Кровь и ложь (ЛП) - Вильденштейн Оливия - Страница 53

— Своим ходом.

Я опустила глаза на красное платье, которое развевалось вокруг моих щиколоток.

— Тогда почему ты откладываешь своё участие?

Я споткнулась и могла бы упасть лицом вниз, если бы он не поддержал меня. Мне это мало помогло, так как мои тонкие каблуки продолжали утопать в мягкой земле.

— Я не откладываю...

— Несс, не надо врать. Я не идиот. Пока Лукас и Лиам бродят по моему дому, ты стоишь неподвижно на лужайке, точно печальный цветок мака.

Он завёл меня за угол какого-то куста с острыми листьями, а потом ещё за один куст. Я была дезориентирована. И причиной тому был не только густой лабиринт, но и признание Джулиана. Он знал причину нашего появления здесь. Но как? Я раскрыла рот, но ничего не сказала, а просто уставилась на него.

— Ты думаешь, я пригласил вас на свадьбу своего племянника по доброте душевной?

Я попыталась закрыть рот, но он не закрывался. Словно суставы в моей челюсти перестали работать из-за шока.

— У меня есть кое-что, что очень ценно для твоей стаи, и МакНамара знает об этом. Это был вопрос времени, прежде чем он отправил бы своих парней вернуть эту вещь.

Наконец я смогла заставить свой рот заработать.

— Но как... Как вы узнали, что это будет частью соревнования?

— Я сделал всё, чтобы это стало его частью, пригласив вас в своё поместье.

Раздался громкий птичий крик. Я подняла глаза к небу, чтобы узнать, что за птица издавала такой оглушительный звук, но не увидела ничего у себя над головой.

— Если бы у твоей стаи было что-то, принадлежащее мне, на месте Фрэнка, я бы воспользовался возможностью войти в центральную дверь, вместо того, чтобы вламываться силой.

— Значит, ваша стая, и правда, украла эту вещь? — прошептала я в темноту.

— Нет.

— Но тогда... как...

— Кое-кто передал мне её за одну услугу. Я знал, что эта вещь была очень важной, потому что Хит нанёс мне визит за пару дней до своей смерти с требованием вернуть её. В тот момент я не понимал, что за бред он несёт. Но, конечно же, его просьба пробудила во мне сильнейшее любопытство. И когда вещь, за которой он охотился, попала мне в руки спустя некоторое время... думаю, ты можешь представить, в каком я был восторге.

Джулиан остановился, что заставило остановиться и меня. Он нахмурился и отпустил мою руку. Я решила, что кто-то идёт, но не услышала ничьих шагов, и не почувствовала никакого постороннего запаха. Но опять же, было сложно различить какой-то другой запах, кроме кислого амбре, витающего в воздухе. Джулиан протянул руку и сорвал листик, торчащий из зелёной стены у меня за спиной.

Так вот для чего мы остановились.

Моя кожа резко похолодела, когда я осознала что, если я перейду ту черту, которую он провёл для меня, вероятно, он переломит мою шею, точно так же, как переломил черенок этого неидеального листка.

Джулиан снова обратил своё внимание на меня. Я отступила на шаг назад и обнаженной лопаткой коснулась шероховатой изгороди. Зачем я последовала за ним в лабиринт, который он знал, как свои пять пальцев?

Небо сделалось фиолетово-голубого цвета, как и глаза Джулиана. Он упивался моим страхом, точно смаковал великолепное вино столетней выдержки.

Он протянул мне свою руку.

— Идём?

Я сглотнула и заставила свои конечности начать двигаться, хотя от одной мысли о том, чтобы коснуться Джулиана, по моим рукам пробегала дрожь.

Когда мы снова начали двигаться, он сказал:

— Незадолго до того, как мы познакомились, я связался с МакНамарой и сообщил ему о том, что у нас было то, что так отчаянно искал Хит. Я пообещал ему вернуть эту вещь, если он объяснит мне её назначение.

Я попыталась снова сглотнуть.

— Должно быть, он не сказал вам, раз она всё ещё у вас.

Он цыкнул.

— Вы совсем в меня не верите, мисс Кларк.

Мои глаза округлились, и я уставилась на очертания его седых волос, уложенных гелем.

— Он рассказал вам?

— Да.

— Но вы её не вернули.

Снова раздался громкий крик. Я подняла глаза к небу.

— Я собирался отдать её, пока не узнал, для чего они её использовали. И тогда-то я собрался уничтожить её, но решил подождать, пока в вашей стае не изберут нового Альфу. Мне было бы сложнее торговаться с вами, если бы у меня на руках остался только пепел.

— И для чего они её используют?

Джулиан снова остановился, но на этот раз для того, чтобы посмотреть на меня.

— Ты, серьёзно, не знаешь?

Я покачала головой.

— Они трут это дерево в напиток, который должен выпить новый член стаи в день, когда становится её частью.

Я нахмурилась.

— Ты когда-нибудь задавалась вопросом, почему в Боулдеровской стае рождаются только мужчины? Ты, в самом деле, думаешь, что всё дело в эволюции, как утверждают ваши старейшины?

На какое-то мгновение мир замер, а затем накренился. Джулиан схватил меня руками под локти, не дав мне упасть.

— Надеюсь, это возродит твоё желание соревноваться дальше.

Порыв ветра прокатился по лабиринту, подняв блестящие листья, которые замахали мне, точно крошечные ручки. Гнев начал разрастаться у меня в груди, прогнав прочь холодное оцепенение, которое я чувствовала на протяжении всей этой недели.

— Когда ты станешь Альфой, ты сможешь уничтожить эти порядки и изменить будущее своей стаи.

Мои щёки, должно быть, снова приобрели нормальный оттенок, потому что рот Джулиана растянулся в широкой улыбке, которая едва ли не доходила до его слишком гладкого и слишком блестящего лба.

Он наклонился ближе.

— Сказать тебе, где я храню её?

— Почему вы мне помогаете?

— Я уже говорил тебе. Я хочу иметь друга в твоей стае, и думаю, ты сможешь быть хорошим другом.

— У вас уже есть Эверест.

— Я бы не стал называть твоего кузена своим другом. Он всего лишь эффективный посредник. Но если ты не хочешь быть моим другом, тогда...

— Где уже эта чёртова палка?

Он медленно улыбнулся, и уголки его пухлых губ приподнялись, обнажив зубы, покрытые идеально белой эмалью.

— Вот это моя девочка.

— Я ничья девочка.

Он провёл сухим пальцем по моей щеке. От его руки исходило такое сильное амбре ацетона и какого-то одеколона, что оно моментально перебило висевший в воздухе неприятный запах.

Я отпрянула от его руки.

— С этого места поворачивай всё время направо. В центре лабиринта ты найдёшь клетку, где я держу своих чудесных питомцев. То, что ты ищешь, находится внутри.

Клетка? Так вот откуда доносился этот громкий крик и противный запах?

Джулиан протянул мне маленький ключик.

— Тебе это понадобится.

Я сжала золотой ключик в руке и пошла вперёд, как вдруг Джулиан окликнул меня.

— Когда ты родилась, твой отец пришёл ко мне.

Я не повернулась, но остановилась в ожидании. Моя спина напряглась.

— Он хотел, чтобы я просветил его насчёт того, почему ему была дарована дочь.

— Должно быть, он не пил тот напиток при вступлении в стаю,— сказала я сухо.

— Возможно. В любом случае, в то время у меня не было ответа на его вопрос. Я сказал ему, что он должен спросить своего Альфу. На что он ответил мне, что уже спрашивал. Хочешь знать, что сказал ему Хит?

— Он посоветовал ему убить меня и попробовать снова... Ах да... и ещё сделать тест на отцовство, — тон моего голоса источал желчь.

Повисшая тишина дала мне понять, что Джулиан не ожидал моего ответа.

Но затем он снова заговорил:

— Я знаю, что ты чувствуешь себя виноватой, Несс. Я чувствую этот тяжёлый груз на твоих плечах. Отпусти его. Хит Колейн не был хорошим человеком. К тому же, подумай о своём отце. Подумай, какой это могло быть победой для него, если бы он увидел свою сильную и прекрасную дочь, добившуюся таких высот в стае, которая выгнала её только из-за её половой принадлежности.

Моё сердце отвердело, точно сталь. Как и моя решимость. Я не питала иллюзий насчёт того, что Джулиан был моим другом. Он был скользким мужчиной и манипулятором, но он дал мне две вещи — смелость и знание — и теперь я могла исправить все эти неправильные устои, укоренившиеся в моей стае. И за это я была ему благодарна.