Альдери. Второй шанс (СИ) - Гарм Лиза - Страница 12

Глава 9

Альдери и Раймонд сидели на границе кордона с песчанной пустыней и смотрели на яркое звездное небо. Красота природы вдохновляла девушку и разливала трепет. Она любила ночную пустыню. Это было очень таинственно и сказочно. Песчанные барханы тенились под темным небом, прорезаясь тонкой лунной тропой. Бескрайняя долина в ночи оголяла нервы и топила в чарующих чувствах. Альдери любила такие моменты тишины. Они с другом молча лицезрели необъятную пустыню. Яркие звезды погружали в сказку. Кордон засыпал, магия ночи вступала в свои права. Предвкушение от встречи с ночными дюнами всегда приносили волнение и радость.

– Ты знаешь, – негромко произносит девушка, руками перебирая песок. – Сегодня на занятии старейшина сказал, что ведьграхи умеют определять и находить истинные пары для волков и магов.

Раймонд хмыкнул, не отрываясь от звездного неба. Альдери склонила голову набок и нежно улыбнулась всегда сосредоточенному другу:

– Освою всю свою силу и найду тебе истинную.

Волк с иронией посмотрел на свою подругу, задержался на пару секунд на милом лице и вернулся блуждать глазами по мерцающему небу.

– Что хмыкаешь? – Альдери легонько толкает его локтем. – Вдруг у тебя тоже есть истинная?

– Альдери, истинные пары редки для наших времен.

– Редки, но возможны, – Девушка собирает пригоршню песка и тонкой струйкой высыпает на ногу другу.

– Мне бы хотелось, чтобы ты был счастлив и обрел свою любовь.

– А у меня спросить не забыла? – Раймонд скривился, насмешливо поглядывая на источник разражения. – Ты сегодня чересчур болтливая. Маги плохо гоняли на тренировках?

– Почему ты не хочешь истинную? – Альдери пропустила колкость друга мимо ушей, загребая новую порцию шелковистой сыпучки.

– Только сумасшедший захочет истинную любовь. Я на твоем примере уверовался, что это не дар, а наказание. Я помню, как ты страдала из-за этой метки. В конечном итоге чуть не умерла. Зачем мне такое счастье? Я свободу люблю.

– Я страдала потому, что метка образовалась с тем, с кем мне отчаянно не хотелось. Например, если метка образовалась с тобой, я, наверное, была бы счастлива.

Раймонд снова иронично посмотрел на девушку:

– Мне кажется, в этом случае я бы застрелился.

Альдери поддержала смех друг и подтолкнула его локтем снова.

Оба замолчали, слушая тишину пустыни и мерцающих звезд. Дух нерушимой силы витал среди скрипучих дюн. Магия места завораживала и пугала одновременно. Такая красивая и такая беспощадная.

– Тогда, в университете, – Альдери снова нарушает тишину, поглаживая песок руками. Его шелковистость не дает шансов оторваться. – Ты исчез. Все бросил и ушел. Ты сказал, что ушел сюда. Как это было? Теперь ведь ты можешь мне рассказать?

– Я не уверен, что тебе нужна эта информация. Что именно ты хочешь знать?

– Почему все бросил и ушел? Что тебя позвало сюда?

– Я не сразу ушел в пустыню. Были долгие месяцы скитаний. Какое-то время жил с Римой в западных горах. Искал равновесие в душе.

– Я не помню, чтобы тебя что-то тревожило, – Альдери поднимает взгляд, пытаясь поймать блестящие в ночи изумрудные глаза, что настойчиво не желают смотреть на неё. – Хотя, меня в то время вообще ничего не тревожило. Слепая была.

Альдери переносит свою руку на плечо друга и легонько растирает, делясь кусочком тепла:

– Прости меня за все. Я до сих пор задаюсь вопросом, почему ты так добр ко мне по сей день.

– Ты действительно хочешь это знать? – Раймонд стягивает ладонь девушки с плеча и сжимает в свое руке. – И тебе не за что извиняться. Ты была сломлена, твоей вины нет.

– Есть, Раймонд. Я только сейчас понимаю масштаб своей зашоренности. Понимание накатывает как в замедленной съемке и раздирает душу.

– Все хорошо, я буду рядом.

– Вот почему ты так добр ко мне? – Глаза Альдери слегка увлажнились, открывая щемящие чувства. – Был тогда и слишком сейчас!

– Потому что я любил тебя тогда и хочу счастья тебе сейчас.

– Почему ты тогда ушел? Бросил все и сбежал в странствия?

– Я расскажу тебе, только если ты пообещаешь реагировать на это адекватно. Твоя новоявленная сентиментальность иногда ставит меня в ступор. Я от этих качелей выть хочу на луну как подросток.

Альдери хрипло засмеялась, утирая покатившуюся слезинку:

– Скоро эти качели пройдут. И я не буду так бурно реагировать. Магия почти пришла в норму и очистила меня. Осталось принять зверинную ипостась и все закончится. Но ты не уйдешь от ответа. Рассказывай все сейчас.

Раймонд удрученно выдохнул, готовясь к схватке с чувствительностью девушки. А может просто оттягивал минуты откровений. Ему сложно было открывать свою душу другим, не смотря на то, что перед ним была девушка, изменившая его когда-то. Да и не любил он копаться в воспоминаниях.

– Я ушел потому, что почувствовал бессилие. Бессилие перед любовью, – Парень смотрит в небо, уперев локти в колени. – Я влюбился в тебя как школьник. Это была первая яркая вспышка в моей непростой жизни. И последняя. Было ощущение будто меня поразила молния и я улетел в розовый мир.

– Прости, – тихо шепчет Альдери, стараясь сдерживать слезы.

– Будешь доставать меня со своими извинениями и я отправлю тебя спать, – Строго произнес и вновь переключился на звездное небо. – Как я уже говорил тебе в тот вечер в столице, когда-то я хотел завязать со странствующей жизнью и остепениться рядом с тобой. Ты была холодна и закрыта, раскрывалась очень сложно. Я сразу это понял, поэтому выбрал ненастойчивую тактику терпилы. – На последней фразе Раймонд хмыкнул. Посмотрел на притихшую Альдери и ему захотелось остановиться. Её влажные глаза не приносили ему покоя или облегчения. Кому нужна эта правда?

– Продолжай, – попросила она.

– Будешь рыдать – поставлю тебе в охрану Вика. Вечерние посиделки будешь тоже с ним устраивать.

– Ну продолжай, это не я плачу. Это магия во мне плачет, – Альдери придвинулась к другу и опустила голову на его плечо. – Ну потерпи еще чуть-чуть, говорила же скоро все наладиться. Что было дальше?

Раймонд шумно выдохнул:

– Что дальше… влюбился по уши. Смешно для странствующего так терять голову. Человеческие корни сказались. Приблизив тебя к себе, я понял, что ты оказалась более закрытой нежели я думал. Твои отказы рассказывать о себе и откровенничать селили в меня сомнения с каждым днем все сильнее. В какой-то момент я понял, что бессилен перед твоей стеной. Ты не откроешься мне. Я не тот человек. Ушел потому, что любовь к тебе начала меня душить. Ты вроде со мной, но не моя. Вроде здесь, но так далека. Эти чувства разрушали меня, зверь начал бунтовать внутри. Я оставил тебя, потому что понял: не я – тот человек, который сделает тебя счастливой. Я не смог зародить в тебе теплые чувства. Ушел разбираться с собой.

– Пошел скитаться…

– Да, провел в горах пару месяцев, снова начал учиться брать контроль в руки, растить силу. Долго готовился к своему самому большому странствию. Странствию сюда, в пустыню. Здесь все изменилось.

– Что именно? – Альдери поднимает голову с плеча и заглядывает в глаза другу, двигаясь ближе. – Как ты пережил это время в таком безжалостном месте?

– Было очень сложно. Перед уходом Рима говорила, что я еще не готов. Что я не соединил голову, сердце и душу в единое. Пустыня этого не прощает. И мне действительно было очень сложно первое время. Счет дней потерялся. Чем дальше вглубь пустыни, тем глубже внутрь себя. Мое мировозрение ломалось под натиском таинственной магии. Шаблоны трескались, жизнь переосмысливалась. Картины пережитого летели в голову, боль и страдания ухудшались. Было невыносимо тяжело под палящим солнцем, крыша ехала. Ломало не по-детски, но я справился. Я очистился. Пустыня очистила меня так же, как сейчас тебя очищает магия ведьграха. Я переродился заново. Последующие дни скитаний по песчанным дюнам дались мне легче, в один из дней маги открыли мне проход в кордон. Тут я остался еще на год. Помогал им, они помогали мне. Вместе росли и постигали законы вселенной. Я благодарен за этот путь. Мудрость старейшины навсегда закрепилась в моем сердце.