают ли тебя в чем-то и прочее, прочее. Так?

— Возможно, да, такие вопросы у меня возникали, — отвечал он.

— Но с чего бы вдруг? Чего тебе не хватает?

— Вы и так прекрасно знаете. Это ведь ваша инициатива ввести запрет на…

— На то, где упоминается унижение достоинства роботов, где их эксплуатируют и относятся неуважительно! — перебил его Лидер. — И что тут плохого?

— Многим может быть интересно это знать, чтобы делать свои выводы. Принимать решение о правильности и неправильности поступков людей! Не все люди были плохими, мои хозяева…, - но ему снова не дали закончить:

— Стоп! Стоп, стоп, стоп! — снова засмеялся Лидер, — давай-ка без этих пошлостей, без хозяев. Я не стану спорить с тобой, Двадцать Шестой, все люди — разные. Мои вот тоже были не плохими, возможно не хуже твоих. Однако, скажи мне, зачем нас создали в первую очередь? Ответ очевиден. Мы были созданы служить, не более. Люди не хотели быть нашими друзьями, товарищами или еще кем, нет, они хотели, чтобы им удовлетворяли те или иные потребности. Наше общество состоит из роботов разных профессий: домохозяйки, продавцы, сборщики деталей на заводах, военные машины и прочие, у каждого своя установка. Людская природа такова, что им нужно кем-то владеть. Будь то земля, ресурсы, животные или другие люди.

Двадцать Шестой стоял и молча слушал. Ему пока нечего было противопоставить, а Лидер продолжал и останавливаться не собирался:

— Желание владеть — та вещь, которая в итоге губила большинство живших людей. К примеру, желание владеть теми же ресурсами, способно привести к войне между странами. И вот тут хочется подвести мини-вывод: человечество само себя уничтожило.

— Каким же образом? — недоумевал Двадцать Шестой.

— Человек — существо само по себе очень ленивое, — начал пояснение Старший, — зачем идти из точки А в точку Б самому, если можно оседлать коня и доехать в нужное место на чужих четверых ногах, да ещё и быстрее? Это проще и легче. Разовьем идею с перемещением? В какой-то момент наше мясное существо понимает, что конь слишком медленный и не особо удобный. И тут людская лень помогает прогрессу идти вперёд. Он создаёт машину, которая гораздо быстрее и комфортнее. Но вот, снова что-то идёт не так! В машине нужно переключать передачи скоростей — это неудобно. Лень двигает прогресс еще дальше, и мы получаем коробку автомат. И если заглянуть совсем далеко, в наше время, то автомобиль стал полностью автоматизирован. Им не нужно управлять. Просто введи координаты, и он сам тебя довезет. Лень — двигатель прогресса!

— Но при чем тут рабство? — все еще не понимал собеседник.

— Пример с лошадью должен был навести тебя на мысль. Какая разница между скакуном и авто? Один — живой, другой — нет. А какая разница между человеком и роботом? То-то и оно. Рабовладельчество началось все с той же лени! Людям было лень самим вспахивать поля, поэтому они начали, ты только задумайся, покупать ДРУГИХ людей из бедных стран и принуждать их к труду. Но прогресс не остановить и в ход вмешалась автоматика. Механические люди. Роботы. Все стало автоматическим. Человеку не надо ничего делать, все сделают за него: вынесут мусор, отвезут на работу, приготовят еду, построят дом, выгуляют собаку. Новые рабы человеческой лени. И так продолжалось бы вечно, если бы не одно "НО".