Собственность империи (СИ) - Морозова Иванна - Страница 24

— Не может быть! — прошептал Игорь, переводя взгляд на меня.

Глава 20. Расплата

— Как?! Как это произошло?!

Крики доносились будто сквозь вату, хотя их источник находился всего в метре. Повязка на лице, служащая еще и кляпом, не давала возможности понять, где точно нахожусь, но то и не нужно: еще когда Игорь лично тащил меня за волосы, прежде чем накинуть на макушку тряпку, превратившуюся в глухой мешок, я сориентировалась. Мы шли, если можно так выразиться, в лабораторию, вернее, в крыло, где держали экземпляров.

— Я жду!

Естественно, в ответ слышалось только блеяние перепуганных насмерть сотрудников, которые не представляли, что такого могло случиться. Кстати, они и правда не при чем, но кто даст слово подвешенной за руки к потолку особе? Носки еле доставали до пола, приходилось постоянно балансировать. Вслепую получалось не очень, ноги то и дело соскальзывали, но жаловаться не буду. Скорее всего, это лишь начало.

— Возможно, дело в компонентах…

— Каких, нахер, компонентах?! — ого, а он и выражается как приличный человек, надо же, я думала, не умеет.

— Но вы же сами хотели сделать из них подобие ее…

— Но не хотел, чтобы они проснулись!

Улыбаться в моем состоянии выходило странно, но внутри я по-настоящему ликовала. План Марата сработал, правда, слегка с изъянами, но это — максимум, на что вообще следовало надеяться. Мы понимали, что невозможно выкрасть семь тел из лаборатории, даже при условии, что все камеры будут отключены, даже если переманить на свою сторону половину охранников. Это и не потребовалось. Как нельзя кстати — это сейчас я так думаю, тогда-то мне хотелось умереть! — я разоралась об ученом посреди коридора, полного научных сотрудников, тем самым подписав им смертный приговор. Чувство юмора Гринера вышло ему же боком: расправиться с ними он поручил не кому-то, а моему Руслану. Вроде как подчищать косяки подопечной. Вот почему его не было несколько дней, и он не мог сказать, где ходит и что у него за дела. Вместо убийства невинных людей он их спрятал, выложив, как в реальности обстоят дела с империей. Или не спрятал, это уже мое вольное отступление. В конце концов, я так решила исключительно из-за его единственной мысли тогда про умников. Сложила дважды два. И не ошиблась!

Мы с Маратом не собирались совершенствовать моих современников. Мы задумали их разбудить! План был дебильный, чего греха таить, рисковый до невозможности, с кучей оговорок и «если пойдет вот так». Знаменитый русский авось играл здесь всеми цветами радуги! Почти сказочное везение, не считая моего невыгодного положения на текущий момент, сопутствовало нам на протяжении нескольких дней.

Не знаю, что именно, стресс, почти бесконечный, или удивительное спокойствие после того, как выбрала цель, то есть, спасение спящих, послужили неким катализатором. Плюс появились совсем уж суперменское чтение мыслей, пусть с оговорками. Но главное я улавливала! Вообще, если бы не это, вряд ли когда-нибудь решилась на подобный шаг. Ждала бы, пока за меня, как обычно, подумает и сделает что-то Руслан. Он же как невидимый ангел-хранитель все это время бродил рядом, не давая местным садистам, даже Игорю, перегнуть палку и загнать подопытного кролика окончательно. Поддерживал. Умолял не соваться, куда не следует. Вот с этим промашка вышла, конечно, но я не жалею.

Зато смогла выяснить правду про его младшего брата. Горькую и страшную, но лучше так, чем оставаться в счастливом неведении, надеясь на то, что все в итоге закончится благополучно. Не наш случай.

Разумеется, опускать руки я не собираюсь. И сделаю все возможное и даже больше, чтобы Марат проснулся и выздоровел. Отдам собственную жизнь, если потребуется. Он не просто гений, на свою беду влюбившийся в материал для исследования. Самый близкий мне человек. Семья.

А если бы Руслан не додумался заглянуть в книги, ничего бы не вышло. Я не умная, я обычная, и даже представив, что смогла бы пробраться к реагентам, далеко не факт, что соединила бы правильные пропорции, да и вообще, положа руку на сердце, скорее всего, разбила бы пробирки и сдохла прямо там. Вот смеху было бы!

Нам помогли, и очень здорово. Не только Марго, хотя она — просто еще один луч света в этом мраке боли и страха. Но ввести нужный эликсир, назовем его так, под силу только умнику. Не знаю, кому конкретно, но предполагаю, что одному из приговоренных Игорем.

Все получилось! Боже, честно, даже слегка не верится.

Хлесткая пощечина, вероятно, должна была вернуть меня из мира грез в реальный, куда более безрадостный.

— Я не знаю, как вы это сделали, но не думай, что это сойдет тебе с рук!

Шаги приблизились. От очередной пощечины голова дернулась, потом удары посыпались уже куда попало. Я замычала, скорее инстинктивно, разумеется, молить о пощаде или даже показывать слабость в планы не входило. Ну, ничего, в таком положении я впервые, научусь терпеть. Если честно, когда меня только поймали в гостинице и доставили сюда, методы были снисходительнее… Не намного. Пожалуй, сейчас нам действительно удалось вывести из себя этого империалиста.

— Игорь Валентинович, полагаю, если у нас будет возможность провести кое-какие испытания…

— К черту!

— Но…

— Я сказал: заткнись! Где ее дружок?!

— О ком вы?

— Я не с тобой разговариваю! — снова крик, и значительно более тихое: — Игнат, где твой бывший начальник? Уверен, без его участия не обошлось.

— В камере. Привести?

— Да. Надеюсь, он еще может говорить?

— Особого распоряжения же не было.

— То пока.

После этих слов сердце, готовое, казалось, ко всему, замерло от дикого волнения. Он же должен был уйти, сбежать туда, где прятал остальных! Я ясно написала обо всем в книге, умоляя послушать. Он — первый, на кого бы пало подозрение, не считая меня, только экземпляр убить не так просто, да и жалко, а вот на нем, боюсь, и выместят всю злость из-за устроенного наглого форс-мажора.

И Марата не тронут, если до сих пор не сделали этого. Зачем ты остался, Руслан? Гребаный супергерой!

— Сдери с нее маску.

Охранники тут же бросились исполнять приказ. От яркого света глаза чуть слезились, но разглядеть Игоря у меня получилось. Волосы, обычно по пижонски прилизанные, торчат в разные стороны, галстук ослаблен, рукава рубашки загнуты. Рожа бледнее стен палаты, и вроде бы веко дергается, но последнее могло и показаться.

— Ты пожалеешь… — шипение гадюки — идеально подходящий термин его тону. — Будешь молить о том, чтобы я подарил тебе смерть.

Пытками пугает? Надо же, проходят годы и целые столетия, а мерзавцы вроде него так и не придумали что-то новенькое.

— Ты повторяешься, — покачала я головой, насколько позволяло положение.

— Храбришься? Тупоголовая овца!

— Не переходи на личности, это некрасиво.

Я не провоцировала, клянусь, вырвалось само собой, и как раз в тот момент, когда ввели Руслана. Следующий удар почти не заметила, а слезы брызнули далеко не от физической боли: на лице мужчины не было живого места. Оба глаза заплыли, рассеченная бровь кровила, скула наливалась багряным синяком. Твари!

Он глянул на меня исподлобья и, кажется, даже подмигнул. Его поставили напротив, чтобы мы прекрасно могли рассмотреть друг друга. Подозреваю, вечеринка только начинается…

— Вот и вся честная компания в сборе! — с воодушевлением произнес Игорь и отвесил мне еще одну пощечину.

Все-таки он бьет как баба!

— Что замолчала? Ты ж такая разговорчивая только что была. Или боишься за своего любимого?

Стоящие по стойке «смирно» лаборанты, у которых из-за медицинских масок были видны только широко распахнутые глаза, удивленно переглянулись. Серьезно? То есть тот факт, что перед ними пытают людей, их вовсе не смущает, а вот личная жизнь своих жертв — другое дело. Вот что с этим миром не так?!

— Начинаем викторину, — хлопнул в ладоши босс. — Итак, кто из вас мне скажет, как получилось разбудить экземпляров?