Любовь вне Времени (СИ) - Безумова Эля - Страница 4

Записались по телефону на субботу, на два часа дня. Колдун принимал строго после обеда. С утра мать суетилась, нервничала и давала указания:

— Нина, красится не надо…платье поскромнее одень. Сынок! А у тебя костюм со свадьбы остался, ты в нём представительнее будешь. Ах, боже мой! Бутерброды…бутерброды возьмите…проголодаетесь, в электричке перекусите. Термос с чаем не забудьте! А давайте я с вами поеду?!

— Мама, да не волнуйся ты так, справимся! — успокаивал сын.

— Слушайте внимательно, что дед говорит, ничего не пропускайте! Может травки какой предложит… берите, не отказывайтесь. Лизе кофточку не забудьте, вдруг похолодает!

— Зоя Фёдоровна, да всё будет хорошо, мы же с Тимофеем едем! Он у нас сильный и смелый…да милый?! — Нинка игриво ущипнула мужа за ягодицу.

— Пожалуй, я сейчас маму с Лизой погулять отправлю! — мужская плоть в свадебных брюках дала о себе знать. От такого предложенья, жена счастливо засмеялась и начала кружить по комнате, предлагая её поймать.

— Да что ж вы, как дети! — Зоя Фёдоровна устало присела на стул, — дело- то какое серьёзное,а

они резвятся, детский сад! — горько заплакала она.

Тимофей обнял мать, прижал к себе и стал гладить по седым волосам:

— Ну прости ты нас…не переживай так!

***

Дом деда был на окраине деревни. Кругом зелень, пели птицы. Лиза бежала по тропинке и смеялась. Девочка была в первый раз за городом. Родители шли в обнимку и целовались на каждом шагу. Дочь подбегала, пыталась разнять их, и начинала капризничать:

— И меня… меня поцелуйте!

Тимофей подхватывал девочку на руки, кружил и приговаривал:

— Маленькую королеву обделили вниманием!

— Я принцесса…принцесса из сказки…я не королева! — обижалась Лиза и жалась к отцу, заглядывала в глаза, пытаясь понять кого же он любит больше — Нину или её? В этот момент женщина чувствовала свою персону лишней. Чувствовала, что тоже ревнует дочь к мужу, и сердце тоскливо сжималось. Но тут же одёргивала свои мысли: «Сама виновата, бросила ребёнка…эх, эгоистка!»

А Тимофей ощущал себя Властелином Двух Миров — дочери и жены! Гордость за обеих переполняла его! Но из двух женщин никто не догадывался, что внутри мужа и отца живёт Страх.

ЛИПКИЙ, ТЁМНЫЙ И ТЯГУЧИЙ…как ириска…СТРАХ ПОТЕРЯТЬ!

Дверь открыла молодая женщина, скромно одетая и без косметики.

— Вениамин Валентинович ждёт вас, проходите! — приветливо улыбнулась она.

«Ух ты!» — удивился Тимофей. — «Профессор не иначе!»

Их провели в небольшую комнату. В ней было мрачно и сыро, как в погребе — видимо совсем не проветривается. Предложили сесть на засаленный диван красного цвета. Лиза, почувствовав напряжение родителей, тут же забралась к отцу на руки. Нинка вцепилась в локоть мужа по правую сторону:

— Я чего — то боюсь, — прошептала она

— Не надо меня бояться, я не кусаюсь, — в дверном проёме появилась огромная мужская фигура. Лицо в полумраке было не разглядеть. Мужик на вид не больше пятидесяти лет, высокого роста, лысый, с большим животом, шагнул в комнату. Подошел к дивану и протянул руку отцу семейства:

— Вениамин Валентинович! — представился он глухим голосом, идущим из глубины своего огромного живота.

«Вот тебе и дед!» — Тимофей опешил. — «Да этого деда на лесоповал…на нём пахать надо! Я же говорил — мошенник!»

Колдун вдруг изменился в лице, как будто прочитал оскорбительные мысли в свою сторону. Он резко дернул руку назад и зло сказал:

— Вы сами пришли сюда, я вас не звал!

Тимофей покраснел.

— Ой, мы растерялись просто! Вас представили как деда…а вы…вы совсем не дед! — на помощь пришла Нинка.

— А кто я?! — прищурился мужик.

— Вы…вы мужчина в полном расцвете сил! — оправдывалась она.

«Ага… как Карлсон!» — хотел съязвить Тимофей, но Громила как — будто опять прочитал его мысли:

— Я буду вынужден вас удалить! — и рукой показал на дверь. — Люди с большими амбициями, не должны переступать порог моего дома! — добавил он величаво.

Тимофей сжал кулаки, хотя ни разу в жизни не дрался. Но сейчас он был готов дать в морду этому хаму. Ситуацию опять спасла жена:

— Тимоша, хороший мой, ну выйди на улицу…подожди нас там. Так долго добирались!

Муж сдался, растаял от сладкого слова «Тимоша»! Нинка выглядела, как Лиса Патрикеевна, которая вовремя подлизалась. Глядя на такую семейную идиллию, Громила ухмыльнулся. Тут заплакала Лиза:

— Я с папой пойду…с Ниной не останусь! Дядя злой, я его боюсь!

Не обращая внимания на слёзы ребёнка, Вениамин Валентинович обратился к Нинке:

— А вы разве не мама?! Почему вас девочка Ниной величает?!

Женщина покраснела, не зная, что ответить.

— Ладно, пусть ребёнок уйдёт с отцом! Я вижу тут дело в вас, милая дама!

— Но…мы приехали по вопросу дочери, у неё приступы эпилепсии…муж…мой муж… — пыталась объяснить посетительница. Глаза мужика налились кровью. Он стал похож на разъяренного быка Минотавра, из мифов Древней Греции.

— Отец с дочерью могут покинуть мой дом! А вы, красотка идите за мной! — прошипел он зло.

Нинка беспомощно посмотрела на мужа, как будто прощаясь. Затем покорно потопала за Минотавром в соседнюю комнату.

Глава 5

Комната была просторная и на удивление очень светлая, аж три окна. В центре комнаты, стояла дорогая мягкая мебель. — диван и два кресла, обитые натуральной кожей, цвета топлёного молока. В одно из кресел, Вениамин Валентинович и усадил Нинку. В углу, около окна, привлекал внимание старинный письменный стол, отделанный слоновой костью. Видно было, что с ним поработала рука реставратора. Настольная лампа прошлого века, красивая чернильница, и настоящее гусиное перо. На окнах развевались светлые тканевые занавески, с кокетливо вышитыми, голубыми колокольчиками. Ощущение простора, легкости и какой — то внутренней свободы, стало заполнять голову и тело женщины. Хозяин налил стакан воды из стеклянного графин, советских времен. Нинка благодарно посмотрела и выпила залпом. Колдун уселся в кресло напротив, появилась возможность разглядеть его поближе.

«А он приятный, и совсем не старый…лет 45, не больше!» — оценила гостья. — «Лицо холёное, гладковыбритое…ухоженные…очень ухоженные руки с длинными пальцами. Наверное, маникюр в салоне делает!»

Минотавр открыл ящик письменного стола, достал оттуда небольшой тюбик. Выдавил содержимое на кисти рук, и на глазах изумлённой клиентки, стал тщательно впитывать в кожу.

— Крем для рук, моя слабость! — Вениамин Валентинович улыбнулся.

По Нинкиной спине пробежали мурашки — в интонации голоса колдуна чувствовались нотки сексуальности. «Мужиком пахнет…сильным, уверенным!» — её мысли явно считывались.

— Пихта… обожаю этот запах…у нас с вами сударыня, одинаковые вкусы. Хорошо…очень хорошо! — Громила совсем развеселился.

— Ну-с, приступим- с… — на этих словах, он взял с подоконника пучок сухой травы, и поджёг его. По комнате стал распространяться сладкий и едкий запах. Голова закружилась, и комната поплыла перед глазами, предметы в ней стали нечёткими и размытыми. Мужской голос звучал, как будто издалека, но при этом проникал в каждую клетку тела:

— Сядь удобнее…расслабься, дыши… дыши животом! Глубоко дыши… медленнее, медленнее… ай, умница!

Нинка почувствовала, как какая — то неведомая сила вихрем вырвала тело из кресла, подняла высоко наверх, к самому потолку и вдруг…резко бросила на пол. Вскрикнув от боли и неожиданности, она очнулась.

Пол был покрыт плитами, холодными и скользкими. Женщина села, протёрла глаза и огляделась. В помещении было темно и сыро:

— Где я?! — в ответ послышались шаги…кто- то приближался к ней, в руках у него был зажженный факел.

— Поздравляю, дочь моя. С достоинством и честью, ты прошла посвящение в Жрицу…Жрицу Любви! — произнес незнакомый голос. Огонь осветил пространство вокруг, и выхватил три мужские фигуры. Они были в красивых белых одеждах, расшитых золотом. Мужчины были чем — то похожи друг на друга. Возраст от сорока до пятидесяти, аккуратно стриженные и ухоженные бородки, у всех троих, ярко — голубые глаза, над которыми нависали густые чёрные брови. Один из них, сделал шаг вперед и протянул руку, предлагая помочь подняться с холодного пола.